…Вопреки прогнозам адмирала, собранные кораблики, смогли дойти до Тейта, не развалившись, и даже не обнаружив серьезных течей. Правда и шли они не по открытому океану, с его разрушительными волнами, а по внутренним водам архипелага, очень осторожно лавируя между островами. В результате этого лавирования — эскадра смогла пройти сквозь, может и не так чтобы очень, но все же заселенный архипелаг, никем не обнаруженная. …А капитан Маб, умудрившийся свершить подобное чудо, лишь загадочно ухмылялся в ответ на вопросы — «Откуда он так хорошо знает местные воды», что заставляло заподозрить в нем опытного контрабандиста и весьма отважного человека. — Торгаши-кредонцы, почитали контрабанду куда худшим злом чем пиратство, и наказывали за нее не просто смертью, но смертью очень долгой и мучительной.
Когда капитан Маб, виртуозно вывел караван к нужной точке — на все шесть брандеров — пока лишенных своей смертоносной начинки, расписав себе лица в стиле окраски корабликов, погрузилась рота майора Бида… (Да-да… — майор, к большому удивлению лиц неосведомленных, почему-то продолжал командовать ротой), и дождавшись сумерек — двинулась вперед к острову.
Надо сказать, что обычно-то — солдаты не очень ловки на воде, все-таки это не их стихия. Но эти ребята показали себя весьма умелыми мореходами, умеющими и грести, и даже неплохо (для сухопутных крыс), обращаться с парусами, что позволило сократить количество моряков на torpeda всего до двух человек — капитана и рулевого.
…Несколько месяцев тренировок на глухом и отрезанном от всего мира побережье Тима (будь проклят этот поганый городишко, и то жуткое пойло, которое по слухам, местные, гонят из рыбьих голов).
Впрочем — солдаты там учились не только ходить под парусами или грести. Но и, судя по тому как стремительно они покинули свои суденышки, едва те коснулись берега, при этом даже умудрившись не замочить пороховые заряды в своих мушкетах, — высадку на берег, они тоже отрабатывали. (Тот, у кого после высадки мушкет давал осечку — лишался дневной порции выпивки. — Что весьма стимулировало как и желание тренироваться, так и умственную деятельность, что привело к появлению специальных затычек на стволах, и промасленных тряпок, обмотанных вокруг замка и полки).
Затем одно капральство ушло к дороге, чтобы перекрыть выход из деревни. Второе — двинулось непосредственно по дороге, сгибаясь под тяжестью каких-то тюков. А остальные — предприняли стремительную, но молчаливую атаку на небольшой форт, стоявший примерно в полукилометре, от места высадки.
Прошляпивший вражеский десант часовой, прятавшийся от дождя в будке над воротами, так толком и не вышел из полудремы, когда кинжал сержанта Йоовика вошел в его сердце. И как результат подобной беспечности — треть защитников форта была заколота во сне, треть успела выскочить из казарм, чтобы наткнуться на штыки нападающих, а последняя треть, весьма благоразумно, предпочла сдаться. — Рота Бида, отрабатывала это нападение, в течении почти трех месяцев на специально построенном макете форта (чертеж и план которого, предоставил сам Военный Министр Риишлее), так что операция была проведена без единого выстрела и обошлась без потерь.
Конечно — чуткие уши рыбаков, не могли не уловить поскрипывания снастей больших кораблей, вошедших в бухту. И уж тем более — звуков высадки на берег, целых двух полков тооредаанской пехоты.
Но староста, бросившийся было в сторону крепости, дабы предупредить тамошний гарнизон, наткнулся на выставленный пост, и будучи отловлен охранявшими выход на дорогу вражескими солдатами — был «благословлен» парой оплеух и одним поджопником, после чего, с чувством выполненного долга, вернулся обратно. (Спустя месяц, он даже пытался выпросить себе у Совета Республики, какую-нибудь награду, весьма живописно описывая полученные раны. Увы, но один из Советников будучи лекарем по специальности, лишь хмыкнул, перечитывая слезное описание, и вынеся вердикт — «Даже с половиной этих ран не выживают», бережно сложил послание, и забрал себе, дабы повеселить приятелей).
Впрочем, скоро рыбаки поняли, что не они сами, не их скромные хижины, вовсе не интересуют пришельцев. Они было забеспокоились, когда сошедшие с кораблей моряки, начали отвязывать их лодки, и сгонять на одну стоянку. Но командовавший этим предприятием морской лейтенант, пусть и в несколько грубой, но зато весьма доходчивой форме, заверил обеспокоенных граждан Кредона, что их лодки, королевству Тооредаан, нужны «не больше дерьма из задницы сраного Небесного Верблюда». И если все жители будут сидеть тихо по своим домишкам… примерно так пару дней — вскоре они получат свои лодки обратно. А вот коли кто-то посмеет хоть рыпнуться, или попробовать сбежать из деревни — лодки сожгут все до единой.
Лодка для рыбака была всем. Так что староста, и наиболее авторитетные мужики поселка, — клятвенно заверили что будут сидеть тихо. …И надо сказать — обещание свое исполнили.
…Как впрочем и тооредаанцы. — Сошедшие на берег солдаты не только не бросились разорять нищие рыбацкие хижины, но даже не одной бабе юбку не задрали. — Они были заняты чем-то другим.
А именно — выгружались с трех, вошедших в бухту кораблей, сами, сгружали какое-то барахло, поднимали его на плечи и уходили по дороге. — Им явно было не до рыбацких «богатств».
А тем временем — капральство, ушедшее к крепости самым первым, уже достигло своей цели..
— Ну Гаарз, — Утирая пот со лба, выступивший от быстрого движения, даже в эту, весьма прохладную ночь, бросил сержант Доод. — Теперь ваша очередь, показывать за что двойное сержантское жалование получаете!
— Не боись сержант. — Весело ответил ему Гаарз. — Покажем! Ща только Киншаа с запалами подтянется…
Лейтенант оу Заршаа. — Продолжил он, повернувшись к офицеру. — Нам бы парочку солдат посмышленее…
— Доод. Выдели. — Коротко приказал оу Лоик Заршаа, которого просто распирало от счастья, при мысли о полученном задании. — Не зря он всеми правдами и неправдами пробивался в роту Бида, ради чего даже пришлось пожертвовать очередным продвижением по службе. — Потом расставь посты. — Один на дорогу в сотне саженей отсюда. — И по два в обе стороны. Только помни — чтоб ни звука!
А Гаарз, Киншаа, и пара матерых гренадеров, имевших немалый опыт в подобных делах, тем временем, отойдя чуть в сторону от ворот, дабы не привлекать внимания охраны, сначала спустили вниз парочку из Гаарза и гренадера в ров — сухой и неглубокий, ибо пробит он был в камне, что проходил перед воротами, а потом, осторожно начали спускать на веревках тюки с порохом, обернутые в «не промокающую» ткань.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
