ко мне на «ты», а в общественных местах, вернее, когда рядом кто-то еще, переходит на «вы». Необычно, однако.
После всех пар, мы с Иркой сходили в столовую, даже взяли с собой пару булочек. Мало ли, проголодаемся. Иногда я поглядывала в телефон, вздыхала, и засовывала его обратно. Не знаю, чего ждала.
Хотя… вру. Где-то внутри меня цепляло все, что касалось Ромы. Словно кипятком по открытой ране. Можно не признавать очевидного, долго отнекиваться. Но однажды осознаешь – человек уже поселился в твоем сердце. Пустил корни. И с этим ничего не поделать.
В библиотеке мы с Дроновой сидели до шести, шерстили книги. Я выписывала термины, делала пометки в конспекте, а Ирка учила слова по английскому. Людей с каждым часом становилось меньше, за окном медленно темнело. Честно сказать, шея и плечи у меня затекли. Уже и дискотека казалась не радужной. Зачем на нее идти, когда тело болит, настроение возле плинтуса, и дождь срывается на улице.
Однако когда мой мобильный неожиданно завибрировал, и на экране высветилось имя Филатова, я едва не свалилась со стула. Сердце подпрыгнуло, и губы сами собой растянулись в легкой улыбке.
– Привет, – робко произнесла, мысленно ругая себя за смущение.
– Ты домой не планируешь? – без всякого приветствия спросил Рома.
– Соскучился что ли? – а вот это уже произошло произвольно. На автомате. Без моего контроля. Фил усмехнулся в трубку, затем ответил:
– Ужасно.
Всегда одно слово, а у меня словно из легких вышибло воздух.
– Сегодня дискотека на ГСУ, – немного растерянно пролепетала я. В ушах так и звенело его «ужасно», от чего к скулам прилип румянец. Это же шутка. Тупая шутка, Катя! Спустись на Землю. Рома просто развлекается.
– Да? И… ты собралась идти? – мне показалось, он удивился. Да что уж там, я сама была удивлена. Дискотеки не для меня, вернее я совсем не фанат громкой музыки.
– Ага. Мы с Ирой идем. Там Макаров будет курировать. Странно, скажи?
– Во сколько начало? – резко произнес Рома. Тон его голоса, который звучал до этого мягко и вальяжно, вдруг принял более резкий оборот.
– Через… час.
– Тогда до встречи через час.
Глава 30
После разговора я вся извелась. Мысли перемешались, какие уж тут знания, ничего в голову не лезло. Дронова осторожно спросила, что меня так разволновало. Ну, я и выдала, не тая. Хотелось с кем-то поделиться.
– Может… у вас взаимная симпатия? – заключила Ира.
– Вряд ли. Ты видела его бывшую? Да и… это временное помутнение. – Тут я лукавила. Даже себе. Потому что сердце сжималось так, словно корни никакие не временные. Словно моя симпатия мчит на серьезных оборотах. И это чертовски пугало.
– Пошли, приведем себя в порядок. Пусть твой Ромео упадет от того, какая у него красивая соседка. С ума сойти! До сих пор не верю, что вы вместе живете.
По пути в дамскую комнату, где мы планировали переодеться и подкраситься, Ира разговорилась. Рассказала о своей первой любви, о школе и парне, который ее предал: признавался в чувствах, готов был горы свернуть, в итоге бросил Дронову, потому что она отказала в сексе.
Я посочувствовала Ирке. Парни ради постели могут быть теми еще козлами. А мы потом страдай. Ну, уж нет. Пусть они страдают.
С таким настроением мы поменяли наряд, подкрасили губки, и даже распустили волосы. Дронова притащила с собой утюжок, лак, расчески. Подготовилась по полной. Настояла сделать мне легкие кудри. Я сперва отнекивалась, но потом загляделась на себя в зеркало. Волны на тонких пшеничных волосах смотрелись отменно.
– Да ты роковая красотка, – усмехнулась Ира. Себе она вытянула и подколола красивой заколкой прядь возле ушка.
– Мне тоже нравится, – одобрительно кивнула, разглядывая образ в зеркале. Глаза с помощью теней и подводки стали более выразительными, а алый тинт придал губам припухлость. Получился контраст на фоне белого оттенка щек.
– Ты похожа на Снежную Королеву, – выдала Дронова.
Мы вышли в десять минут восьмого. Обе при параде. Вышагивали в одну ногу, смеялись и чувствовали себя на удивление уверенно. Как все-таки много значит красивый образ. Да, короткое черное платье с большим вырезом на груди меня смущало, но в то же время придавало мужественности.
Когда мы с Ирой вошли в огромный холл, где уже вовсю играла музыка, то сразу поймали на себе взгляды нескольких ребят. Очередной повод гордиться собой. Вернее осознать, что мы все-таки девушки. Обаятельные девушки.
Дронова подхватила меня под локоть и потянула в сторону окна. Тусклое освящение, басы из колонок, стенки, украшенные дождиком, и танцующие студентки в центре. Кажется, Новый год пришел раньше времени на ГСУ.
– Людей маловато, – шепнула Ира, оглядывая зал.
– Может рано еще?
– Да вроде восьмой час. Должны уже.
Ребят, в самом деле, было мало. Человек тридцать от силы на зал размером в двести квадратов. Шар с цветомузыкой крутился, от чего маленькие яркие зайчики бегали по полу. Я засмотрелась на него, задумалась. О всяком разном, но больше о Роме. Интересно, он придет? Узнает меня? Подойдет ли?
Ну что за глупости в голове. Какая разница. Пусть не приходит.
– Добрый вечер, – послышался знакомый голос. Мы с Дроновой как по команде повернулись и замерли. Макаров стоял напротив… и походил больше на студента, чем на преподавателя. Джинсы потертые, кеды, серая майка, разве что пиджак выделял его.
– Добрый, – кивнула я, а затем Ирка.
– Людей маловато, – произнесла достаточно тихо Дронова, теребя кончики платья. Смущалась видимо.
– Думаю, скоро подтянутся.
– Да, на… ой, извините.
Ира показала на мобильный, который активно оповещал о входящем, и удалилась. А мы с Игорем Леонидовичем остались вдвоем стоять в шуме разлетающихся звуков. Он держал руки в карманах, сместив груз тела на одну ногу: вразвалочку. Смотрел на меня, без доли стеснения. Скользил взглядом, начиная от лица и заканчивая грудью.
И я вдруг поняла, что одета слишком… откровенно. Но не скрещивать же руки на груди. Где там моя вуаль невидимки?..
– Хорошо выглядишь, Катя, – произнес Макаров, спустя несколько секунд молчания. Хотя показалось, мы молчали вечность. В его глазах мелькнул огонек, а может это всего лишь освещение.
– Спасибо, – я чуть опустила голову. То ли в зале стало слишком душно, то ли мне не хватало воздуха.
– Я бы
