Они пошли.
За дверью был большой холл и затем грубая лестница, ведущая наверх, во мрак. Старк летел наверх. Он бежал очень быстро. Быстрее, чем следовало бы. Нож сверкал в его руке. Гарнизон Цитадели не предполагал, что он появится здесь, и Старк спешил воспользоваться этим преимуществом. Наверху оказалась массивная железная дверь, которая должна была предотвратить возможность вторжения в Цитадель через псарню. Но сейчас она была открыта.
За дверью была комната, заваленная старыми сломанными вещами, отслужившими свой срок. Узкая щель вместо окна пропускала дневной свет. Но его было так мало, что лучше бы его не было совсем. Из комнаты в коридор вела широкая лестница, коридор освещался лампами. Окон в нем не было. Вдоль стен стояли массивные полки, ломившиеся под тяжестью сложенных свитков, пергаментов, книг.
Записи, – подумал Старк, – здесь хранятся записи, сделанные многими поколениями Бендсменов, которые, выполнив свою миссию на земле, на склоне лет приходили сюда, превращаясь в Лордов Защитников.
У рукописей был такой вид, как будто они побывали в огне. Также выглядели и бревна, подпиравшие Крышу.
Затем Старк увидел еще одну лестницу и свернул на нее. И вдруг перед ним появился отряд людей, направляющихся вниз. Вероятно, они шли запереть дверь, через которую Старк и Псы попали сюда.
Солдаты замерли, увидев Северных Псов. Собаки никогда не появлялись в Цитадели, люди даже не могли представить такое. И тем не менее, это произошло. Их лица и неестественно блестевшие глаза не изменили выражения, даже когда собаки начали посылать страх.
– Уберите их с дороги, – приказал Старк. И стая начала убивать.
Собаки были очень злы, и скоро все было кончено. Старк поднял чей-то меч, оставив выпачканные в крови пояс и ножны.
Затем он направился к лестнице.
В мозгу он услышал голос Герда:
И Хан, Бендсмены…
В сознании Старка вспыхнуло ослепительное белое пятно и он понял, что Герд имеет в виду Лордов Защитников. Псы не отличали их от Бендсменов.
Бендсмены приказывают убить тебя.
Старк ожидал этого. Псы были преданы Бендсменам. Сильна ли, как прежде, власть Бендсменов? Если сильна, то сейчас с ним все будет кончено, как минуту назад было кончено с этими солдатами.
Старк повернулся к Герду. Он взглянул в самую глубину кроваво-красных глаз.
– Вы не можете убить И Хана.
Герд смотрел на него, как бы раздумывая. Он поджал шершавые губы и обнажил два ряда Клыков. На них еще оставалась кровь. Псы завыли, залаяли, скребя когтями по каменным плитам.
– За кем вы идете? – спросил Старк.
– Мы идем за сильнейшим. Но Шкуродер повиновался Бендсменам.
– Я не Шкуродер, я – И Хан. Ты хочешь, чтобы я убил тебя?
Он должен сделать это. Острие меча уперлось прямо в горло Герду.
Старк также жаждал крови, как и Псы.
Герд почувствовал это. Его свирепый взгляд скользнул в сторону.
Голова опустилась. Стая успокоилась.
– Пошлите страх, – приказал Старк. – Пусть погибнут все, кроме Бендсменов и человека. Убейте слуг, которые стреляли в вас. Потом мы поговорим с Бендсменами.
Его рука сжала рукоять меча.
Псы повиновались ему. Он ощутил тугую вибрацию воздуха, возбуждаемого их мощным излучением.
Старк повел их по лестнице.
Наверху находились несколько человек. Они были охвачены ужасом и находились на краю гибели. Псы лениво загрызли их. Герд поднял главного из них и как котенка принес Старку, как бы предлагая подкрепиться.
Больше против них никого не было. Все остальные, у кого остались силы, бежали охваченные паникой.
Наконец Старк пришел в большой холл. Потолки здесь были выше, чем там, где хранились рукописи, но холл был не таким длинным. Окна здесь были открыты в вечный туман. Помещение было скудно, почти бедно, обставлено мебелью. Очевидно здесь было место для молитвы. Келл а Марг, Дочь Скэйта, была не права. Не было ни следа тайных грехов и безумной роскоши ни в убранстве холла, ни в лицах семи одетых в белые мантии людей, которые стояли, как застигнутые ударом грома. Они были поражены той быстротой, с которой произошел захват Цитадели.
Здесь был и восьмой человек, но не в белой мантии.
Саймон Аштон.
Герд бросил труп охранника. Старк положил руку на его огромную голову и сказал:
– Пусть землянин подойдет ко мне.
Аштон подошел и встал справа от него. Он очень похудел с тех пор, как Старк видел его в последний раз. И на нем очень отразилось пребывание в заключении. Но все же он был цел и невредим. Никаких ран на нем не было.
– Где Геррит? – спросил Старк у Лордов Защитников.
Ответил тот, что стоял впереди. Как и все остальные он был старикам, но не дряхлым и немощным, а твердым и властным. Его квадратная челюсть и свирепые глаза отражали бескомпромиссную и несгибаемую волю.
– Мы допросили ее и раненого человека, а затем отослали их вместе с Гельмаром на юг, мы не верили в то, что ты выживешь в Доме Матери Скэйта.
Среди Детей Скэйта.
Он взглянул на Псов.
– И в это тоже невозможно поверить.
– И тем не менее, я здесь, – сказал Старк.
И теперь, когда он был здесь, он не знал, что же ему делать с ними.
Они были стариками. Беспомощные старики, преданные своим принципам, они были уверены в своем праве на власть. Старк ненавидел их, чьими именами творились бесчисленные жестокости. Если бы они убили Аштона, он бы прикончил их. Но Аштон жив и невредим, и Старк не мог заставить себя хладнокровно прикончить стариков.
И еще одно. Северные Псы. Они ощутили его размышления и завыли. Герд прижался своим огромным телом к нему, как бы не желая, чтобы Старк шагнул вперед.
Человек в белом сказал:
– Этот инстинкт сильнее тебя. Они не дадут тебе убить нас.
– Хорошо, идите, – сказал Старк. – Берите своих слуг и идите. Пусть народы Скэйта увидят, кто такие Лорды Защитники. Не боги и не бессмертные – а просто семеро стариков, бродящих по миру. Я уничтожу Цитадель.
– Ты можешь уничтожить ее, но не сможешь уничтожить то, на чем она стоит. Это останется символом. Ты не можешь уничтожить нас, так как наш труд величественнее, чем наши тела. Пророчество лживо, Темный Человек. Ты не победил. Мы будем продолжать служить нашему народу.
Он помолчал. Затем сказал:
– Мое имя Ферднал. Помни это.
Старк кивнул.
– Я запомню. А лживо пророчество или нет, Ферднал, но ты служишь слишком долго.
– А чему служишь ты? Одному ничтожному человеку. И из-за одного ты нарушил покой целого мира, – он взглянул на Аштона.
– Он тоже только символ, – мягко ответил Старк. – Символ действительности. Той самой, с которой вы боретесь. Не с одним человеком, а с реальностью. Иди и борись, Ферднал. Подожди, пока звезды сокрушат тебя. А это будет непременно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
