Теперь несколько слов об операции по его вербовке. По просьбе Резуна мы организуем ему встречу в Цюрихе в редакции журнала «Армада» со знакомым Фурлонга, который должен прибыть из Лондона, из «Сипри». Этим знакомым будешь ты, Дефман. Сыграешь роль доктора Брауна, Центр прислал нам все необходимые для этого материалы. Ознакомишься с ними и приступай к репетициям. Об этом мы с тобой поговорим отдельно. Вербовочную беседу мистер Си поручил провести мне. Ты, Гордон, будешь присутствовать на беседе, поможешь мне с русским языком, если это потребуется. Резун владеет французским и немного знает немецкий. Думаю, основным языком во время беседы будет русский. Мы с тобой, Гордон, еще поговорим об этом и проведем несколько репетиций, распределим роли. Продумаем различные варианты на случай непредвиденных обстоятельств, которые могут возникнуть в ходе беседы. Итак, господа, подвожу итог. Хотя возможны и отступления от основного сценария, операция будет выглядеть следующим образом. Фурлонг сообщает Резуну, что получил телекс из Лондона о приезде его знакомого доктора Брауна и посещении им в Цюрихе журнала «Армада». Телекс мы организуем. В нем будет по дням и часам расписана программа его пребывания в стране.
В неё войдут, кроме посещения журнала «Армада», чтение лекций по геополитике в университете и встречи с сотрудниками швейцарского отделения «Сипри». Этот телекс Фурлонг действительно получит из Лондона и покажет его Резуну, чтобы все выглядело убедительно и достоверно. Тебе, Дефман, следует хорошо подготовиться к этой роли, согласовать свои действия с Фурлонгом. Привлеченный сотрудник журнала «Армада» Лонг примет участие в официальных переговорах на первой стадии операции. А затем по нашему сигналу он покинет переговоры, сославшись на занятость. Фурлонг обеспечит приезд Резуна в Цюрих. Дату приезда доктора Брауна и дату приезда Резуна в Цюрих мы будем знать заблаговременно. По сценарию, наш разрабатываемый приезжает в Цюрих, посещает редакцию журнала «Армада». Его встречает Фурлонг и представляет сотрудникам журнала. Господин Лонг знакомит его с редакцией. Через некоторое время приезжает доктор Браун. Начинается официальная часть — переговоры. На переговорах ты, Дефман, должен заинтересовать русского привезенными из Лондона материалами. Русские, насколько я знаю, всегда проявляли интерес к публикациям «Сипри».
У него от этих материалов по военной тематике должны загореться глаза. Ведь Резун, по нашим наблюдениям, занимается сбором и обработкой информации, получаемой из легальных источников. Материалы «Сипри» будут для него хорошим подспорьем при написании различных информационных справок и телеграмм. Подбрось ему идею сотрудничества с «Сипри», скажем, пообещай публикации русских информационных материалов по военной тематике. Попроси изучить этот вопрос в посольстве СССР, предложи подписаться на ваше издание. Надо создать видимость реальных переговоров, чтобы Резун не почувствовал, что его заманивают в ловушку. После переговоров надо организовать ланч в городе в каким-нибудь небольшом ресторанчике, на нем должны быть Лонг, Фурлонг и ты, Дефман. Поболтаете там о разных пустяках. После ресторана возвращаетесь в редакцию. Фурлонг под предлогом большого количества неотложных дел в своей редакции отправляется в Женеву. В редакции за кофе Лонг представит меня и Гордона Резуну как специалистов по геополитике, сотрудничающих с журналом «Армада». Доктор Браун извинится и поспешит на лекцию в университет. Через некоторое время удалится и Лонг по служебным делам. Надо устроить так, чтобы секретарша вызвала его по какому-нибудь срочному делу. С Резуном останемся я и Гордон. После краткой беседы, обмена визитными карточками я предложу ему просмотреть интересную для него видеозапись.
С этого момента и начнется основная работа по вербовке Резуна. Вот, господа, вкратце план проведения ответственной операции с русским разведчиком ГРУ, которую поручено нам провести генеральным директором СИС. У кого есть вопросы, пожалуйста, задавайте.
— Скажи, О 'Брайн, — начал Гордон. — Из твоего сообщения следует, да мы и сами знаем, что русский очень осторожен и труслив в общении с иностранцами, он, как пуганая ворона, каждого куста боится. Я хочу спросить, а если он приедет на встречу в Цюрих с доктором Брауном не один, а с коллегой по работе, прихватив его для страховки? Что в таком случае делать?
— Тогда вербовочная операция в этот день отменяется и переносится на другое время. В этом случае состоится только официальная часть, задействован будет доктор Браун. Мы с тобой, Гордон, останемся на скамейке запасных. Но я думаю, этого не произойдёт. И вот почему. Инициатором встречи является сам Резун, он планирует завербовать Фурлонга, зачем ему кого-то тащить с собой на очень важную для него встречу. Но мы должны быть готовы к такому развитию событий, о которых говорит Гордон. Если так случится, будем планировать встречу с Резуном в Женеве. Надо продумать как запасной вариант проведение вербовочной операции в редакции журнала у Фурлонга. Я попрошу тебя, Гордон, переговорить с ним на эту тему и изучить вопрос, не вдаваясь в детали. Мы должны помнить об одном — времени у нас остается мало, так как скоро заканчивается срок пребывания русского в Швейцарии. Резун и его начальство тоже испытывают недостаток во времени. Наши интересы здесь сходятся.
— Из твоего доклада я понял, что резидентура располагает убедительным компроматом на нашего подопечного, — начал Дефман. — Ну а если предположить, что русский пошлет нас ко всем чертям, как только увидит первые кадры видеозаписи, разоблачающей его, и поймет, что мы от него хотим. Ведь такие случаи нам хорошо известны, особенно с русскими. Дело доходило и до драк.
— Хороший вопрос, Дефман. Но если так случится, тогда, наверное, мы плохие разведчики, и нас надо отправлять на пенсию. Значит, мы просчитались в чем-то. Могу только сказать, что в случае неудачи нас в Сенчури-Хаус не поймут. Но я надеюсь, что все будет хорошо. Мы учитываем не только нетрадиционную сексуальную ориентацию русского, но и последствия для него в случае, если об этом узнает его руководство. Пожалуй, это самое главное во всей нашей операции. Полагаю, русский разведчик ГРУ не осмелился пойти к своему резиденту и обо всем ему честно доложить. Он прекрасно знает, чем ему и его семье грозит такой поступок.
— Хорошо, — продолжал Дефман. — Предположим, русский не решится докладывать резиденту, надеясь, что и мы оставим его в покое. Такой вариант вполне можно допустить в поведении нашего объекта.
— Ты прав. Подобное поведение вербуемого вполне логично на той стадии, когда он еще не стал нашим агентом, не передал нам каких-либо материалов, компрометирующих его, и не дал подписки о сотрудничестве с нами, — ответил О 'Брайн. — Я согласен, Дефман, с тобой в этом пункте. Реакция Резуна, если он решится так поступить и прекратить с нами контакты, будет нам известна очень скоро. Если после проведения вербовочной беседы русского быстро откомандируют на родину, значит, действительно он доложил своему руководству о нашем предложении. Советы в таких случаях действуют именно так: отправляют разведчика от греха подальше домой. Так надежней. Нам известны случаи, когда они отправляли в двадцать четыре часа своих согрешивших коллег на родину даже тогда, когда они грешили со своими согражданами. Перестраховываясь, отправляли «чистых» разведчиков. Как бы чего не вышло. Такова коммунистическая мораль, правда, в советском прочтении. Ведь ни для кого не секрет, что основатель коммунистической морали Карл Маркс, заявляя, что ничто человеческое ему не чуждо, сам сожительствовал со своей служанкой Еленой Демут и имел от неё незаконнорожденного ребенка, которого его друг Фридрих Энгельс пристроил в какой-то частный пансион под другой фамилией.
Что касается нашего Резуна. Если он останется в стране после нашей беседы с ним, это будет означать, что он не решился пойти к своему начальству и честно ему обо всем доложить. Придется с ним еще раз встретиться и поговорить под угрозой отправки компромата на него в адрес посольства СССР. До этого, надеюсь, не дойдёт.
— Каковы будут наши дальнейшие действия в случае согласия Резуна на сотрудничество с нами? — спросил Гордон.
— Во-первых, это будет наш несомненный успех, — отвечал резидент. — Во-вторых, с Резу ном в этом случае не следует торопиться и форсировать события, стараясь получить от него максимум агентурных материалов. Как там русские говорят: тише едешь, дальше будешь. В-третьих, надо учитывать, что срок его командировки в стране подходит к концу и необходимо помочь ему создать видимость успеха в его разведывательной деятельности против нас. И наконец, последнее, не обходимо разработать надежные условия связи с ним на будущее. Но об этом пока рано говорить. Об этом позаботится Центр.
