солнце…
— А-а, — протянула она. — Море… Ты сам-то где работаешь? Деньги, видать, немалые зарабатываешь. Что людям говорить?
— Каким людям? — нахмурился Андрей.
— Как это каким? Чай, родня интересуется, что и как.
— Знаешь, теть Кать… — начал Андрей, аккуратно подбирая слова. — Ты пока ничего не говори, ладно? На самом деле, у меня сейчас как раз с работой не очень складывается. Небольшие проблемы, в общем.
— Я так и знала! — всплеснула руками женщина. — Неужели уволили?
— Типа того, — он состроил печальное лицо и горестно вздохнул.
Катерина озабоченно потерла ладони, словно что-то прикидывая, а затем произнесла:
— Ничего, Андрюшка, как-нибудь сложится. Уволили — это ведь не посадили, правда? Тьфу-тьфу-тьфу! Как вспомню, что с вами сталось тогда, сердце в клочья разрывается! И далась твоему отцу эта строительная фирма! Видано ли дело, продавать то, чего нет? Не жили богато, нечего и начинать!
Андрей угукнул. Идея заехать в Александровку сейчас уже не казалась ему такой привлекательной. В свои семьдесят с хвостиком тетя Катя обладала не только отличной памятью, но и резвым умом, что в принципе было хорошо, но в его ситуации грозило разоблачением и вытекающими из него последствиями.
— Теть Кать, у меня к тебе просьба. Можно Алиса поживет у тебя несколько дней? Только ты ее ни о чем не спрашивай.
— Это как это? — возмутилась она и вскинула брови, отчего очки моментально сползли на кончик носа. Но наткнувшись на искривленное в мучительной гримасе лицо Андрея, поджала губы, а затем нехотя согласилась. — Ладно, не буду. Только ведь, коли ты ей врешь или чего не договариваешь… — Катерина кашлянула и отвела глаза, а помолчав, сказала: — Не похожа она на столичных прошмандовок. Ездят к нам сюда такие на шашлыки да в гости, нагляделась. Короче, не дури девке голову! А если боишься, что клещом в тебя вцепится, то…
— Тут другое, теть Кать, — тяжело вздохнул Андрей. — Совсем другое…
Когда Андрей вышел из дома и отправился на огород, то услышал звук, похожий на скрип. Завернув за угол, он остановился и замер. Огород у Катерины был большой, с ровными рядами грядок и теплицами. А в самом конце, где росли «плодово-выгодные» деревья и кустарники и поблескивал зеленоватой гладью искусственный прудик, стояли качели. Раньше их не было, Андрей прекрасно это помнил и предположил, что появились они в тот момент, когда один за другим стали рождаться Катеринины внуки.
Обхватив веревочные канаты и закрыв глаза, Алиса раскачивалась, откинувшись чуть назад и вытянув стройные ноги. При каждом рывке качели скрипели, и этот звук эхом отдавался внутри Андрея какой-то необъяснимой сладкой болью.
Сначала он хотел окликнуть ее, но голос не слушался, и горло немного сжало, будто он перетянул его теплым пушистым шарфом. Вокруг качелей зеленела лужайка, на которой росли ромашки. Не те, которые встречаешь сплошь и рядом, а с узенькими листиками и мелкими соцветиями. Несколько тонких стебельков с белоснежными лепестками и желтой сердцевиной Алиса воткнула в небрежно заплетенную косу, и Андрей вдруг подумал, что никакие розы, даже самые дорогие и яркие, не смогли бы так оттенить красоту этой девушки.
Он сделал несколько шагов, ощущая, как утренний ветерок холодит его разгоряченную кожу. Затем пошел быстрее, неслышно ступая по выложенной плиткой дорожке. Когда расстояние между ним и Алисой сократилось настолько, что он смог разглядеть голубую венку на ее шее и выглядывающие из ворота ключицы, Андрей накрыл ее руку своей.
— Доброе утро, Алиса, — прошептал на ухо, млея от ее растрепанных светлых волос.
— Андрей! — ахнула она и, притормозив носками, соскочила с качелей. Сидение несколько раз еще легонько ткнулось ей под колени. — Как ты? Давно проснулся?
Он продолжал держать ее руку, не в силах отвести глаз от ее лица.
— Ты как? — задал встречный вопрос и чуть сжал ее ладонь. — Прости, что не разбудил тебя вчера. Представляю твой шок, когда ты встретила утро в чужой кровати.
Алиса смущенно улыбнулась и сказала с ошеломляющей простотой:
— Я же была с тобой… А когда я с тобой, мне ничего не страшно…
Андрей видел, как расширились ее зрачки и приоткрылись губы. Ее волнение было таким искренним и горячим, что ему невыносимо захотелось прижать ее к себе и накрыть ее губы своими губами, чтобы потом повалить в сочную зеленую траву и забыть обо всем. Но нельзя было забывать о том, что эта девочка уже достаточно настрадалась и была слишком молода, чтобы осознавать, с кем она связалась.
Он отнял руку и делано-равнодушным голосом спросил:
— Что там у нас с клубникой? Пойдем завтракать, блины стынут.
— Клубника? — Алиса отступила, и на ее лице отобразились смятение и досада. — Да, конечно, я собрала. Хотела уже идти обратно, но увидела качели.
— Пойдем, Алиса, мне нужно кое-что сказать тебе. — Андрей развернулся и первым зашагал в сторону дома.
Она посмотрела ему вслед и качнула головой, пытаясь прогнать разочарование, которое настигло ее в ту самую секунду, когда он отпустил ее руку. Подхватив миску с ягодами, Алиса вернулась в дом, мысленно приказывая себе быть сильной и готовой ко всему.
Однако через полчаса, когда Андрей принял душ, и они позавтракали, разговаривая ни о чем, Алиса отчетливо поняла, что между ним и хозяйкой дома вызрел заговор. Она ловила их перекрестные взгляды и ждала, чем все закончится.
— Алиса, — сказал Андрей, когда Катерина убирала со стола, отказавшись от ее помощи. — В общем, ты остаешься здесь. Я так решил. Отдохнешь, молока деревенского попьешь…
— А ты, значит, уедешь? — она не спрашивала, а рассуждала вслух. — И как же, по-твоему, я буду здесь, когда…
— Понимаешь, мне необходимо какое-то время, чтобы урегулировать кое-какие дела, а потом… в общем, тетя Катя за тобой присмотрит, а мне так будет спокойнее. — Андрей широко улыбнулся, и ее губы дрогнули в ответ. — Хорошо? Ну вот и договорились, — хлопнул он в ладоши, а затем выгреб из карманов пачку денег.
Катерина ахнула и прикрыла
