Читаем без скачивания Выйти замуж за 25 дней - Алина Кускова

Соня не смогла продолжить разговор и попросила Виталия, так представился молодой человек, перезвонить завтра. На кухне тем временем, несмотря на валерьянку, продолжались завывания, переходящие в слабое попискивание. Выла, понятное дело, Одуванчикова. Но кто там мог пищать? Соня кинулась на кухню.

Пищал Одуванчиков, обняв свою бывшую жену, которая захлебывалась рыданиями.

– Мы жертвуем своим счастьем ради тебя, Романцева, – прорыдала Одуванчикова. Муж пару раз ей подпискнул.

Соня уже хотела было выставить парочку за порог, но тут в дверь снова забарабанили. На этот раз пришел Степан Колбаскин. Он ввалился в маленький коридорчик со словами:

– А мы так и не договорили!

– Степан, – попыталась образумить Колбаскина Соня, но тот не дослушал и взвыл как раненый бегемот:

– Так ты не одна?! – И ринулся на кухню. – Убью гада!

Соня же опять заспешила к телефону.

– Девушка, с Бельгией говорить будете? – поинтересовалась тугуевская телефонистка.

– Да, – изумленно ответила Соня. И тут же услышала незнакомый голос какой-то дамы:

– Это есть Софья Романцева?

– Да, это я.

– Софья, я желаю с вами познакомиться с намерениями на вас жениться. Я давно мечтал о русской жене. Пришлите свою фотографию, и я приеду к вам в гости.

– Вы не ошиблись? Я не эта розовая пантера и в этом смысле. У нас с женщинами брак запрещен!

– А кто у вас женятся? Одни мужчины? – искренне удивилась дама из Бельгии.

Пока Соня разъясняла, что у них в Тугуеве все, как у нормальных людей нормальной ориентации, незнакомка из Бельгии засмеялась.

– Извините, Софья, – сказала она, – я не собираюсь на вас жениться. Это хочет сделать мой брат, но он не говорит по-русски. Я передаю вам его слова.

Понятно, подумала Соня, это все результаты заявки в брачное агентство. Но продолжить разговор она не смогла. Шум в кухне нарастал с новой силой, а через некоторое время в коридоре началась какая-то возня, и стоны Одуванчиковой доносились уже оттуда. Соня распрощалась с бельгийкой как можно вежливей. Все-таки руссо, хоть и не туристо, но с иноземцами нужно вести себя достойно. Бельгийка согласилась позвонить завтра.

Тем временем в коридоре Колбаскин толкал Одуванчикова к входной двери. Его бывшая жена висела на Колбаскине и выказывала сопротивление. Она препятствовала Колбаскину вытолкать мужа за дверь всеми своими килограммами и продолжительными рыданиями, переходящими в завывания и всхлипы. Сам Одуванчиков расставил в стороны руки и ноги, изображая из себя противотанкового ежа, застрявшего в дверном проходе.

Соня застала троицу в разгар борьбы.

– Он все равно на ней женится! – выла Одуванчикова, висевшая на Колбаскине.

– Только через его труп! – авторитетно заявлял Колбаскин.

– Степан! – крикнула Соня, которой все начинало порядком надоедать. – Я не собираюсь за него замуж!

Одуванчиков возмутился и сложился. В этот момент Колбаскин по инерции снова толкнул Одуванчикова к двери. Но проход был уже свободен, и вся троица благополучно вылетела на лестничную клетку.

– Вот и славно! – подвела итог Соня и захлопнула за непрошеными гостями дверь.

Она прошла в комнату и, радуясь передышке, занялась подготовкой к вечеру. Какое платье надеть? Что обуть?

– Белые тапочки! – раздалось снизу.

Соня подошла к окну и посмотрела вниз. Колбаскин с Одуванчиковым продолжали драться у ее подъезда. Бывшая жена, изображая вселенскую скорбь, сидела на скамейке и рыдала. Неожиданно загудела сирена, и во двор въехала милицейская машина. Надо же, как оперативно, подумала Соня. Но милиционеры не стали разбираться с Одуванчиковыми и Колбаскиным. Те вдруг резко перестали предъявлять друг другу претензии, сели рядышком на скамейку и успокоились. Милиционеры зашли в Сонин подъезд. Только они скрылись из виду, как троица возобновила потасовку. Соня решила посмотреть, чем все это закончится, но тут в ее дверь снова позвонили.

– Почему сработала сигнализация? – поинтересовался работник вневедомственной охраны, когда Соня открыла дверь.

– Не знаю, – пожала плечами Соня. – Вполне может быть, – она наклонилась к милиционерам, – что это не простая сигнализация.

– А какая? – недоверчиво поинтересовался работник вневедомственной охраны.

– Суперская, – Соня резанула ладонью воздух. – Представляете, где-то рядом шум, и она начинает срабатывать.

– Большой радиус действия, – догадался второй, симпатичный, работник вневедомственной охраны.

– Ага, – обрадовалась Соня поддержке, – очень значительный радиус.

– Так вы это, – погрозил пальцем первый, – того, не шумите. Чтоб не срабатывала.

– Как скажете, так и сделаю, – согласилась Соня.

– Может, я завтра заскочу, проверю? – предложил симпатичный милиционер, когда первый развернулся и потопал к лифту.

– Зачем меня проверять?

– Сигнализацию, – улыбнулся парень, подмигнув Соне. – Мало ли что.

Соня улыбнулась ему в ответ и согласилась на завтра. Вот уж будет денек, подумала она. И подошла к окну, чтобы удостовериться, что милицейский «газик» уезжает с их двора. Симпатичный милиционер, увидев Соню в окне, сделал ей на прощание под козырек.

Это заметил Колбаскин и, сделав страшные глаза, посмотрел на окно Сони. Этим воспользовались бывшие супруги Одуванчиковы и затащили конкурента в кусты сирени.

На Одуванчиковых посмотрел банковский работник Скворцов, ехавший по двору на новеньком велосипеде, и, крепко вцепившись за руль, тоже сделал страшные глаза.

Только Соня отошла от окна, как под ним раздался пронзительный свист. Соня вернулась и увидела еще одного молодого человека, уставившегося в Сонино окно. Это был Анатолий, в руках которого копошился щенок.

– Вот, алиментный, – Анатолий кивнул на щенка, когда Соня открыла дверь квартиры.

Мохнатый комочек зашевелился, поднял мордочку и лизнул Соню в нос жарким маленьким язычком. Соня поняла, что это ее собака. Она нужна ей больше, чем какой-то мифический муж. И все это время ей был нужен этот маленький друг человека, которого можно окружить своей любовью и заботой. Она прижала щенка к себе.

– Девочка, – пояснил Анатолий.

– Эльвира – покорительница тьмы, – мечтательно произнесла Соня, но, глядя на смешную мордочку, передумала, – Аська. Ты будешь моей Аськой.

– Вот и здорово! – обрадовался Анатолий. – Будем вместе гулять! Цер обожает маленьких Асек!

Но Соня не обратила никакого внимания на радость Анатолия. Хотя тот действительно был чрезвычайно доволен, что так быстро и удачно пристроил маленького сорванца, доставшегося ему совершенно случайно от знакомой суки. Щенок был бракованным – его окрас не соответствовал модной расцветке. Но Соне было все равно. Она нашла свою Аську.

– У меня появился друг! – сообщила Соня Ларисе, как только распрощалась с Анатолием.

– Вот здорово! Кто он? – крикнула в трубку Лариса.

– Не он, а она!

– Ты что, в своем уме? Тебе замуж нужно выходить за мужика, а не за бабу! Кто там у тебя? – Лариса услышала звонкий лай.

– Девочка-щенок. Я назвала ее Аськой.

– Лучше бы там у тебя лаял Васька. Ныряй в шкаф, готовь шмотки. Или ладно, какая разница. Иди в том, в чем сидишь сейчас. Только иди! Загс работает до шести вечера. Сейчас я утрясу кое-какие формальности и прибегу к тебе. Не смей заводить еще какую-нибудь девочку. Сосредоточься на мальчиках!

Через час появившаяся в квартире Сони Лариса увидела странную картину. Посреди комнаты за свежую розовую сосиску боролись двое: ее подруга и какой-то облезлый щенок.

– Никакой она не облезлый щенок, – возмутилась Соня, когда Лариса попыталась сказать ей истинную правду. – Возьми Аську на руки!

Соня знала, что делала. Лариса брезгливо подняла песика и поднесла к лицу, чтоб лучше разглядеть ее маленькую мордочку. Мордочка не сплоховала и лизнула Ларису в нос.

– Какая лапа! – восхитилась та и прижала щенка к себе. – Все. Я остаюсь со щенком, а ты идешь к нотариусу. Имей совесть! Усачев ждет тебя уже целый час!

– Я не могу оставить его без себя, – цеплялась за Аську Соня, которой расхотелось идти замуж за Усачева.

– Не волнуйся. Мне, как замужней даме, теперь можно доверить ребенка. Иди и выходи замуж.

– Лариса, – Соня села рядом с подругой на диван, – ты думаешь, мы поступаем правильно? В этих бешеных скачках за мужьями мы, как загнанные лошади, носимся по кругу!

– Ты о чем, – испугалась Лариса, – даже и не думай! У тебя впереди карьера, а это дорогого стоит!

– Ты действительно так думаешь? – серьезно поинтересовалась Соня.

– Не знаю, – сдалась Лариса, – но думаю.

– Ладно, сиди с Аськой, я пошла.

Соня накинула куртку и вышла.

Но дойти до нотариуса она не успела. За первым же поворотом ее буквально сбил с ног журналист Федор Скрипкин.