Читаем без скачивания Разрешенная фантастика – 1 - Андрей Мансуров

Отрубали уши, нос, вырывали согрешивший язык… И отправляли мостить дороги.

Дорог в Султанате было много. И – довольно хороших.

Но все поездки по странам и бывшим странам Провинций были разрешены только Купцам, Сборщикам Налогов, и Государственным Закупщикам. А уж от них не больно-то узнаешь, что там нового в Мире.

Болтливых даже из привилегированных эшелонов очень быстро наказывали!

Штатный стукач – это практически каждый Писарь и Бухгалтер. И уж если кто и работал высокопрофессионально и добросовестно – так это Полиция, и Тайная Полиция. Пыточных дел мастера заслуженно слыли специалистами высочайшей категории.

Пропутешествовав в Америки, всё ещё остававшиеся «неоткрытыми», человек убедился, что даже все высокоразвитые цивилизации Центральных регионов южного континента так и не вышли из тупика.

Всё те же кровавые человеческие жертвоприношения, отнимающие массу работоспособного населения у Хозяйства, и междуусобные войны.

Про примитивные племена североамериканских индейцев можно вообще не думать – они всё ещё зарывают-разрывают «томогавки войны»!

Вселившиеся же в восточные провинции будущей «Канады» викинги ещё не расплодились – рождаемость у них крайне низка. Ещё бы: с одной-то женой. И ужасающей детской смертностью!

Здесь ему изменять ничего не надо.

Про Африку и Австралию можно было не упоминать: там благополучно царит каменный век.

Ещё раз прослушав общий фон Единого Информационного Поля, он убедился, что загнивание и застой этого Мира нарушить никто и никак не собирается. Статус Кво слишком надёжно.

И падению, как это случилось с той же Римской Империей, здесь уж точно ничто и никто не поспособствует. Силы отгороженных Стеной варваров слишком мизерны. Против гарнизонов, повсеместно расквартированных по давно завоёванным, и методом «мирного вытеснения» практически почти очищенного от коренных народов, Султаната, уже и выступить-то некому.

Народ, веками приученный к мысли о Вечности Империи и нерушимой покорности её подданных, «подтверждённых» и «свыше», помышляет не о сбросе Ига, а лишь – как бы выжить. И прокормить семью.

Такое в Мире один называлось бы Эпохой Застоя и Регресса. Как технического, так и нравственного.

Но поскольку вымиранием людей такая формация не угрожала, Наместник признал за ней право на существование. И то, что так называемый Прогресс застыл на пятнадцатом веке, посчитали наименьшим Злом. Пусть ни наука, ни культура, ни демократия не развивались никак, зато человечество всё же могло прокормить миллиард смердов и сто миллионов воинов и бюрократов.

Делать здесь нигде ничего не надо. Всё поддерживается автоматически.

Застой? Регресс?

Бюрократия?..

Плевать три раза – зато все живы! И слегка сыты.

Что, в первый раз, что ли, Человечество, словно облепленное паразитами тело, кормит их, этих чиновников и бюрократов, позволяя себя нагло использовать?!.. Нет.

Так что всё – Нормально.

Мысленно сплюнув, человек отбыл в Реальность один.

Каждый раз возвращаясь из Мира Султаната, он ощущал себя грязным. И хотя Наместник запретил вмешиваться, человеку ну очень хотелось…

Хотелось, чтобы все эти лоснящиеся от жира самовлюблённые и тупые чиновничьи рожи поотрубали с плеч, или насадили на кол, или подвесили. Или сварили в кипящем масле. Или…

Он стал замечать за собой предвзятость: крайне кровожадные мысли по отношению именно к бюрократам Пятой Реальности! Из всех негодяев, по его личному мнению, они были самыми страшными. Хуже даже, чем гестаповцы у нацистов. И это – несмотря на то, что сами, лично, эти пиявки-клещи-гельминты никого не убивали.

Они только делали существование остальных людей беспросветным.

И бессмысленным.

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, человек как мог нежно прижался к тёплым и выпуклым местам посапывавшей до этого Эллен.

Она в долгу не осталась – и вскоре человек изрядно запыхался, и запросил пощады.

Ага, так он её и получил!..

На этот раз ему пришлось биться с другим Привратником – в образе Химеры.

И её змеиноголовый хвост даже цапнул его один раз за ногу. Правда, это обошлось Химере – самой дороже.

Нога у человека оказалась из закалённой бронзы. Так что пока вражья морда недоумённо рассматривала выпавшие на землю сломанные зубы, человек поясом скрутил все её четыре лапы, и пинком в брюшину обездвижил тигроподобную тушу.

Глядя на вывалившийся сиреневый язык, человек только поморгал. Это он так отреагировал на укус. Он сам мог принять ещё и не такие обличья и формы.

Однако обнаглевшую прижить он от химеры отогнал, и лапы ей развязал – Врата нуждались в охране. Ничего, через несколько минут эта бестия очухается: он бил не сильно.

Схватка с Придворным сегодня, для разнообразия, закончилась быстро. Чтобы улучшить свои способности, человек снова подключил мозг к Полю Пространства, и использовал новые способности и знания.

Грифоны смотрели на него даже с некоторым интересом. (Вот уж что-то – действительно экстраординарное!)

Наместник, выждав положенные три поклона, вошёл в его разум, и впитал подготовленный Отчёт. Минуты две (Ещё один редчайший случай!) он думал. Затем рот его открылся:

– Некоторые из твоих Решений я одобряю. Но вот самое первое – использование раковой больной – уж слишком напоминает бессовестное манипулирование. Разумеется, я не имею в виду так называемую «человеческую мораль». Я говорю о загробной жизни этой женщины. Теперь она попадёт в Ведомство Петра, как мученица.

А должна была – к Вельзевулу, как самоубийца.

Баланс, конечно, не нарушится сколько-нибудь ощутимо от единственной души…

Однако! Впредь попрошу из Ведомства в Ведомство души не переправлять!

Человек почтительно поклонился, так и не раскрыв рта для попыток оправдания.

Правило номер один: начальник всегда прав! В случае, если начальник не прав – действуй согласно Правилу номер один – то есть, что начальник всегда прав!

Кое-что из Мира Пять было вполне применимо везде, где имелись работники и работодатели…

– Далее, – продолжил Наместник, – Ты правильно поступил, явившись для Доклада сейчас. Теперь, когда я убедился в твоей способности принимать и осуществлять адекватные решения и воздействия, я…

Подтверждаю твои полномочия и новую должность.

Приказываю подвергнуть необходимым, по твоему мнению, Хроноформациям, следующие пять Реальностей. Поскольку они не сильно отличаются от Базовой, думаю, сложностей ты не встретишь. Тем не менее, разрешаю пользоваться экстренным Каналом связи с Управляющим в случае затруднений.

Я имею в виду затруднения того плана, что касаются разных Ведомств.

С очередным отчётом можешь не торопиться. Для нас сейчас главное – надлежащие результаты. Ступай.

Так и не сказав ни слова, человек откланялся.

К Управляющему на этот раз он зашёл по своей инициативе.

Если было что-то, что могло ему пригодиться для работы в следующих пяти Мирах, он хотел об этом знать, и по возможности, усвоить.

Действительно, кое-что нашлось. Человек усвоил, и отбыл «домой».

Работы предстояло достаточно.

Что ж, дорогая… Свадьба, конечно, состоится вовремя.

Но «служебные командировки» намечаются сразу после медового месяца…

5. Госпожа Нагайна.

Рассказ.

Пробираться по джунглям было легко.

Ведь я – всего лишь маленький мальчик, почти всю жизнь проведший здесь. Поэтому ни корявые полусгнившие трухлявые стволы, рассыпающиеся от одного прикосновения, ни предательски пучащиеся над пружинящей подстилкой на земле коварные скользкие корни не затрудняли моего движения. Уж я-то знаю, куда можно, а куда лучше не ставить босую ступню…

Сумрак, царящий здесь, под тридцатиметровыми кронами, даже в полдень, мои привыкшие глаза нисколько не смущал. В волшебной дымке, просачивающейся сквозь густые кроны, словно струя тумана через сито, лес казался сказочной шкатулкой с драгоценностями – только вместо жемчугов, рубинов и изумрудов были яркие бабочки, мелькающие в кронах перья попугаев, и пятна глянцево отсвечивающих цветов и плодов…

Свешивающиеся сверху лианы с живущими на них великолепными орхидеями могли бы отвлечь от дела только горожанина, случайно попавшего сюда, и до сих пор видавшего такую божественную красоту лишь на экране плазменного телевизора. А уж аромат!.. Хотя ощутимей всего всё же запах разлагающейся древесины и валяющихся внизу полусгнивших плодов.

Спокойно и уверенно, ни на что постороннее не отвлекаясь, я скользил по джунглям – бесплотный дух среди бесплотных теней. Впрочем, не скажу, что вокруг стояла тишина – нет, полуденные джунгли всегда полны экзотических звуков, если не пугать обитателей: тут и звонкие крики тех же попугаев, и потрескивание подлеска, когда в нём пробирается пекари с выводком полосатых, словно арбузы, поросят, и рёв самца-мартышки, обозначающего границы своего участка, или грызущегося с очередным подросшим отпрыском за право обладания гаремом из десятка самок.