более простой способ получить те же привилегии — сказал Эсканор, уклоняясь от ответа. — Просто скажи мне, что ты знаешь об исчезновении Галаэрона.
— Я уже это сделала — ответила Вала. — Кроме этого, я не знаю ничего, что могло бы тебе помочь.
— Позволь мне самому судить об этом, — сказал Эсканор. — Ты не можешь знать, что может нам помочь.
Вала поддалась искушению. В любом случае, она почти говорила правду. Если Галаэрон не собирался в Глубоководье, а он, очевидно, не собирался, поскольку шадовары не могли его найти, то она была в растерянности. Эсканор был прав, хотя она не могла знать, что может помочь им найти убегающего эльфа, или привлечь тех, кто остался. Как бы она ни смотрела на это, она предаст своих товарищей, по крайней мере, в душе, если не на самом деле.
— Давай попробуем, — сказала Вала. — Расскажи мне, что ты знаешь, и я расскажу тебе, если что-нибудь из того, что я знаю, сможет помочь.
Эсканор удивил ее смехом, не холодным, угрожающим, а теплым, почти почтительным.
— Ты храбрая женщина, Вала Торсдоттер, — сказал он, положив свою большую руку ей на затылок. Я не хочу видеть, что будет с тобой, если Высочайший узнает, что ты отказалась отречься от своего предательства.
Ноги Валы заледенели, и она посмотрела вниз, чтобы увидеть, как тень поглощает их.
— Что…
Это было все, что она успела сделать, прежде чем ее сознание исчезло в холодной темноте. Спустя какое-то время, может быть, секунду или час, Вала не могла сказать точно, она почувствовала, как влажный воздух Миф Драннора согревает сначала ее лицо, потом тело и, наконец, ноги. Она увидела себя поднимающейся из лужи тьмы, ее тело вернулось к своим обычным пропорциям. Когда она снова осмелилась поднять взгляд, то обнаружила, что стоит на вершине теневого покрова, окруженная темными башнями и деревьями Миф Драннора. На разных расстояниях вдоль узкой улицы стояли дюжины отрядов воинов-шадовар. Все еще держа Валу за шею, Эсканор потащил ее за угол огромной, похожей на замок развалины в заросший деревьями двор, который когда-то служил главным входом в здание. Слева виднелась одинокая пристроенная башня, а справа – Г-образное крыло, окутанное тем же покровом тьмы, что и деревья, и сама земля. Дюжина воинов стояла у входа во двор с оружием и палочками в руках, а нервный офицер наблюдал за приближением Эсканора. Чувствуя, что ей не понравится то, что задумал принц, Вала позволила руке скользнуть к рукояти меча, и почувствовала, как железная хватка Эсканора сжала ее шею.
— Однажды ты спасла мне жизнь, — прошипел он. — Не заставляй меня в ответ свернуть тебе шею.
— Уже темно, — сказала Вала. — Просто хотела посмотреть, что происходит.
— Правда? — усмехнулся Эсканор. Он остановился перед нервным офицером.
— Это и есть Иритлиум?
Воин склонил голову. — Так и есть, принц.
— Хорошо. — Эсканор толкнул Валу вперед. — Расскажи ей, что нам удалось узнать об этом месте.
Офицер кивнул и повернулся к Вале.
— Ничего особенного, леди Торсдоттер. Когда-то это была школа магии, которая, естественно, привлекала фаэриммов. Верхние слои, кажется, были открыты, но есть по крайней мере шесть фаэриммов, обитающих где-то под фундаментом.
— Шесть фаэриммов? — ахнула Вала, понимая, почему патруль так нервничает. — В одном здании?
Офицер кивнул.
— Наше задание – составить карту их логовищ.
— Нет, — сказал Эсканор, — теперь твоя миссия – убить их.
Топазовые глаза офицера побледнели до цитринового.
— Убить их, принц? — Тебе нечего бояться, мой слуга. — Эсканор подтолкнул Валу к нему. — Я привел тебе нового разведчика. Вы можете связаться со мной, чтобы попросить другого, если она умрет.
Офицер поднял бровь, затем кивнул и сказал:
— Как прикажете, мой принц.
Эсканор повернулся к Вале. — Ты сказала, что хочешь драться — сказал он. — Если ты передумаешь, ты знаешь, что должна сделать.
— Я не передумаю — сказала Вала, свирепо глядя на него.
— Конечно, нет.
Он отпустил молодого шадовара из патруля, затем взял рогатый шлем воина и передал его Вале. Это помешает фаэриммам контролировать тебя, и, если ты вдруг передумаешь, все, что тебе нужно сделать, это прикоснуться плоской стороной клинка к рогу. Вала взяла шлем и заменила им свой.
— А если я этого не сделаю?
— Тогда я доложу о твоей смерти в бою Высочайшему — сказал Эсканор. — Гранитная башня будет проинформирована о твоей храбрости и преданности долгу.
— Я не это имела в виду — сказала Вала. — Что я получу, если мы убьем всех фаэриммов? То же самое, что я сделала бы, войдя в твою палатку?
— Если ты убьешь шестерых фаэриммов?
Оскал Эсканора обнажил кончики его клыков.
— Если ты убьешь шестерых фаэриммов, я стану твоим консортом.
Лаэраль вышла из лесной грязи на влажный песок на краю Анврока, почти в трехстах милях от своего дома. Хотя в принципе она знала, чего ожидать, размер темного шара перед ней настолько ошеломил ее, что после телепортации она растерялась и подумала, что каким-то образом оказалась за пределами Плана Тени. Полупрозрачная настолько, что можно было различить силуэты предгорий, поднимающихся хребет за хребтом, темная сфера была такой же широкой, как сам горизонт, и такой высокой, что над ней висел только тонкий серп облачного серого неба. Лаэраль была выбита из своего благоговейного замешательства, когда вождь Клав наткнулся на нее сзади, почти перекинув свое тело через ее плечо и прорычав утгардтское проклятие. Вспомнив, что скоро из круга телепортации хлынет целый поток солдат, она быстро отступила в сторону и схватила варвара за огромное запястье.
— Это теневой барьер — сказала она, тщетно пытаясь оттащить его в сторону. — Ты за пределами Шараэдима, помнишь?
— Харидим, — рассеянно повторил Клав, откидывая голову назад и пытаясь разглядеть огромный купол тьмы, возвышающийся над ним.
— Великая Темная Гора! — Лорд Йораэдия, моргнув, возник за спиной вождя Клава и врезался в спину варвара, когда тот двинулся вперед.
— Стрелы Кореллона! — Йораэдия отступил назад, потянувшись за мечом, и тут же снова был отброшен вперед, когда Скарн Брассакс врезался в него сзади.
— Что? Кто? — воскликнул гном. — Где в Подземье…
— Теневой барьер,
