– Буду нем как рыба.
– Лишь бы все сработало…
Сыщик исчез в соседней комнате, спустя примерно минуту вернулся, оставив дверь широко распахнутой.
Хромой открыл глаза и сделал попытку приподняться. Испуганно посмотрев вокруг, он как-то странно напрягся и выругался:
– Что за чертовщина?
Силквайер, не сводя с гостя пронзительного взгляда, не проронил ни слова. Воцарилась оглушительная тишина. Лишь из соседней комнаты доносилось едва слышное поскрипывание.
Инвалид посмотрел на свои голые ноги, отстегнутый и аккуратно приставленный к дивану протез, незнакомого человека, который буквально сверлил его взглядом.
Бандит вздрогнул от ужаса и, заикаясь, спросил:
– Где я?.. Что вы от меня хотите?
Силквайер коротко и резко ответил:
– Вы в полиции!
– В полиции? Все кончено! Мне крышка!
– Вы подтверждаете, что эта нога – ваша?
– Моя? Вы хотите сказать…
– Да. Ваша нога, отрезанная вашим шефом… это ведь вы вскрыли сейф в отеле «Гамильтон»? Мы все знаем. Отрицать бессмысленно.
– Но… если я признаюсь… мне в таком случае грозит электрический стул[141].
– Суд примет во внимание чистосердечное раскаяние… Ваши мучения, вашу инвалидность…
– О! Это было ужасно. Но он сказал, что я в безопасности… и что мне ничего не грозит!
На всякий случай Силквайер добавил:
– Он пойман. И уже раскололся, между прочим, все свалил на вас.
Уловка детектива произвела на жертву сильное впечатление. От ужаса его глаза чуть не вылезли из орбит. Бандит неосторожно пролепетал:
– Арестован? Спринг? Неужели это возможно?!
– Скоро у вас будет с ним очная ставка и вы убедитесь, что он готов растоптать всех, лишь бы оказаться на свободе.
– Негодяй!.. Если б я только знал…
– Я вижу, что Спринг, главарь вашей банды, разочаровал вас?
– Он был так добр ко мне… оставил у себя… обращался как с родным человеком. Нет… это неправда… Конечно, неправда! Вы лжете… он не арестован!
– Когда я вчера вечером остановил вас в Золотом парке, мои люди одновременно арестовали Спринга на улице.
– Вы говорите: вчера… Значит, я нахожусь здесь?..
– Сутки. Вы были без сознания.
– Это вы… это ваша работа… Ах, черт! Вспоминаю… за мной шли двое… пастор…
– Это был вот он…
– И старик…
– Это я!
– И потом какой-то провал в памяти.
– Благодаря одной моей уловке…
– Но кто же вы? Выглядите как старик, а энергичны, подвижны, будто совсем молодой.
– Я – Силквайер!
Укрощенный и напуганный инвалид совсем упал духом.
– Знаменитый сыщик?..
– Как вам угодно! Вы – в моих руках. Никто и ничто теперь вас не спасет.
– Мистер Силквайер, я сдаюсь. Вы, пожалуй, единственный человек в полиции, кого мы действительно боялись. Вы оказались сильнее… Я все расскажу, и, может, после этого мне станет легче. Потому что все время меня преследуют кошмары, угрызения совести…
– Вы признаетесь в том, что ограбили сейф в отеле «Гамильтон»?
– Да!
– Очень хорошо! Вы не отрицаете, что Спринг, миллионер, проживающий по адресу триста восемьдесят, Монтгомери-стрит, – главарь вашей банды?
Допрашиваемый, сделав над собой усилие, произнес:
– Нет… не отрицаю… Этот негодяй решил все свалить на меня. Но я потяну за собой остальных. Так вот, Спринг – главарь банды Тринадцати.
При этих словах Силквайер бросил на Тома торжествующий взгляд и прошептал ему в ухо:
– Какая удача… Это превосходит все мои ожидания.
И, притворно удивившись, детектив переспросил:
– Тринадцать? Впервые слышу…
– Неудивительно! Это отлично законспирированная, хорошо организованная группа… огромное богатство… влиятельнейшие связи… страшные люди.
– Очень хорошо, мой друг! Продолжайте! Повторяю еще раз: суд учтет ваши добровольные признания. Вы сможете рассчитывать на снисхождение. А теперь – может быть, у вас есть какие-то просьбы?
– Я был бы признателен… если бы мне помогли одеться… и надеть протез.
– С удовольствием! Но сначала вот вам стаканчик бренди. Это вас поддержит.
Силквайер взял с полки красивую бутылку, бокалы, печенье. Разлил напиток по хрустальным сосудам, подал один бандиту, запросто чокнулся с ним и сказал:
– За ваше здоровье, любезный!
– За ваше, сэр!
И, жадно опустошив бокал, поблагодарил.
– Еще?
– Не откажусь!
Пока тот пил, Силквайер обратился к Тому:
– Дорогой друг, помогите парню. Я сейчас вернусь.
Сыщик прошел в соседнюю комнату, закрыл за собой дверь, набрал телефонный номер, бросил в трубку несколько коротких отрывистых фраз и сразу вернулся в гостиную.
Здесь он снова запеленал обрубок в чистый кусок ткани, положил сверток в свинцовую коробку, а коробку – в лед. Затем запер ящик со льдом и спросил:
– Вы готовы?
Том, обмывая руки, коротко ответил:
– Все в порядке.
Силквайер вернулся в соседнюю комнату и снял с себя парик.
В этот момент перед домом затормозила машина. Послышался звонок. На пороге стоял полицейский. После короткого приветствия он показал глазами на инвалида:
– Тот самый?
– Да, отвезите его в управление. Глядите в оба. Я и мой друг поедем следом за вами. Заберите с собой этот ящик. Осторожней!
Силквайер помог калеке подняться.
Через десять минут все четверо были в полицейском управлении.
Не медленно вызвали судью. Посадив несчастного перед представителем правосудия, детектив обратился к инвалиду:
– Будьте любезны, повторите достопочтенному судье все, что вы только что мне рассказали, в чем признались.
Во время этого переезда разбойник окончательно пришел в себя и спохватился. Что было тому причиной? Боязнь мести своих сообщников?.. Угрызения совести при мысли о предательстве? Или надежда на освобождение благодаря связям и могуществу банды Тринадцати?
Кто знает? Как бы там ни было, упрямо сдвинув брови, сжав губы и нагло усмехнувшись, калека произнес:
– Мне нечего сказать. Не понимаю, о каком признании вы говорите?
Том гневно всплеснул руками, а Силквайер расхохотался. Он вынул из бокового кармана широкий черный диск, аккуратно завернутый в газету, и насмешливо произнес:
– С кем вы вздумали тягаться, щенок? Не хотите говорить? Ничего страшного! Несмотря ни на что, уважаемый судья все равно вас услышит!
Хромой пожал плечами и посмотрел на Силквайера с вызовом. Сохраняя хладнокровие, сыщик спокойно вышел из комнаты и минуты через две-три вернулся с большим, красивым граммофоном. Поставив аппарат на стол, детектив обратился к человеку в мантии:
– Вы позволите, господин судья?
– Разумеется!
Силквайер вставил диск и нажал на кнопку.
И граммофон начал воспроизводить диалог сыщика и бандита, состоявшийся совсем недавно. Качество звука было потрясающим!
