Насладившись произведённым эффектом, поясняю:
- А зачем вы нужны России и тем более – её огрызкам? Вы плохо управляли той Россией, ещё хуже воевали в Японскую и Мировую войну – больше в плен сдавались. Вы плохо воевали в Гражданскую войну - больше по парижам отсиживались. Вы останетесь там - где есть, панове! Париж, Берлин и Харбин – уже привыкли к русским швейцарам, таксистам и шлюхам.
Не заметил, как звенящая тишина сменилась угрожающим гулом – как растревоженный пчелиный рой, при попытке Вини-Пуха стырить мёд. В воздух взметнулись трости и зонтики. Толпа, человеческих особей в двадцать - в коей наблюдались и крайне возбуждённые дамы, надвигается на меня как стая рыжих собак на Маугли. Журналистов с коих всё началось - нигде не видно, первым вплотную подскакивает офицерик с гвардейскими усиками. Левой рукой хватая меня за грудки, а правой с зажатым канделябром – с хищным прищуром целясь мне прямо в «табло»:
- Ах ты, куРва пшекская!
Так, меня ещё никогда не оскорбляли и, взревев боевой шляхетский клич…:
- Пся крев!
…Опередив буквально на мгновенье, лбом бью его в переносицу – брызги крови на моё лицо и сопли в стороны, а перехваченным канделябром – отмахиваюсь от ещё двух взбесившихся эмигрантов с тростями.
Вспомнилось ещё одно ругательство из популярного в моей юности польского фантастического фильма:
- Курва матка!
В меня полетели предметы сервировки столов вместе с их содержимым. Метнув боевой подсвечник в толпу – чтоб выиграть время, хватаю столик и прикрывшись им как щитом - пытаюсь пробиться на выход.
Тщетно!
Разворачиваюсь и запрыгнув на соседний столик…:
- Ще польска не сгинела!
…Метаю свой столик в окно и, почти вместе с ним и брызгами стёкол - выпрыгиваю наружу. Умудрившись остаться на ногах, несусь как олень по какой-то там Авеню, за спиной слыша всё более и более отстающий топот и, крики:
- Держи чёртова ляха!
Смотрю, а впереди бегут со всех ног ещё двое… А эти что натворили, интересно?
Поравнялись, пригляделся – да это ж мои журналисты!
Куда это они так быстро? Неужели в редакцию журнала «Современные записки»?
- «Динамо» бежит, панове? А «Трудовые резервы»?
Ну, что вам - трудно ответить: «Все бегут!»?
Молчат, пыхтят, дико косясь… Ну, да ладно - мне с вами всё равно не по пути.
Сворачиваю в ближайший же переулок и был таков.
Моё дело – «прокукарекать», а там – хоть не расцветай!
Вот жаль только - шляпу свою в стиле «а-ля Аль Пачино», пролюбил…
***
Операция «Вброс дохлой кошки» продолжается.
К моменту моего приезда в Париж, Советское посольство и особенно Торгпредство в нём – напоминало, если не Ноев ковчег с его парными скотами - то Вавилонскую башню после смешения языков, это точно. К моменту образования СССР и, даже несколько позднее - каждая из республик пыталась вести свою собственную внешнюю политику и торговлю и, в почти каждой из них имелся свой Наркомат иностранных дел.
Когда же после подписания союзного договора, это явление обозвали «национал-уклонизмом», а саму прерогативу отдали общесоюзному Наркоминделу под началом товарища Чичерина - всех этих «суверенных» дипломатов, потребовалось куда-то срочно пристроить – чтоб на своих национальных украинах не барагозили. Вот их и распихали по советским посольствам представительствам за рубежом. Дольше всего за «национал-уклонизм» держалась Украина и Грузия. Вот их «дипломатов» и, было больше всего в Советском посольстве во Франции.
Толку от них никакого, зато и вреда меньше – оставайся они «дома» со своим местячковым сепаратизмом.
Вообще, у меня такое ощущение… Говорил, уже или нет? …Что дипломатия в Эпоху НЭПа - как сельское хозяйство в Эпоху Застоя. Место почётной ссылки для проштрафившейся партноменклатуры.
Вот, к примеру, уже этой осенью, вместо Красина на посту Чрезвычайного и Полномочного - будет назначен Раковский. Этот, хотя и по происхождению болгаро-румын - но такая «незалежная свыдомятина», что хоть счас записывай в Небесную сотню и немедленно отправляй на Майдан.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Позже, здесь же побывают на различных должностях такие одиозные личности и будущие жертвы сталинского режима, как Валериан Довгалевский, Георгий Пятаков, Буду Мдивани и прочие им подобные…
Здесь можно привести слова доктора Геббельса по поводу министерства иностранных дел Третьего Рейха:
«Большего скопища самых гнусных личностей, я никогда не видел».
Вот, вот! Не в бровь – а в глаз!
И точно такими же словами, как состояние сельского хозяйства при «развитом социализме» - про возглавляемую гомосеком Чичериным советскую дипломатию «Лихих 20-х», можно смело сказать:
Она лежит на боку.
И у меня сложилось такое ощущение, что легче, проще и гуманнее - было бы пристрелить эту «клячу», чем попытаться заставить её скакать!
***
Однако, всё это была присказка, сказка будет впереди…
Нашим бывшим соотечественникам ничто человеческое не чуждо, поэтому кроме серьёзной прессы – типа вышеперечисленных печатных изданий, в Париже существует и так называемая «жёлтая» или «бульварная».
Её представители любят собираться тоже на Монмартре, но с другой стороны холма. Здесь тусуется множество местных и наших же художников-эмигрантов, покупающих их картины американских туристов и просто лиц «вольных» профессий - ищущих на чём подзаработать.
Небольшие кафе стоят рядами – только вывески в глазах мелькают, когда идёшь мимо. В одних пиликает гармошка и слышится французский шансон, в другом – бренчит «шестиструнная», под которую поются русские романсы.
«Сквозь чугунные перила ножку дивную продень…», «Отвори, потихоньку калитку…», «Уж давно отцвели…».
Хм, гкхм…
Ни разу не попалось песня «про поручика Голицына и корнета Оболенского» или что-нибудь ей подобное. Может, обогатим русскую зарубежную литературу «Госпожой удачей» из «Белого солнца пустыни»? «Господа юнкера, кем вы были вчера…», «Господа офицеры, голубые князья…»?
Подумал, подумал…
Перетопчутся, конченные лузеры!
Втеревшись в доверие одному «шибко свыдомому» уклонисту из работников посольства, одолжил у него на неделю вышиванку и, одев её навыпуск под продвинутый смокинг – стал ходить по местам тусовки представителей «жёлтой» эмигрантской прессы и, подсев к ним за столик - с умилительным малорусским акцентом, навязывать разговоры, типа:
- Украинцы веками угнетались русскими шовинистами, поэтому все они относятся к русским враждебно. Но выступать открыто против русских, с оружием в руках – как это делали, к примеру, ваши казаки - значит заранее обречь себя на поражение. Идея украинства, идея что «мы – не Россия», ещё не овладела умами и сердцами большинства проживающих на территории Украины. Они, до сих пор считают себя русскими или на худой конец – хохлами16.
- Мы, Национал-социалистическая партия Украины - не болтаем, как вы и не взрываем-стреляем-убиваем - как это делает РОВС! Мы, вступив в КП(б)У, находясь на республиканских должностях всех уровней - сотрудничаем с московскими большевиками и, их руками - сознаём новую нацию, новое государство.
- Первым делом – языковая революция. Мова внедряется повсеместно - в печати, образовании, уличных объявлениях, во всех государственных учреждениях и ведомствах. А русский язык подвергается дискриминации. Если на практике мы видим, что люди затрудняются в пользовании украинским языком, то вина падает не на мову, а на людей…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Затем – борьба с великодержавным русским шовинизмом, путём переписывания истории со времён пришествия Рюрика. Украинцы должны быть убеждены, что они принадлежат древней цивилизации и ничего общего не имеют с русскими.
- Наконец, экономическое развитие Украины и других республик СССР (мы действуем в тесном взаимодействии с другими братскими компартиями) за счёт собственно России. Когда она обессилеет – а это произойдёт достаточно быстро, мы скажем русским: «Україна - не Росія! Україна це Європа!» и отделимся от неё.
