Кроули В УЖАСЕ… И тут мы замечаем, что Кроули считает.
Кроули (тихонько, сам с собой). Три… два… один…
459 ИНТ. КАБИНЕТ КРОУЛИ, ДЕНЬ
Растрепанный запыхавшийся Кроули снова оказывается за столом. И в этот момент щелкает автоответчик.
Кроули (ГЗК). Привет, это Энтони Кроули. Вы знаете, что делать. Делайте это стильно.
Из автоответчика доносится голос…
Хастур. Кроули? Где ты, паршивец? Я слышу твой голос. Здесь темно. Где я? О нет. Не смей! ЗМИЙ!
Кроули нажимает на автоответчике кнопку «ВЫКЛ.» и ухмыляется. Раздается раскат ГРОМА…
460 НАТ. УЛИЦА В СОХО, ДЕНЬ
Ненастная ветреная погода. Измученный Азирафель идет по улице с таким видом, словно несет на плечах всю тяжесть мира. Собственно, так и есть.
Из тени выходят три ангела. Михаил, Уриил и Сандальфон. Все они в элегантных костюмах. Михаил главный.
Михаил. Здравствуй, Азирафель.
Азирафель. А, Михаил. Сандальфон. Уриил. Привет.
Михаил. Мы тут узнали о тебе нечто такое, что нас обеспокоило: ты у нас никак падший ангел? Якшаешься с врагом?
Азирафель. Я… я… не якшаюсь. Всего лишь обмениваюсь информацией. Чтобы всего этого не случилось.
Сандальфон. А ты знаешь, как в военное время поступают с предателями?
Азирафель. Я не…
Уриил. Прискорбный выбор. И не думай, что из-за твоего дружка в темных очках к тебе в аду будет особое отношение. Он и сам влип по уши.
Михаил. Пора выбирать, на чьей ты стороне, Азирафель.
Азирафель. Я много думал об этом. О том, кто на чьей стороне. Мне кажется, должно быть две стороны. В этом всё дело. Чтобы люди могли выбирать. Это и значит – быть человеком. Выбор! Но это для них. Наша же задача, как ангелов, заботиться о том, чтобы всё шло как надо и люди могли делать выбор.
Уриил. Ты слишком много думаешь.
Михаил кивает, улыбается покровительственно, как небожитель, и Сандальфон с силой бьет Азирафеля кулаком в солнечное сплетение. Азирафель сгибается пополам. Ему дурно. Уриил рывком поднимает Азирафеля и прижимает к стене. На губах Азирафеля кровь.
Азирафель. Так нельзя. Что вы делаете? Мы же хорошие!
Михаил. Ты слишком долго пробыл внизу.
Азирафель порывается уйти.
Азирафель. Должен вас предупредить, что доложу об этом происшествии… вышестоящим.
Порыв ветра проносит мимо них газету, переворачивает мусорный бак… На небесах негромко трубят в рог.
Уриил. Думаешь, наверху тебя примут? Не смеши (Поднимает глаза.) О, прекрасно, начинается…
Вспышка света, райская музыка – и ангелы исчезают. Азирафель отирает кровь с губ.
Азирафель (твердо решив не ругаться, несмотря ни на что). Вы. Вы С… КВЕРНЫЕ ангелы.
461 НАТ. ХОГБАКСКИЙ ЛЕС, ДЕНЬ
Надвигается гроза. Адам сидит на своем обычном месте, но теперь оно похоже на трон.
Остальные дети стоят вокруг него, как придворные. Им совсем не весело… Адам в собственном мире. Сатанинские голоса по-прежнему шепчут.
Барбос уныло скулит. На лицах Пеппер, Брайана и Уэнслидейла написаны страх и боль.
Пеппер. Адам. Нам домой нужно. Я есть хочу. Ну, пожалуйста…
Адам не обращает на ее мольбу никакого внимания. Он их повелитель, вразумляет их.
Адам. И пусть бы сейчас взорвались атомные бомбы и всё началось заново, только на этот раз правильно. Так им и надо. И мы бы решили все проблемы.
Пеппер. Если взорвутся бомбы, погибнут люди. Я как мать нерожденных поколений против этого.
Адам. Вы-то все уцелеете. Я об этом позабочусь. Прикольно же, когда весь мир принадлежит только нам, разве нет? То-то мы поиграем! В ту же войнушку, только с настоящими армиями.
Уэнслидейл. Но ведь вообще-то не останется людей. Все умрут.
Адам. Ничего, я новых сделаю.
Брайан. Адам, пожалуйста, отпусти нас домой. Я хочу к маме с папой.
Адам. Нет. Я сделаю вам новых мам и пап.
Ревет ветер.
Брайан. Адам! Ну пожалуйста!
Пеппер. Адам, что ты делаешь?
Барбос воет…
Адам. Скоро придут мои друзья. Они вам понравятся. Они похожи на вас. И помогут мне всё это прекратить.
Уэнслидейл. Ну правда, Адам, хватит, я не могу пошевелиться. Не нравится мне эта игра.
Адам. Погоди. Будет круто.
462 НАТ. УЛОЧКА В ТАДФИЛДЕ, ДЕНЬ
Надвигается буря. Небо темнеет. Деревья качаются.
463 ИНТ. ЖАСМИНОВЫЙ КОТТЕДЖ, СПАЛЬНЯ, ДЕНЬ
Ньют и Анафема. Он одевается. Вид у него решительный.
Ньют. А почему пророчества называются «превосходные и недвусмысленные»? По-моему, ничего хорошего в них нет.
Анафема. Превосходные – то есть точные, безошибочные.
Ньют. А. Знаешь, я вообще не верю в конец света. Почему бы нам не… эээ… прогуляться, поболтать.
Анафема. Я экстрасенс. Поверь мне. Это правда. Но я ничего не понимаю. Я не чувствую здесь никакого зла. Кто-то очень любит это место, да так сильно, что оберегает и защищает его. Разве может здесь начаться что-то плохое? Однако же именно здесь оно и начнется.
Ньют. Ладно. Найдем мы этого Адама. А дальше что?
Анафема. Мы его остановим. Иначе он устроит Армагеддон.
Ньют. И как? Вежливо попросим перестать?
Анафема. Не знаю. Об этом у Агнессы не сказано. Зато она много написала о нас с тобой.
Ньют. Например?
Анафема. Да всякая ерунда. Тебе будет неинтересно. Хогбак-лейн отсюда недалеко…
Ньют колеблется, затем надевает мундир Армии ведьмоловов…
464 ИНТ. ГОСТИНАЯ ЖАСМИНОВОГО КОТТЕДЖА, ДЕНЬ
Они направляются к входной двери. Мы слышим, как снаружи воет ветер.
Ньют. Похоже, погода испортилась.
Анафема. Она писала, что он породит бурю.
Ньют приоткрывает дверь. Она распахивается настежь, и мы видим, что в Тадфилде свирепствует ТОРНАДО. Вышедший первым Ньют кричит, ветер тащит его за собой, поднимает в воздух. Анафема, не растерявшись, хватается за дверной проем.
Анафема. Держись!
Ньют. Я же не идиот.
За ними ветер вырывает из земли деревце и уносит в небо.
Ньют. В Англии не бывает торнадо.
Анафема. Пророчество 691. Про сегодня. Через несколько секунд ветер стихнет, потом поднимется с удвоенной силой. У нас будет меньше минуты, чтобы вернуться в дом и спрятаться в укрытие, прежде чем всё начнется снова. Понял?
Ньют. Да не может этого… да, понял.
Ветер стихает. Анафема хватает Ньюта, они бросаются в дом и захлопывают за собой дверь.
465 ИНТ. ЖАСМИНОВЫЙ КОТТЕДЖ, СПАЛЬНЯ, БУРЯ, ДЕНЬ
Ньют и Анафема вбегают в спальню.
Ньют. Под кровать!
Они поспешно юркают под кровать; все окна Жасминового коттеджа распахиваются внутрь от ветра. Становится жутковато… Анафема и Ньют лежат бок о бок…
Ньют. Бред какой-то. Здесь не бывает торнадо. Агнесса не писала, что нам делать дальше?
Анафеме в руки падает летящая по воздуху каталожная карточка. Она смотрит на нее, пожимает
