Я рассказывал, что в этой системе главную роль играют хавбеки. От их мастерства, объема проделываемой ими работы во многом зависит игра нападающих. И вот однажды мне стало ясно, что Женю Мишакова целесообразно перевести в нападение. Анатолий Ионов, как говорится, «не наигрывался». И тогда я решил рискнуть: поменять Евгения и Анатолия местами.
Конечно, я понимал всю опасность такой затеи – ведь Ионов никогда не играл хавбеком.
К счастью, все прошло удачно. Расчет оказался точным. Мишаков, который исполнял теперь меньший объем работы, смог полностью использовать свои лучшие качества: А Толя, обладающий превосходной дистанционной скоростью, стал отличным хавбеком! он умно и полно загружает Евгения.
Сложна, по-моему, чертовски интересна и ответственна работа тренера.
И все-таки я никогда не отступлюсь от нее. Ибо она не только сложна и ответственна, но благодарна, и прекрасна.
Как счастлив бывает тренер, корда его воспитанники получают награды – не так важно какие, важно, что они приносят победителям радость. И если, получая приз, спортсмен первые слова своей благодарности обращает к тренеру, то это значит, что твой труд не пропал даром – ты воспитал не только чемпиона, но и человека!
Мы воспитываем молодых людей, выступающих перед большими аудиториями зрителей. Мы работаем в таком виде, спорта, который воспитывает у люден самые лучшие качества. Но мы и сами немало получаем от своей работы. Наблюдая за игрой наших спортсменов, общаясь с молодыми, веселыми, задорными, энергичными ребятами, умеющими заразительно хохотать, ты и сам вроде становишься моложе. Ты с ними и в них продолжаешь свою молодость.
Тренер «умирает» в хоккеисте/ как режиссер в актёре.
Но и живет в нем!
Тренер и руководство клуба или ведомства
Для того чтобы успешно и плодотворно работать, спортивный педагог и наставник нуждается в полном и абсолютном доверии.
К сожалению, тренеру нередко приходится вступать в конфликт с руководителями клуба или ведомства, от имени которых выступает руководимая им команда.
Причины таких конфликтов множественны. Неожиданный проигрыш команды, и вот на тренера обрушивается поток упреков. Готовится ответственная встреча, и тренеру нередко стремятся навязать тот или иной состав команды, не считаясь с его задумкой, с его планами. Честное слово, это очень обидно. Ведь никто не имеет права вмешиваться в дела инженера – специалиста своего дела, ученого, любого творческого работника.
А вот в работу тренера может вмешаться каждый, каждый считает себя специалистом того или иного вида спорта, хотя знаком он с ним бывает только с позиции болельщика.
Когда я пишу эти строки, я думаю уже не о себе. Успехи команды в последние годы ограждают меня от советов и навязчивых рекомендаций.
Но если бы знал читатель, как трудно порой приходится молодым тренерам, ещё не имеющим имени, какое мужество приходится им проявлять, чтобы отстоять свои взгляды на хоккей, на тактику, на тот или иной рекомендуемый им состав команды.
Не могу не обратиться снова к воспоминаниям, к тому, как я начинал свою тренерскую работу.
Двадцатисемилетним молодым человеком меня назначили старшим тренером футбольной команды ВВС, Конечно, тренеру трудно судить, насколько существенна его роль в успехах команды, но именно тогда летчики сумели стать победителями второй группы первенства СССР по футболу и вошли в первую. Командой ВВС весьма интересовался один из генералов. Он принимал большое и деятельное участие в ее судьбе. Не только интересовался командой, но и, используя свое высокое положение и будучи человеком темпераментным и горячим, частенько вмешивался в ее дела.
Одна из первых моих бесед с ним происходила на квартире генерала. Он пригласил меня после первого нашего неудачного выступления в первой группе, посочувствовал тяжелому положению с составом. Действительно, ребята тогда играли в ВВС молодые, не очень опытные, уступающие во многом мастерам первой группы. Но я в них верил и об этой своей уверенности сказал своему собеседнику.
Он посмотрел на меня с сожалением, вздохнул почему-то и предложил обращаться к нему, как только потребуется какая-нибудь помощь.
Прошло несколько туров. Команда ВВС продолжала выступать не совсем удачно: за короткий срок положение выправить было просто невозможно.
Генерал вызвал меня и уже в несколько иных, более решительных тонах объявил, что, как сказали ему специалисты, состав у команды «не тот», что с таким составом в первой группе играть нельзя. Нужно, мол, ставить на игру других футболистов. Искать заслуженных мастеров и привлекать их в команду.
Генералу хотелось, чтобы «его» команда побеждала всех.
Я пытался спорить, возражать, что у молодых все впереди. А старики скоро сойдут. Бесполезно. Тогда я сказал, что состав – дело одного только тренера. Он определяется и обусловливается прежде всего его, тренера, пониманием спорта, его вкусами и пристрастиями, его верой в перспективу и команды и отдельных футболистов. И если «не тот» состав, то, стало быть, у команды и «не тот» тренер.
Генерал ничего не ответил. Потом начал успокаивать меня:
– Я понимаю, вам трудно в ваши годы руководить таким большим и сложным коллективом. Я решил, что вам нужно пока поработать вторым тренером…
Понятно, конечно, что я не мог согласиться с таким решением. Если не верят в мои предложения, в мои принципы, то работать в таких условиях казалось мне бессмысленным.
Мы пожали друг другу руки и расстались.
И вот однажды, спустя какое-то время, генерал снова пригласил меня. Помню, встретились мы опять у него дома.
Генерал предложил перейти мне из ЦДКА в ВВС… старшим тренером. Уговаривая, сулил самые безграничные возможности для формирования команды.
Но, как ни заманчиво было это предложение, я отказался. Сказал честно, что не хочу работать на пороховой бочке.
Больше в ВВС меня не приглашали…
Тренеры бывают разные. И плохие и очень плохие в том числе. Однако в любой профессии есть люди с «недостатками. Так почему же у нас так болезненно реагируют на каждую ошибку тренера?! В конце концов умный человек не тот, кто совершенно не ошибается. Не ошибается лишь тот, кто ничего не делает, это общеизвестно. Умен тот, кто умеет быстро, решительно и умело исправить свои ошибки. Я вовсе не ратую за полную и абсолютную, граничащую чуть ли не с произволом власть тренера. Мы тоже должны быть подотчетны, за нами надо следить, нашу работу нужно контролировать. Но в какой степени? Согласитесь что ведь это бессмысленно и глупо – лишать тренера права на доверие. На эксперимент. На поиск. Длительный поиск. Даже самый одаренный человек не способен творить чудеса. Для становления команды нужно время. Не неделя, не месяц. Два-три года – не меньше. Если не больше.
Посмотрите, что происходит в футбольной команде ЦСКА!. За последние годы здесь сменили друг друга восемь (!!!) тренеров.
Может ли в таких условиях команда выступать успешно? Конечно же, нет! Мне искренне жаль наших армейских футболистов. Только успеют они познакомиться с тренером, привыкнуть к его требованиям, вкусам, взглядам на тактику, к его пониманию футбола, как – бац! – тренера снимают, Приходит новый наставник, с иными взглядами на футбол, на исполнителей той или иной тактической схемы, отказывается от услуг прежних мастеров, приглашает новых; только успеют футболисты познакомиться с еще одним тренером, усвоить его концепции игры, как – бац! – и…
Одним словом, команду классную в этих условиях мы увидим, к сожалению, не скоро. Если, конечно, новый тренер футболистов ЦСКА не получит необходимую, свободу действий и необходимую степень доверия.
Трудно в такой ситуации приходится не только футболистам, но и тренерам; Волей-неволей им приходится выбирать между Сциллой и Харибдой: строго следуют указаниям начальства, проигрывают (поскольку рекомендации эти чаще всего некомпетентны), их; естественно, снимают с должности или не слушают рекомендаций и при первой же серии неудач тоже отстраняют от работы (мотив? не прислушались во время к советам). Вот и выбирай!
А команда между тем последний раз первенство страны выиграла 16 лет назад.
У руля сборной
О шаткости и неустойчивости положения тренера в недавнем прошлом (да и только ли в прошлом) свидетельствует тренерская чехарда, происходившая в сборной страны по хоккею.
Любопытная деталь: за всю историю первой сборной у ее руля стояли лишь два тренера – заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР, наставник московских динамовцев Аркадий Иванович Чернышев и автор этих строк.
С 1948 года по 1953-й старшим тренером сборной СССР работал я. Патом на эту должность пришел Аркадий Иванович.
Мне, разумеется, трудно судить, из чего исходили руководители нашего хоккея, столь регулярно меняя нас. Но ведь при этом не только «наказывались» Тарасов и Чернышев: нарушалась преемственность в руководстве сборной.
