будет передан Иоанну IV, что устранит главный предмет разногласий между герцогом и его подданными. Но взамен он должен был подчиниться Эдуарду III как королю Франции и поддержать его в войне с Карлом V. Кроме того, он должен был сдать двенадцать крупных крепостей герцогства офицерам Эдуарда III на время войны, включая три главные гавани западной Бретани — Брест, Морле и Энбон. Они должны были быть немедленно заняты гарнизоном, эвакуированным из Бешереля. Эдуард III назначил двух послов, которые должны были передать эти условия в Бретань и получить согласие герцога. Один из них, Роберт Невилл, был младшим братом видного барона с севера Джона Невилла, лорда Раби, близкого друга Латимера и набирающей политический вес фигуры при дворе. Он хорошо знал герцога, поскольку за несколько лет до этого недолго служил маршалом Бретани. Его коллега, Ральф Барри, был сквайром и ветераном многих тайных миссий к Карлу Наваррскому, одним из тех надежных слуг короля, которые так часто выступали в качестве исполнителей его тайной дипломатии[175].
6 ноября 1371 года Джон Гонт высадился в корнуольской гавани Фоуи. Вместе с ним прибыли две принцессы Кастилии, несколько видных гасконских и пуатевинских дворян, а также некоторые из ведущих английских капитанов, служивших с ним в Гаскони, включая сэра Хью Калвли и английского лейтенанта в Лимузене сэра Джона Деверо. Джона Гонта также сопровождала небольшая группа кастильских изгнанников. Среди них были два человека, которым предстояло стать видными создателями и исполнителями великого проекта Гонта: незаменимый декан Сеговии Хуан Гутьеррес и очаровательный и яркий авантюрист из Галисии Хуан Фернандес Андейро. Андейро обладал исключительным умением заискивать перед людьми, облеченными властью, в любой стране, где он жил. Он служил королю Педро I до его смерти, а затем бежал в Португалию, где быстро стал влиятельной персоной, а вскоре стал одинаково близок с Джоном Гонтом. Его присутствие в ближайшем окружении герцога свидетельствовало о новом интересе к тому, что Португалия может внести свой вклад в амбиции герцога[176].
Герцог Ланкастер прибыл в Лондон примерно через неделю после того, как Невилл и Барри отправились в Бретань. 25 ноября 1371 года у него была трудная встреча с королем. На встрече также присутствовали маршал Аквитании Гишар д'Англе и Жиро де Тарта, сеньор де Пуаянн, один из немногих значительных сеньоров Ландов, все еще верных принцу. Главной целью этой встречи было убедить Эдуарда III в необходимости срочно профинансировать оборону Аквитании, пока она не была полностью потеряна. Так как не было никакой возможности найти необходимые средства в самом герцогстве, они должны были прийти из Англии. Гасконцы также хотели, чтобы их защиту поручили какому-нибудь выдающемуся человеку, пользующемуся доверием короля, если не одному из его сыновей, то графу Пембруку, который, как известно, был близок к Эдуарду III и произвел благоприятное впечатление за те два года, что он провел в герцогстве. Гонт считал, что если герцогство будет должным образом защищено в следующем году, то есть шанс вернуть в английское подданство некоторых из тех, кто покинул его с 1368 года. Даже сеньор д'Альбре, который в последнее время был недоволен растущим сближением герцога Анжуйского с его давним врагом графом Фуа, может быть возвращен в лоно Англии. В письме, которое Эдуард III написал сеньору д'Альбре несколько дней спустя, есть довольно загадочный намек на это обсуждение, из которого следует, что Гонт уже делал ему предложения. Но было очевидно, что все зависело от резкого улучшения для Англии военной ситуации. Вполне вероятно, что Гонт обсудил с отцом и другой свой великий проект — вторжение в Кастилию и свержение Энрике II. Об этом известно лишь то, что Эдуард III не хотел торопиться с принятием решения. По его словам, это были "трудные вопросы" и для их рассмотрения в Вестминстер будет созвано расширенное заседание Совета с участием ведущих епископов и знати[177].
Большой Совет был традиционным собранием, на котором принимались основные решения по ведению войны. Он собрался в Вестминстере 13 января 1372 года и заседал около двух недель, что стало одним из самых продолжительных заседаний такого рода, которые когда-либо проводились. Ход заседания письменно не зафиксирован. Основные решения приходится выводить из приказов, которые были изданы после его закрытия. Главные военные операции в следующем году должны были проходить в Бретани. Большой флот должен был быть реквизирован во всех портах Англии и направлен в четыре пункта сбора в Соленте для посадки войск в начале мая. Планировалась армия численностью около 6.000 человек, которой король намеревался командовать лично. Первоначально предполагалось, что его будут сопровождать два его сына, принц Уэльский и граф Кембридж. Граф Пембрук был назначен лейтенантом короля и принца и получил приказ как можно скорее выехать в Аквитанию. Пембрук предложил отплыть в Ла-Рошель не более чем с небольшой личной свитой, но с достаточным количеством наличных денег и слитков драгоценного металла, чтобы набрать на месте армию из 3.000 человек. Обеспечив оборону Аквитании, он должен был отправиться на север и пересечь Луару, чтобы объединить силы с королем. Стратегия была очень похожа на стратегию 1356 года, когда принц и Генри Ланкастер пытались одновременно провести кампании в Бретани и Гаскони и объединить свои армии у Луары. Король приложил все усилия, чтобы сохранить эти решения в тайне. Гишар д'Англе и Жиро де Тарта, присутствовавшие на Совете, дали клятву хранить тайну и были уполномочены сообщать о планах короля только главным офицерам принца в герцогстве[178].
* * *
Большой Совет принял еще одно важное решение. Именно по "общему совету Англии" 29 января 1372 года Джон Гонт публично объявил себя королем Кастилии и Леона по праву своей супруги и соединил свой герб с гербами испанских королевств. Неясно, какие решения были приняты относительно того, как это заявление должно было быть реализовано, но было широко распространено мнение, как во Франции, так и в Испании, что Гонт намеревался вторгнуться в Кастилию позднее в этом году. Существует множество доказательств того, что он так и сделал. Его план, похоже, состоял в том, чтобы набрать собственную армию численностью около 1.200 человек, которая летом должна была отправиться в Плимут и высадиться в Гаскони. Гонт предложил поучаствовать в этом предприятии опытному военачальнику Уильяму Монтегю, графу Солсбери, и сэру Хью Калвли, ветерану испанских кампаний, который сражался по обе стороны кастильских гражданских войн 1360-х годов. Вместе они рассчитывали набрать дополнительные силы в Гаскони и вторгнуться в Кастилию через наваррские перевалы. Король Наварры, сотрудничество с которым было крайне необходимо, в то время возвращался в свое королевство из Нормандии и должен был проехать через Барселону. В Каталонию были отправлены агенты, чтобы встретить его там. У Джона Гонта
