Читаем без скачивания Имперская награда - Уильям Дитц

— Дай мне опять самому догадаться, — сказал Мак-Кейд. — Нуаги всегда останавливаются тут на ночлег, поэтому и гостиницу построили именно здесь.

— Я же говорила, что тебя не проведешь! — улыбнулась Мара. — Теперь, джентльмены, я буду очень признательна, если вы поможете мне.

Она подвела их к металлическому цилиндру и открыла три маленьких люка. Оказалось, это были выходы силовых кабелей. Вытащив один из них, Мара протянула его Рико:

— Помоги, будь добр! Сзади на гондоле есть концевой соединитель. Просто воткни в гнездо кабель и установи режим зарядки. Тогда к утру ваша гондола окажется полностью заряжена, да и нуаг останется на месте. У этих тварей есть привычка разбредаться, и я не знаю, как вам, а мне бы не хотелось начинать утро с прогулки длиной в милю.

— Есть, мэм! — с готовностью ответил Рико.

Таща за собой свой кабель, он пошел к нуагу. Мак-Кейд последовал его примеру и после нескольких шагов обнаружил, что кабель чертовски тяжел.

Тем временем Мара и Фил направились к третьему животному, гондола которого хоть и была грузовой, но все же нуждалась в подпитке некоторых систем. Похожий на медведя здоровяк тянул тяжеленный кабель всего тремя пальцами. Издали трудно судить, какое впечатление это произвело на Мару; однако ловкость Фила ее, несомненно, забавляла.

Через несколько минут они вновь встретились у металлического цилиндра. Мара коснулась ладонью замка, и дверь перед ними распахнулась. Встречный поток теплого воздуха ударил им в лицо, донося приятные запахи готовящейся пищи и менее приятные — запах табачного пепла и прокисшего пива. В маленьком лифте было тесно, но спуск продолжался недолго. Очевидно, гостиница была на такой глубине, чтобы только укрыть ее от ветра. «Ну и правильно, — подумал Мак-Кейд, — зачем копать глубже необходимого?» Они вышли из лифта, и сразу же стало ясно, что работники этой гостиницы себя не перетруждали. У Мамочки все сияло чистотой, что было совсем нехарактерно для заведений окраинных планет, а этот приют, несомненно, относился к самым типичным из них. Металлические решетки едва спасали от чавкавшей под ногами грязи. Стены коридора были земляными, а сам он был освещен только тусклыми, давно выработавшими свой ресурс пластинами люминофора.

— Как пикантно! — проворчал Фил. — Сэм вечно таскает нас по самым милым местечкам!

— Точно! — согласился Рико. — Хотелось бы знать, когда здесь начинаются выступления струнного квартета?

В этот момент коридор вывел их в большое открытое помещение, и Мак-Кейд сразу же понял, что спокойного вечера не будет. С их появлением все разговоры неожиданно прекратились и воцарилась неестественная тишина, которую нарушало лишь постоянное капание воды из крана. Напряжение растекалось по бару вместе с облаком табачного дыма, оно заполняло все помещение и делало и без того тусклый свет еще тусклее.

Девять сильно вооруженных человек стояли спиной к стойке бара. Дружески расположенными они отнюдь не казались. Это относилось и к той троице, с которой Мара стояла лицом к лицу еще в «Кольце» и которая сейчас стояла в самом центре полукруга. Один из них, мужчина с острой куньей мордочкой и короткими черными волосами, отвратительно ощерился. Когда он заговорил, стало слышно, как отодвигают стулья и уходят посетители, стремящиеся уйти подальше от предстоящей разборки.

— Ну, сука, молись, как тебя научили Идущие, потому что сейчас тебе конец! — таким монологом разразился он.

Мак-Кейд не верил своим ушам. Этот идиот оказался болтуном, одним из тех дурней, которые без того, чтобы объяснить, какие они крутые, не могут избить даже последнего пьяницу перед тем, как отобрать у него оставшиеся монеты. А потом это входит у них в привычку, и они занимаются болтовней вместо того, чтобы стрелять. Остролицый умер, не успев произнести следующую фразу: оружие Мары проделало маленькое аккуратное отверстие в его груди; пуля прошла навылет и разбила пивную кружку за его спиной. И так начался ад.

Рико и Фил уже развернулись направо и налево. Мак-Кейд еще не достал оружие, а Фил, включив свой форсаж, уже успел выпустить целую очередь из пистолет-пулемета. Двое мужчин, изрешеченные его пулями, все еще падали, когда картечница охотника рявкнула четыре раза. Его первый жакан оторвал ногу у женщины, стоявшей в центре зала, остальные три оставили черные дыры в парне справа, одну в животе, другую в груди, а последний выстрел разворотил ему лицо.

Краем глаза Мак-Кейд заметил, как Мара дернулась и покачнулась от полученного ранения и как Рико уложил человека, ранившего ее. Затем кто-то открыл стрельбу из игольчатого пистолета, и смерть вцепилась в рукав охотника. Заметив того, кто стрелял, Фил заревел от ярости, одним прыжком он пролетел разделявшее их расстояние, стукнул две головы друг о друга и бросил наземь два безжизненных тела как большие куски мяса. Ослабевшие пальцы выпустили пистолет, и тот со стуком упал на пол.

В этот самый момент мужчина справа от Фила достал огромный нож и приготовился вонзить его в спину гиганта. Мак-Кейд выстрелил дважды, и мужчина завалился назад, прямо на кучу собственных внутренностей.

На долгое время в баре воцарилось молчание, прерываемое лишь стонами раненых и всхлипыванием женщин, оказавшихся невольными свидетелями побоища. Потом все словно бы вышли из транса. Рико и Фил стали оказывать Маре первую помощь, одновременно ругательски ругая ее за то, что она перепугала их до полусмерти. Обнаружив, что пуля только скользнула по ребрам, Фил вздохнул с облегчением.

Мак-Кейд тем временем внимательно оглядывал бар. Те, кто еще оставался здесь, встречались с ним взглядом, но тут же отводили глаза в сторону, потому что в ответном взоре видели только свою смерть. Убедившись, что непосредственная опасность миновала, охотник почувствовал, как уходит из крови адреналин и только проклятый нервный тик все еще сводит лицо.

Спустя полчаса трупы были убраны, а самые большие пятна запекшийся крови замыты и вытерты. По настоянию Мары друзья заняли места за круглым столиком и подождали, пока испуганный старый бармен поставит перед ними выпивку.

Медленно раскуривая сигару, Мак-Кейд посмотрел на Мару.

— Послушай, не объяснишь ли ты нам, в чем тут дело?

Она с сожалением покачала головой, сказав:

— Честное слово, мне очень жаль, что вы попали в эту историю! Я не думала, что они ответят так скоро. Те трое в центре — Ветрогоны, а остальные — просто местные качки, они всегда ждут каравана, надеясь поживиться.

— Кто это такие — Ветрогоны? — спросил Мак-Кейд.

— Ну, в общем-то они просто бандиты. Их так прозвали из-за мотодельтапланов, на которых они нападают на поселенцев.

— Минутку! — взмахнув сигарой, прервал ее Мак-Кейд. — Насколько мне известно, полеты в здешней атмосфере считаются невозможными.

— Они опасны и малоэффективны, это да, — ответила Мара, — но не невозможны. Конечно, дальние регулярные рейсы настолько тяжелы, что о них и говорить не стоит. И все же существует возможность ближних полетов вне штормовых зон или на их границе. Именно этим и занимаются Ветрогоны. Они используют сверхлегкие летательные аппараты для нападений на караваны нуагов или на поселения. Эти пилоты очень гордятся своим умением летать в здешних условиях, и они действительно это классно делают.

Мак-Кейд вздохнул. Просто здорово! Мало им Клавдии, так теперь еще придется воевать со сворой летающих бандитов. Он стряхнул пепел сигары себе под ноги и задал следующий вопрос:

— Ну ладно, значит, Ветрогоны занимаются грабежом, но к тебе-то они почему привязались?

Мара пожала плечами и слегка вздрогнула, так как движение причинило ей боль.

— Их интересую не столько я, сколько Идущие. Вся наша организация противостоит Ветрогонам и призывает к тому же колонистов. Поэтому, когда я не занята доставкой материалов и продовольствия из Кольца, я провожу много времени, помогая местным жителям укреплять дома и организовывать отряды сопротивления.

Фил кивнул, явно гордясь ею, и сказал:

— Видно, это здорово их достает. Понятно, почему они хотели тебя убрать!

Потом он повернулся к Мак-Кейду с таким выражением своего косматого лица, словно хотел сказать: «Видишь, ты оказался не прав. Женщина-то святая!»

— Извините меня, знатные гости! — Дрожащий голос принадлежал тому старику, который подавал им напитки. Он наблюдал за боем, спрятавшись в темном углу, но сейчас ему было еще страшнее, поскольку люди, сидящие за этим столом, пугали его гораздо больше, чем любое количество Ветрогонов. Слезящиеся глаза бегали, словно у загнанного животного, пытающегося избежать ловушки. — Высокочтимые джентльмены, — снова начал он, — есть ли среди вас человек по имени Сэм Мак-Кейд?

— Да, — ответил Рико, указывая бокалом в сторону охотника. — Сэм — это вон тот, самый безобразный!