— Ха! — выдохнула Мора, схватила ствол дерева и потянула. Корни дерева подали вверх из земли один за другим, и когда все дерево освободилась, она атаковала им Адлета.
— Осторожно! — крикнула Фреми, ее пули ударили по стволу дерева.
Но Мора игнорировала Фреми и сосредоточилась на Адлете. Ее атаки были упорными, каждый удар стремился убить.
Фреми пыталась продвинуться к Море и заговорила с Адлетом:
— Я задержу ее. Беги, Адлет.
— Ни за что. Ты тоже бежишь. Мора опасна.
Вряд ли Мора была седьмой, потому оставлять их сражаться было опасно.
— Ты вмешиваешься, Фреми!
Фреми мешала Море и ее попыткам предотвратить побег Адлета, что думал, как им сбежать вдвоем. И тут Адлет почувствовал опасность, приближающуюся с его стороны.
— Фреми-сан, с дороги!
Фреми отскочила в одну сторону, Адлет откатился в другую, а из земли, где они стояли, появилось несметное количество белых лезвий.
— Опоздали, принцесса, — пробормотала Мора.
Нашетания стояла в чаще леса с рапирой наготове и улыбкой на лице.
«Она слишком много улыбается», — подумал Адлет, глядя на нее. Но в ней что-то отличалось.
— Ты понял, Адлет? — спросила Фреми. Ее ружье указывало на Мору, но бомба — на Нашетанию.
Он точно понял, что она хотела сказать. Нашетания уже не была на их стороне.
По какой-то причине Нашетания не двигалась после внезапной атаки. Она стояла на месте с улыбкой, что выглядела приклеенной к лицу.
Адлет затем заметил, что за Нашетанией стоял Голдоф. Он наблюдал за Адлетом и выжидал шанс ударить.
— Это было смешно, Адлет-сан. Я десять дней с тобой путешествовала, — заговорила Нашетания, словно забыла, что они были на поле боя. — Казалось, что я многое знаю, но я не знала ничего. Я не знала радости путешествий без проводника или служанки. Впервые я почувствовала страх настоящего сражения, впервые я узнала о доверии и надежности, что можно найти в людях, что на моей стороне поддерживали меня.
Адлет давно не видел ее такой спокойной. Она была дикой, пугающей и беспокойной, с тех пор как она узнала о существовании седьмого. Сейчас она выглядела веселой.
— Я благодарна. Спасибо.
Холодок пробежал по спине Адлета.
— Но теперь, когда я закончила с благодарностями, я убью тебя.
— …Беги. Как только появится шанс, беги изо всех сил. Нашетания не в себе, — прошептала Фреми. Адлет согласился. Он был напуган Нашетанией, как и Фреми. — Послушай, Нашетания. Ханс в безопасности. Адлет не враг. Мора соврала, — сказала Фреми.
— Нет, принцесса. Адлет — враг. Ханс серьезно ранен. А Фреми — обманута, — возразила Мора. Но в ее голосе не было уверенности.
— Успокойся, Нашетания. Мы все еще не знаем, кто седьмой. Но это не Адлет.
— Не поддавайся. Адлет умеет убеждать.
И Фреми, и Мора пытались переубедить Нашетанию. Но Адлет молчал и смотрел на нее.
Он не хотел сражаться. Он был ранен и устал. Рана, полученная от Ханса, снова болела. К тому же, он получил ожоги в сражении с Фреми. У него не было сил биться с Нашетанией.
— Голдоф, ты же слышишь? Не двигайся, — сказала ему Фреми. Но ответа не было.
— Осторожно, — сказала Голдофу Нашетания. — Не знаю, что сделает Фреми-сан.
«Она ее игнорирует», — Нашетания не обращала внимания на все, что говорила Фреми.
Мора посмеивалась, и Фреми перестала убеждать Нашетанию. Даже Адлет приготовился к сражению.
Но хотя Адлет думал, что атака начнется в любой момент, Нашетания только улыбалась и смотрела на него. Ее неподвижность смутила Мору.
Фреми обернулась и спросила:
— Адлет, что нам делать?
Адлет не смог ответить. Если Нашетания, встретит Ханса и поймет, что он жив, то это ее сможет переубедить. Но Адлет начал задумываться, а цел ли он. И еще он думал, что седьмым могла быть Мора, Чамо, или седьмой расставил очередную ловушку.
— Не можешь ни о чем думать?
— Иди в храм. Если Ханс жив, встретимся там.
— А если он не?..
— Нет времени думать об этом.
Был еще шанс доказать, что Адлет невиновен, здесь и сейчас. Если он разгадает план седьмого, бой будет окончен.
Но он так и не понял, как появился туман.
«Думай, — сказал себе Адлет. — Осталось только одно. Если я пойму метод или смогу убедить догадкой, то мы сможем обсудить это вместо сражения».
— …Я тоже думаю. Но… я не могу ничего придумать, — с горечью сказала Фреми. Но Адлет не винил ее. И он тоже не мог ни о чем думать.
— Адлет-сан. Я жду… — вдруг сказала Нашетания. Ее голос был ярким и веселым, что не соответствовало ситуации.
— Что ты ждешь?
— Твое раскаяние, — сказала он, нацелив рапиру на Адлета. — Я знаю, что пленники, сделавшие плохое, каются перед смертью. Верно? Мне рассказывала об этом давно служанка.
Ошеломленная Мора сказала:
— …Принцесса. Вы немного не понимаете мир. Раскаяние — это не то, что делают люди, кем бы они ни были.
— Это так? — Нашетания вынужденно кивнула. А потом склонила голову в сторону, размышляя.
— Что ж, тогда его можно убить.
И меч полетел в Адлета.
Он не мог уклониться, его плечо распороло. Лезвие было настолько острым, что он даже не почувствовал боли. Атака, что могла стать верной смертью, без колебаний летела в нео, а он просто смотрел, как Нашетания неподвижно ждет. Он не мог читать ее движения. Он не был готов и не мог понять, полетит ли в него атака.
— Там! — крикнула Фреми и выстрелила в лес. Голдоф, вскинув копье, отбил ее атаку. Пуля ударила по его броне, отбросив его назад. Но он продолжил атаку, едва приземлился.
— Из чего его броня? — Фреми была поражена. Не только броня была особенной, но и сам Голдоф был особенным. Ружье Фреми нанесло лишь немного урона, но только его броне.
Голдоф шел вперед, и Адлет и Фреми прыгали назад. Мора воспользовалась моментом и напала на Фреми, и рапира Нашетании нацелилась в сердце Адлета.
— Я держу Фреми! Принцесса, Голдоф, прикончите его! — крикнула Мора.
Но Фреми не дала Море победить, бросив под ее одежду маленькую бомбу. Сила взрыва остановила Мору, а дым закрыл обзор Голдофу.
— Почему Фреми мешает? — проворчал Голдоф.
Но, даже не разобравшись, Голдоф перевел взгляд на Адлета. Тут же Фреми зарядила другую пулю и выстрелила по ногам Голдофа. Пуля не пробила броню, но выбила из равновесия юношу, и он упал.
— Я удержу их. Беги, Адлет!
Адлет беспокоился о Фреми, но когда захотел сказать, что защитит ее, он задумался, может ли бросить ее и убежать. Он устал, у него осталось мало оружий. Его шансы в битве один на один был крайне малы.
— Фреми. Я продержусь. Я же сильнейший в мире человек! — прокричал Адлет, убегая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
