отдел»! – возмущенно перебила ее Элла Ефремовна. – Это доказательство великого обмана, великой несправедливости!
– Вы бы мне лучше рассказали, кем была Алиса и из-за чего ее убили!
– До этого я дойду, но начать придется издалека! Помнишь ту статую наверху?
– Ну да… вы сказали, что ей больше двадцати тысяч лет.
– Совершенно верно. Это так называемая палеолитическая Венера… – Элла Ефремовна немного помолчала и продолжила хорошо поставленным голосом школьной учительницы: – Собственно, к Венере эта богиня не имеет никакого отношения. Венерой ее, разумеется, назвали мужчины. На самом деле это статуя самой древней богини на земле – Великой Матери. Здесь, в этой комнате, ты увидишь еще несколько похожих статуэток, только гораздо меньшего размера. Когда-то давно, двадцать-тридцать тысяч лет назад, все наши предки поклонялись только ей, только Великой Матери. Они приносили ей жертвы, создавали святилища, высекали ее изображения из камня и кости мамонтов. И богиня отвечала им добром – давала людям богатые уловы и охотничьи трофеи, приносила им обильное потомство. Люди тогда жили в полной гармонии с природой. И разумеется, служили Великой Матери женщины-жрицы, посвященные в тайные ритуалы древнего культа. Они же мудро и разумно управляли человеческими племенами, избегая войн и кровопролитий.
– Матриархат! – к месту вспомнила Полина знакомое слово.
– Совершенно верно – матриархат! – Элла Ефремовна с уважением взглянула на Полину. – Однако прошло время, и мужчины взбунтовались против власти женщин, взбунтовались против Великой Матери. Они выдумали своих мужских богов – жестоких и коварных, требующих кровавых жертв. Сначала были безымянные боги с головами пещерных медведей и зубров, потом Перун, Велес, Один, Тор, Молох, тысячи других богов… эти боги воевали между собой, и, подражая им, воевали человеческие племена, проливая во славу своих кровожадных богов реки крови. Но кроме этих тысяч был еще один бог – безымянный, страшный, полный ненависти ко всему живому и светлому, полный ненависти к Великой Матери… Он – ее сын, она дала ему жизнь, но, родив его, сама пришла в ужас…
«Господи, что за чушь она несет! Куда я попала? Как вообще отсюда выбраться?» – подумала Полина, но вслух сказала совсем другое:
– Это все очень интересно, но какое отношение имеет к Алисе и ко мне?
– Сейчас я дойду до этого! – ответила Элла Ефремовна. – Наберись терпения! Итак, мужчины взбунтовались против власти женщин, против Великой Матери, стали приносить жертвы другим богам, и в первую очередь ее безымянному сыну, но он мог давать им только раздоры и кровопролития. Рыбы и звери не попадались в их ловушки, плоды не вызревали, дети не рождались или умирали в младенчестве. Тогда они восстановили культ Великой Матери и сами приносили ей жертвы, а чтобы обмануть богиню, мужчины-жрецы надевали женскую одежду. И сейчас жрецы и шаманы различных первобытных племен во время исполнения священных ритуалов наряжаются в женские наряды. Вот, посмотри, – Элла Ефремовна подошла к одной из витрин, – здесь хранится ритуальный костюм тунгусского шамана – это же настоящее женское одеяние… а вот в этой витрине одеяние колдуна одного из племен Новой Гвинеи… то же самое…
– Ну да, – нехотя согласилась Полина, – но я все равно не понимаю, при чем тут…
– Подожди! – оборвала ее музейная дама. – Я сейчас подойду к этому… Проходили века, на земле сменялись цивилизации и народы – и сменялись боги. Но в глубокой тайне сохранялись и два древних культа – культ Великой Матери и ее безымянного, злобного сына. Жрицы богини знали, конечно, о существовании своих противников, но ничего не предпринимали против них, ибо были уверены, что только равновесие этих двух древних божеств, равновесие добра и зла, света и тьмы, может сохранить жизнь на земле. Но жрецы злого безымянного бога всегда вынашивали планы расправиться со жрицами Великой Матери, считая, что тогда на земле наступит вечный мрак, вечное царство их страшного кумира. В борьбе со жрицами они используют древнюю магию и артефакты, сохранившиеся с давних времен…
«Бабулька начиталась фэнтези! – подумала Полина. – Как бы все же навести ее на Алису?»
Ей вдруг стало как-то беспокойно, а душу точило нехорошее предчувствие.
Элла Ефремовна словно прочитала ее мысли и перешла от древней истории к современности.
– В начале прошлого века в Петербурге жила молодая образованная женщина. Звали ее Алиса Лихачева.
«Наконец-то дошли до дела!»
– Она была единственной дочерью крупного промышленника. Отец ее был человек передового, европейского склада, часто ездил в Англию, внедрял на своих заводах английскую технику, приглашал английских инженеров, читал английские книги, даже дочери дал редкое по тем временам английское имя. Но Алиса не оправдала его надежд, дело отца ее мало интересовало. Зато она очень интересовалась этнографией и каждое лето отправлялась с экспедицией в отдаленные районы Сибири и Средней Азии. Из каждой поездки она привозила интересные материалы – старинные костюмы и музыкальные инструменты, наряды шаманов и записи древних легенд. Но как-то раз в горном урочище в труднодоступной части Алтая Алиса наткнулась на тайное святилище, ничуть не похожее на капища окрестных племен. В этом святилище с глубокой древности сохранялся культ Великой Матери. Служительницы богини приняли Алису как равную, как свою и представили ее верховной жрице…
Старушка сделала выразительную паузу, чтобы подчеркнуть эти слова, и продолжила:
– По словам остальных, той было несколько сот лет, но она не казалась глубокой старухой и отличалась удивительным умом и прозорливостью. Верховная жрица сказала Алисе, что увидела в этой молодой городской женщине свою наследницу. Она провела с Алисой священный ритуал, открыла ей древние тайны и возложила на нее священный венец Великой Матери. «Возвращайся в город, – сказала под конец жрица. – Ты должна прожить там еще сто лет, чтобы твоя душа окончательно подготовилась к великому служению. А затем ты вернешься сюда и займешь мое место…»
«Бред какой! – в очередной раз подумала Полина. – Ничего путного мне старуха не расскажет, только время зря с ней теряю. Рехнулась совсем в своем музее! Как бы отсюда выбраться?»
– Сначала Алиса не поверила жрице, – гнула свое старуха. – Она вернулась в Петербург и продолжила заниматься этнографией. Потом случилась революция, гражданская война. Отец Алисы погиб, все его состояние пошло прахом, но сама Алиса чудом выжила. И уже лет через пятнадцать после удивительной встречи в алтайском урочище заметила, что время над ней совершенно не властно. Ей было уже больше сорока лет, но она выглядела не старше двадцати пяти. Ее удивительная моложавость могла показаться странной окружающим, поэтому Алиса время от времени меняла круг знакомых, переезжала в другую квартиру. При этом имя она сохраняла – отчего-то это казалось ей важным. В конце концов,
