Микки перегнулась через столик, схватила его за отворот рубашки и спросила:
— Знаю о чем, милый? Что такое я должна знать?
Лючио растерялся на минуту, а потом прошептал:
— Ну ты даешь! Я же гей. Мне казалось, уже все об этом догадались.
— Ты шутишь! — воскликнула Микки и тут же спохватилась: — Ой, прости, я не хотела тебя обидеть. Понимаешь, ты очень привлекательный мужчина, мне нравится общаться с тобой. И я даже не подозревала… что ж, больше не буду тешить себя пустыми надеждами.
Они какое-то время молча потягивали напитки, а потом Лючио рассказал ей о своем друге, который трагически погиб в Гоа в прошлом году.
— Я долго не мог прийти в себя, пил антидепрессанты, и спасло меня только увлечение кулинарией. Теперь ты понимаешь, почему я хожу на эти курсы?
Микки кивнула и чмокнула его в щеку. Несколько посетителей с любопытством оглянулись. В одном из них она узнала Анила Джетхани, делового партнера мужа, который смотрел на них как-то особенно пристально. Микки помахала ему ручкой и послала воздушный поцелуй. Лючио с любопытством оглянулся и прошептал, меняясь в лице:
— Ч-черт, это он.
— Ты что, его знаешь?
— Еще бы, его каждый гей в городе знает. Он голубой во всю голову. Ходит по пляжам, по барам, снимает всех подряд.
Микки посмотрела сначала на Джетхани, потом на Лючио.
— Что, и тебя…. он тоже?.. — спросила она.
— Да… и это было просто ужасно. Я поклялся себе, что больше никогда…
Микки подозвала официанта и попросила счет.
***
— Он хочет тебя убить, — сказал Раманбхаи, когда они встретились на безлюдной смотровой площадке над морем.
— Но зачем Бинни моя смерть?
И Раманбхаи раскрыл перед ней тщательно обдуманный план, первым этапом которого была загадочная гибель ее родителей в авиакатастрофе, а последним станет ее смерть.
— Я тебе не верю, — покачала головой Микки.
Он развел руками.
— У меня нет причин тебя обманывать. Какая мне от этого выгода? Да мне ничего и не нужно. Мой единственный сын разбился несколько лет назад на машине неподалеку от Бангалора. В нем был смысл всей моей жизни. И когда он погиб, я посвятил себя работе в «Хиралаль Индастриз» и тебе. Помнишь, я как-то приехал на ваше школьное мероприятие. Сетх тогда не нашел для тебя времени. В твоих глазах стояла такая боль — и я понял, как тебе не хватает отца. А мне не хватало ребенка. Поверь, я не могу жить спокойно, зная, что тебе угрожает опасность.
С моря надвигались тяжелые тучи, ветер крепчал. Микки на лицо упала первая тяжелая капля.
— Поехали отсюда, — сказала она и схватила Раманбхаи за руку. — Сейчас начнется ливень.
Они побежали к поджидающим их машинам. Раздался удар грома, и море с яростью обрушилось на то место, где они стояли секунду назад.
***
Бинни вернулся в скверном настроении. Микки приехала встречать его в аэропорт, но он, едва удостоив ее кивком, отдал чемодан и пальто одному из слуг и молча сел в машину. Микки готовилась к его приезду, и теперь ей было очень обидно. «Может, — пыталась она оправдать его поведение, — он просто еще не пришел в себя из-за разницы во времени?»
Бинни велел водителю включить кассету с сентиментальными песнями в исполнении Мехди Гассана, откинул голову на подголовник и закрыл глаза. Микки попыталась было взять его за руку, но он грубо отмахнулся. Впрочем, в присутствии водителя, который постоянно оглядывался на хозяина в ожидании новых распоряжений, о каких-то нежностях не могло быть и речи.
Стоило им зайти в дом, как Бинни сразу же отправился в свой кабинет, налил себе полный стакан виски и углубился в бумаги. Той ночью тишину нарушал только писк факса.
— Тебе сделать кофе? — спросила Микки перед тем, как отправиться к себе в спальню.
Бинни уже давно распорядился, чтобы она переехала в другую половину дома, коротко объяснив свое решение тем, что не привык делить свою комнату с кем бы то ни было, и вообще, она ему мешает. Микки долгое время не могла с этим смириться, хотя у ее родителей тоже были отдельные спальни. Впрочем, дома Бинни бывал редко, а если и решал переспать с ней, то приходил, как правило, часа в два ночи, а то и позже. Но сейчас он долго отсутствовал, и Микки истосковалась по нему. Ей хотелось соблазнить его, полностью завладеть его вниманием, отвлечь от всех дел. Ей чисто физически его не хватало, и она мечтала о том, как они проведут страстную ночь. Поведение Бинни глубоко оскорбило ее, тем более что такое случалось далеко не впервые.
Микки долго не могла уснуть: она размышляла, стоит ли рассказывать мужу о разговоре с Раманбхаи. Она все еще не решила, как отнестись к словам старого друга отца. Что это? Просто домыслы выжившего из ума старика или к его предупреждениям стоит прислушаться? Но сейчас ей так хотелось привлечь к себе внимание Бинни, что она готова была даже рискнуть своей жизнью, только бы он ее заметил, выслушал, признал сам факт ее существования. И она решила рассказать ему все на следующей неделе, в день его рождения.
***
Через два дня после возвращения из командировки Бинни внезапно нагрянул домой посреди дня. Микки и Лючио, весело болтая, занимались стряпней. К ним заглянул перепуганный слуга и шепотом сказал:
— Госпожа… вас разыскивает хозяин.
Лючио в этот момент взбивал яичные белки, а у Микки все руки были в муке. Она удивленно посмотрела на Лючио, а он улыбнулся ей в ответ:
— М-м-м… похоже, вы скучать не будете. Рад за тебя, детка.
Микки покраснела и пошла мыть руки. Сквозь стекло двери, ведущей из маленькой подсобки в огромную, как в роскошном отеле, кухню, она увидела мужа.
— Это еще кто такой?! — спросил он, врываясь в подсобку.
Микки, забыв про недомытые мукой руки, бросилась к нему. Лючио застыл в изумлении. Через черный ход, ведущий в жилые помещения для слуг, вбежали двое младших поваров. Бинни грубо оттолкнул жену, бросился к Лючио, схватил его за рубашку, легко, без усилий, поднял в воздух и швырнул через всю подсобку к двери.
— Выметайся из моего дома, педик, пока я тебе все кости не переломал.
Микки попыталась вмешаться, но Бинни взмахнул рукой, и она отлетела в угол, обрушив тяжелые чугунные сковородки. Она ударилась головой об угол табурета, а на руку ей упал острый хлебный нож, оставив глубокий порез.
— Бинни, прошу тебя, — вскрикнула она, — прекрати! Мы с Лючио готовили тебе сюрприз на день рождения.
Бинни резко обернулся.
— К черту мой день рождения, сука! Убирайся к черту! Вместе со своим дружком. Надо же какая наглость — защищать другого мужчину в моем доме! Можешь не рассказывать, кто он такой, мне прекрасно известно об этих твоих якобы кулинарных курсах с каким-то там французиком. Непонятно только, чему он там вас обоих учил. У меня есть доказательства: фотографии, счета из ресторанов… Вот, значит, как ты меня ждала! Я знал, что тебе нельзя доверять. Шлюха!
