Так вот! Девочка поняла, что теперь работает матерью племени и потребовала от шеф-багыра исполнения супружеских обязанностей. А лет-то ей то ли девять, то ли десять. Ужас. С другой стороны здешние детки, подражая взрослым, запросто, ничуть не таясь, проделывают это самое, начиная с самого раннего возраста — как только в них просыпается любопытство. Что уж как там куда попадает — Петя не интересовался. Но распущеннось в этой области просто чудовищная, и такое понятие, как девственность в этом мире неизвестно.
Но сам-то Петя не питекантроп. Есть у него некоторые предубеждения. Не знания — не изучал он ничего подобного. Но, если целый пласт человеческой культуры осуждает чрезмерные вольности в данной сфере, значит что-то в этом есть. Какой-то опыт, накопленный тысячами поколений оформился в виде поведенческих стереотипов. Тех, которые оказались, в конце концов, выигрышной стратегией. Вот и ему нужно как-то подумать об этом, а не совсем уж безвольно плыть по течению.
Нет, совсем сбросить с себя обязанности перед взрослыми женщинами племени он не может — это здесь и сейчас уже сложившаяся практика. Единственное, что спасает, это то, что более, чем по одной «встрече» с каждой от него, в принципе, и не требуется. Но вот как приструнить малолеток?
Ну-ка, вспоминаем! У женщин, с которыми он обычно делит ложе — Раки, Чачи и Граппы бывают периоды, когда они ложатся отдельно. То есть — некие недомогания. Ну да — Чача говорила, будто ей каждое новолуние совсем не до этого самого. Хотя в другое время она очень даже не против, причём часто и всегда с огоньком. Получается забавная картинка: и в прошлой жизни, и в этой у женщин обязательно происходят какие-то события, причём, периодически. На что-то подобное намекали в назойливых рекламных роликах, предлагающих специфические бабские причиндалы типа тампонов и прокладок, да и судя по наблюдениям за одноклассницами в определённое время со всеми ними что-то произошло — затопорщились спереди форменные жакеты и жилетки, да и сами девчата стали какими-то другими.
То есть в некотором возрасте они из девочек превращаются в девушек и остаются ими вплоть до начала близких контактов с мужчинами. Но это было в прошлой жизни. А тут у питекантропов полный разврат. Само понятие «девушка» практически отсутствует. И как с этим быть?
— Понимаешь, Брага. До тех пор, пока у тебя не вырастут титьки, до времени, когда примерно один раз в луну у тебя не будет болеть примерно в этом самом месте, что находится внизу живота, поступать с тобой, как с женщиной я не буду. Потому что это бесполезно — у тебя не родятся детки.
— Пэта! Что ты такое говоришь! Разве детки образуются от того, что женщины услаждают мужчин?
— Конечно. А от чего же ещё?
— Ты неправ! — вмешалась Рака. — Ты не трогал меня очень долго, а я родила. А с Чачей вы кувыркаетесь часто — и никого она не рожает.
— Очень долго — это примерно окта две луны, — окта две в восьмеричной системе означает десять, а десять лунных месяцев примерно равны девяти календарным. Брага эти цифры легко воспринимает на слух, а для остальных Петя растопырил пальцы сразу двух рук — так, на наглядном пособии, его соплеменники воспринимают величины более-менее адекватно.
— Почему же не рожает Чача? — юноша призадумался. — Может быть потому, что Пыво никак не отстанет от материнской титьки, вот у неё и не получается. Раз она кормит предыдущего ребёнка — зачем следующий? Ведь тогда пришлось бы выкармливать одного малыша в животе и второго, уже вполне большого. Такого, который может подсказывать взрослым охотникам, как грести веслом и какие бамбуки выбирать для сосудов.
Разговор этот происходил во время ужина при стечении большого количества соплеменников, которых шеф-багыр ещё не всех выучил по именам. Надо сказать, едва вождь стал беседовать со «старшими» женщинами, остальные питекантропы притихли и навострили уши — они все поголовно исключительно любопытные создания. Кроме того, межполовое общение — одна из немногих радостей в их жизни. В результате развилась дискуссия, в которую втянулось очень много народу. Основная мысль: «Да не может быть, чтобы дети рождались именно от этого!»
Увы, вопрос о сроках начала половой жизни был полностью похоронен в многословии собравшихся. А Брага ничего не упустила из виду. Она просто стала ночевать на одной циновке с вождём. Нет, чего либо предосудительного за этим не последовало — просто дрыхла под бочком, если было прохладно, или лягалась в жару — вот и всё. Но она постоянно делила ложе с самим… умная девочка. Раньше с ней чаще спорили, но теперь подчинялись требованиям этой недоросли куда как охотней.
* * *
К широко распростёршему свои крылья навесу для сушки глиняной посуды пришла мать племени захватчиков хижины и сказала:
— Наши охотники ходили на охоту в степь и вернулись без добычи. Я прошу тебя снова повести их за мясом. Ты — Багыр.
«Интересные дела, — подумал юноша, — у них там что, матриархат? Непонятно, правда, сколько времени прошло с этих пор до тех времён, когда сам Петя родился и вырос. Но чтобы нормальный мужик — хоть тогда, хоть сейчас — не поделился тем, чего у него хоть завались — это ненормально. То есть, когда Фэн прогонял его от заколотой им коровы — груды мяса, которую ни съесть ни унести просто невозможно, он вёл себя совершенно не по-пацански. Выходит — на него было оказано влияние со стороны некой существенно более развитой личности, чем обычный доисторический мужик. Ну да — Граппа как-то упоминала принцип — чужим ничего не давать. Получается — матриархат уже пустил свои корни в душах людей. Правильный дикарь, увидев подобную гору мяса, должен обежать всю округу, чтобы созвать соседей на пир, пока не протухло столько добра»
— Я не собираюсь на охоту, — ответил он гостье. — У меня много мяса и другой еды. Я буду давать её тебе, если мужчины твоего племени станут сначала возить дрова для обжиговых печей, потом — камни для стен. Чем больше они сделают, тем больше еды получишь ты.
Женщина призадумалась, а Петя продолжил выковывать из золотого самородка прижигалку для бороды — длинная растительность на лице и голове очень мешает, а резать волосы каменным лезвием больно. Люди же из Далёкой Западной Пещеры притащили довольно много этих комков благородного металла. Ну и возвести капитальную долговечную постройку в том месте, где основной состав племени проводит почти полгода — это кажется правильным решением. Даже план возник — четыре каменных «сруба» десять на десять, поставленных квадратом и соединённых забором, ограждающим двор, куда можно будет загнать коров в сухой период. Уж каменные-то стены дикие быки не проломят. И время подходящее — куча мужчин в наличии, провизии вокруг море и он не виноват, что некоторые, вместо того, чтобы переключиться на менее насыщенную животными белками диету, продолжают гоняться по бескрайней степи за быстроногими копытными. Охотнички, понимаешь!
А ему, между прочим, нужно осилить около тысячи кубов каменной кладки — это не так-то просто. Правда, основные пути доставки материала в данном случае проходят по реке, не на тележках тащить корячиться. Но всё равно рабочих рук потребуется много. И, главное, нужно постараться это нормально организовать.
Глава 24. Ещё год пролетел
Великие планы этого полугодия к началу засушливого периода не осуществились. — Все четыре фундамента вполне сложились, встав нижними краями на плотную глину. Но из поверхности земли торчали буквально капельку — не смогли, как ни старались, собрать и подвезти достаточно материала. Камни, которые в бугристых равнинах легко собираются на поверхности, здесь в пойме встречаются редко, можно сказать, случайно.
Галька и окатыши из речного русла для кладки неудобны, да и мелковаты они. А то, что во множестве лежит в тянущихся вдоль реки холмах, обычно имеет не слишком подходящую форму и совсем не приспособлено для транспортировки силами не самых могучих работников — не плитняк, а глыбы любых форм и размеров, с каждой из которых приходится мучиться нескольким человекам, обвязывая верёвками. А как это грузить на лодки из коры? Ведь каждый раз есть риск проломить днищё! И проламывали. А ещё приходилось возить камни из Бугристых равнин, потому что без них не получалось плотной кладки — нечем было толком заполнить промежутки. Одна ходка с тележкой туда и обратно — целый день, сто килограммов камней… четыре-пять вёдер.
Вот и не получилось ничего с одного захода. Если посмотреть взором стороннего наблюдателя — вроде как камней накидали на ровном месте, выложив их них четыре квадрата. Неудача со строительством, тем не менее, не означала провала продовольственной программы. Старшина Брага давно спелась с начальником пункта питания сержантом Чачей, а против этой парочки даже Петя пикнуть не мог. В результате:
