Читаем без скачивания Я буду тебе вместо папы. История одного обмана - Марианна Марш

Отец сказал, что он рад за нас с Бобом, а потом долго рассматривал кольцо и восхищался. Думаю, его больше интересовала цена, а не то, как оно выглядит. Мама лишь кивнула в знак одобрения, но больше ничего не сказала; было видно, что она нервничает.

— А где малыши? — спросила я, оглядываясь в поисках братьев и сестры. Родители объяснили, что старшие ушли в гости к друзьям, а младших взяла к себе Дора.

Внезапно отец внимательно посмотрел на меня, и дружелюбное выражение быстро покинуло его лицо. Я сжалась, понимая, что надвигается неизбежный разговор, которого так боялась.

— Ну, Марианна, ты уже рассказала своему нареченному о ребенке?

В комнате мгновенно воцарилась тишина. Мысль о том, что мой будущий муж сейчас может узнать об обеих дочерях, пронеслась в моей голове, а вслед за ней возникла ужасная картина: Боб просит меня вернуть кольцо.

Любимый тем временем заговорил, спокойно, но убедительно:

— Послушайте, я хочу, чтобы вы кое-что поняли. Меня не волнует прошлое Марианны. Важно только наше с ней будущее. Она — та девушка, которую я люблю и на которой собираюсь жениться, и мы сделаем это, дадите вы свое благословение или нет. Я буду беречь Марианну и заботиться о ней всю свою жизнь. — Боб вытянулся во весь свой немалый рост, обошел вокруг стола, встал за моей спиной, обнял меня за плечи, слово намеревался защитить, и без улыбки посмотрел на отца. — Так что вам не стоит волноваться за нее. — Тут он замолчал, чтобы следующие слова прозвучали более весомо: — Или когда-либо упоминать о том, что произошло.

Я почувствовала, как глаза наполняются слезами любви и страха. Господи, подумала я, что сейчас скажет папа? Но ни в тот день, ни когда-либо в будущем отец не рискнул больше поднимать в разговоре эту тему, чтобы не злить Боба.

Я повернулась к жениху и одними губами прошептала:

— Спасибо.

Это был последний раз, когда кто-либо упоминал о моем прошлом.

Восемь месяцев спустя мы поженились.

Глава пятьдесят первая

Через пару недель после поездки в Хэттон Гарден и официального обручения Боб сообщил, что у него для меня есть еще один сюрприз. Он встретил меня после работы, и мы поехали по незнакомой дороге куда-то, где я еще не была. Машина остановилась перед домом с табличкой «Продается».

Я вопросительно взглянула на Боба, и он объяснил, что собирается подать заявку на приобретение недвижимости, — ему нужно только мое согласие. Если мне все понравится, то мы купим этот дом.

— Конечно, придется немножко поработать, Марианна, — извиняющимся тоном сказал он. — Но это можно будет делать по выходным. Будем приезжать сюда, красить, кое-что доделывать. Вместе справимся. Я неплохой плотник, так что сам смастерю шкафы для посуды и, если хочешь, соберу новую кухню.

Я шла по комнатам и представляла, как мы покрасим стены в яркие цвета, как повесим на окна светлые шторы — обязательно попрошу Бев сшить их для меня, — как подберем мебель в тон, светильники, лампы…

Вскоре нам вручили ключи, и мы стали проводить там практически каждый вечер. Боб взял на себя тяжелую работу — например, вставлять новые рамы, — а я красила стены, оттирала и покрывала лаком деревянные полы. Мы решили, что проведем наш медовый месяц в этом доме, и хотели, чтобы все было готово ко дню свадьбы.

Боб сказал, что не любит жить в долг, поэтому в банк мы обратились только за кредитом на дом. Свадьбу мы собирались оплачивать сами, поэтому в целях экономии выбрали для регистрации городскую управу, а не церковь.

Родители Боба немного расстроились из-за того, что не будет пышного венчания, но они понимали: мои родители находятся не в том положении, чтобы помогать нам деньгами. Они предложили не обращать внимания на стереотипы и принять помощь от них, но тут мы с Бобом уперлись: мы сами будем платить за свою свадьбу, в конце концов, мы ведь оба работаем. После того как мы объяснили это, мама Боба с улыбкой сказала, что не зря посеяла семена гвоздики в тот день, когда мы объявили о помолвке. Она сразу подумала, что из этих цветов получатся замечательные бутоньерки для церемонии! А папа его просто сказал, что теперь ему будет чем заняться на выходных: он полон решимости, засучив рукава, готовить дом к нашей первой брачной ночи!

На неделе мы подбирали новую мебель, а по субботам и воскресеньям занимались сборкой. Кое-что сгодилось и из старой: облезлые дверцы посудных шкафов, покрытые зелеными чешуйками, были отчищены и выкрашены блестящей белой краской. В ванной положили новую плитку, а швейная машинка Бев все эти дни работала на пределе возможностей, подшивая шторы для каждой комнаты. «Свадебный подарок!» — с такими словами подруга вручила нам увесистый сверток, закончив свою работу.

Мне дали задание: выбрать материал и краску для нашей спальни. Я как-то рассказывала Бобу, что, когда жила в родительском доме, мечтала о собственной комнате, отделанной и обставленной, как я хочу.

— Ну теперь ты можешь выбирать, что твоей душе угодно. Надеюсь, ты не будешь возражать против того, чтобы делить комнату со мной! — со смехом сказал Боб, и я вспыхнула, подумав о первой брачной ночи.

Стены я выкрасила в светло-кремовый, на окна повесила голубые занавески, потом отправилась в большой универмаг и на сэкономленные деньги купила одеяло, набор желто-синего постельного белья и покрывало. Теперь новая двуспальная кровать, которую родители Боба собирались преподнести нам в качестве свадебного подарка, должна была идеально вписаться в обстановку.

Увлеченные подготовкой дома, мы не заметили, как пролетели несколько недель и настало Рождество. Пришло время строить свадебные планы!

Племянницу Боба и мою сестру назначили подружками невесты; и снова швейной машинке Бев пришлось изрядно потрудиться, чтобы к сроку изготовить голубые бархатные платья, отделанные белым мехом.

Я обегала немало магазинов в поисках свадебного наряда и наконец нашла то что нужно: изящное кремовое платье длиной до колен с белым мягким жакетом.

Дату назначили на середину февраля. В день торжества я поднялась на рассвете, чтобы успеть подготовиться. Бев накрасила меня с особой тщательностью, потом вытащила из моих волос бигуди, уложила локоны и полила лаком. Я аккуратно надела платье, и подруга закрепила большой белый цветок у меня на голове. Последний штрих — белые туфельки на высоком каблуке, — и я готова!

До городской управы мы с Бобом доехали в одной машине.

— Завтра начнется наше совместное путешествие по жизни, — сказал он накануне вечером, — так что мы можем не разлучаться с самого начала.

Когда машина остановилась у управы, Боб помог мне выбраться. Я посмотрела на своего будущего мужа снизу вверх и счастливо вздохнула: какой же он у меня красивый! Темные волосы зачесаны назад, а пиджак только подчеркивает широкие плечи и сильные руки, готовые в любой момент защитить меня.

Всю дорогу до нужного кабинета я крепко сжимала маленький букет из белых цветов, пытаясь унять нервную дрожь: меня трясло от счастья и волнения. Я до сих пор не могла поверить, что этот день настал.

Свадьба осталась в моей памяти чередой счастливых эпизодов: вот мне едва удается произнести собственное имя, вот друзья окружают меня и осыпают поздравлениями, вот Боб гордо называет меня миссис Марш.

Мы покинули здание управы, держась за руки, и почти пробежали сквозь дождь из конфетти к ожидающим машинам. Родители Боба заказали столик в ресторане, так что все, кто присутствовал на регистрации, отправились с нами обедать.

Я была очень рада, что по случаю свадьбы мои родители сделали над собой усилие и постарались выглядеть прилично. Мама уложила волосы и надела новое платье, а отец — белую рубашку и костюм, который был ему слегка тесноват.

Сейчас я даже не могу сказать, что ела в ресторане. Помню, как пенилось шампанское, как произносились тосты, как все смеялись над шутками шурина. А потом всё кончилось, и мы приехали к себе домой.

Пока мы были в управе и в ресторане, друзья успели подготовить в нашем доме вечеринку. Мне надо было только переодеться и спуститься вниз, чтобы присоединиться к всеобщему веселью, которое началось, как только зазвонил колокольчик при входе. Друзья вручали нам свадебные подарки; под конец коробок было столько, что они заняли целую комнату, и я поняла, что мне еще не скоро придется покупать посуду, кастрюли и полотенца.

Пластинки в проигрывателе сменяли одна другую: Элвис с последним хитом «It’s Now or Never», а за ним — более энергичная музыка от новой группы «Rolling Stones». За окном темнело, и в конце концов пришло время песни Фрэнка Синатры «The Last Dance» — «Последний танец».

Друзья постепенно уходили, и вот мы остались одни. В камине жарко горел огонь, новые шторы закрывали нас от всего мира. Как сказал Боб, в тот день началось наше совместное путешествие по жизни.