Держа Геррода одной лапой, квель без малейшего усилия начал рыть нору в земле.
— Нет! Я не могу! Остановись! — Геррод попытался высвободиться, но его ужасный «хозяин» попросту не замечал его слабых усилий. Геррод до глубины души был потрясен тем, что он будет погребен заживо. Земля приближалась к нему, он как бы тонул в зыбучих песках. Уже большая часть безобразной фигуры квеля была покрыта землей. Были уже видны только запястье и рука, державшая пленника.
Чародей едва успел сделать глубокий вдох, как его лицо оказалось в земле. Он закрыл глаза и стал молиться, чтобы смерть оказалась быстрой.
Рыхлая земля стала проникать ему в ноздри. Геррод не мог вытянуть руки вперед, и ему пришлось выдыхать через нос, чтобы очистить его. Воздуха стало не хватать.
Вскоре они с квелем попали в обширный туннель.
Слабый свет позволил Герроду до некоторой степени оглядеться вокруг. Тусклое свечение исходило от кристаллов, расположенных в стене туннеля. Ближайшие были самыми яркими. Геррод попробовал дышать и нашел воздух сухим, но приемлемым.
Он знал, что этот туннель едва ли мог быть тем же самым, из которого появился его нынешний «опекун». Вероятнее всего, он находился чуть ниже или в стороне от того, из которого и появился этот квель. Геррод сомневался, что квель смог бы ответить на вопрос, почему он решил прорыть новый путь сам, а не воспользоваться имеющимся — даже если бы они смогли понимать язык друг друга. Мышление обитателей земных глубин — как и искателей — было совершенно иным, чем у враадов. Возможно, этот туннель специально предназначался для того, чтобы водить по нему существ с поверхности земли — вроде него самого.
Убедившись, что его подопечный в порядке, квель поставил Тезерени на ноги. Откуда-то возникло длинное, похожее на иглу копье. Геррод не мог припомнить, чтобы видел его прежде — однако времени для таких несущественных наблюдений пока что и не было.
Квель толкнул его вперед и нацелился копьем. Геррод понял, чего тот хочет, и поспешил исполнить требуемое.
Он прошел лишь несколько шагов, когда начал со всех сторон ощущать заметную ауру колдовства. Похоже, благодаря каким-то особенностям этого места оно стекалось сюда за счет естественных сил самой земли. Геррод оказался неподалеку от источника волшебства. Дело было не просто в кристаллах на стенах: они, похоже, предназначались лишь для того, чтобы освещать часть туннеля, где кто-нибудь появлялся. Однако Геррод имел достаточное представление о магии кристаллов, для того чтобы понять, что у квелей могли иметься и другие драгоценные камни, благодаря которым они собирали исходную энергию этого мира для дальнейшего использования. Посредством этой магии оказалось бы достижимым многое из того, что не подвластно обычному волшебству враадов — и, возможно, даже магии Драконьего царства.
«Если я смогу найти эти драгоценные камни… то, возможно, смогу найти и выход отсюда», — решил Геррод.
Он сообразил, что, оказавшись в туннеле, больше не чувствует головокружения.
Он нацелился на квеля (тот застыл на месте и приготовил копье) и запустил в того нехитрый, но смертельно опасный огненный снаряд.
Чудище гулко расхохоталось. У Геррода отвисла челюсть; он отчаянно придумывал другой ход. Он ощущал вокруг себя магическую силу; почему же ему не давалось даже простейшее заклинание?
Достаточно позабавившись, квель умолк и ткнул Геррода копьем — явно желая, чтобы это крошечное, слабое создание прекратило играть в игрушки и шло куда требуется. Что Геррод и сделал — его сопротивление было сломлено почти полностью. То, что собирало здесь магическую силу, отводило в сторону ту ее часть, которой пытался воспользоваться Геррод. Чародей был так же беспомощен, как и раньше. Утешало его лишь то, что он больше не страдал от головокружения. Но его усталый ум это не утешило.
Квель продолжал гнать его по туннелям — одному, другому, третьему. Геррод уже давно прекратил попытки запомнить свой путь — система туннелей оказалась крайне извилистой. По крайней мере два раза он был почти уверен, что они повернули назад. Квель непрерывно продолжал подгонять его.
Герроду сделалось не по себе из-за тесноты проходов. Сейчас их путь шел вниз — по крайней мере, в этом-то Геррод был уверен; но какая ему от этого польза? Туннели становились все уже. Чародей воображал, какое количество земли находится у него над головой и что случится с туннелем при малейшем сотрясении. С огромным облегчением он наконец заметил яркий свет в дальнем конце последнего туннеля. Усталый чародей был настолько уверен, что они каким-то образом снова достигли поверхности, что едва не пустился бегом. Остановил его только крик-напоминание квеля, шедшего сзади. Остаток пути Геррод старался сохранять спокойствие. Удар копьем в спину насквозь — вот что, скорее всего, быстро вернуло бы его во внешний мир.
И лишь в нескольких шагах от выхода из туннеля ему стало ясно, что этот яркий свет не принадлежит солнцу.
Геррод оказался в последнем владении квелей.
Назвать его городом, возможно, было бы ошибкой. Там не имелось ни улиц, ни зданий — как это понимали враады, — а квели, которых он видел вокруг, не расхаживали по повседневным делам, которые и составляют городскую жизнь. Геррод провел несколько дней в колонии враадов (в первые годы ее существования) — главным образом по просьбе Дру Зери или его дочери, когда те нуждались в его помощи в каких-то работах, — и припоминал кое-что из того, чем занимались люди, чтобы провести еще один день. А эти существа — некоторые из них находились так далеко, что воспринимались лишь как силуэты, — передвигались с определенной целью. Поднимались ли они по стене обширной пещеры, соединяли ли один туннель с другим или же просто передвигались по гладкому полу — они вели себя так, как будто все их существование зависело от этого.
Он поднял голову и обнаружил то, что принял за солнце. Потолок пещеры был усеян тысячами кристаллов; но, в отличие от драгоценных камней в туннелях, они не были настоящими источниками света. Вместо этого он увидел, что свет исходит из другого источника — возможно даже, с поверхности земли — и многократно отражается от камней, вставленных в потолок. Это мастерское использование естественных свойств кристаллов не было никаким колдовством — которое в этих обстоятельствах было бы, во всяком случае, невозможным.
Квель, охранявший чародея, встал рядом с ним и также начал смотреть на город — но у него была своя на то причина. Он высмотрел одного квеля, который выглядел как и любой другой (как показалось Герроду), и жестом подозвал его. Чудище кратко прогудело в ответ и поднялось к ним по стене пещеры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
