— Бедный Хью?
Но в настроении Эриел уже произошла столь характерная для нее быстрая перемена.
— И бедный Эмери. Знаешь, последнее время я стала задумываться, почему ко мне всегда тянутся неудачники. Это неудобно, ведь люди думают, что это моя вина, но правда в том, что они несут в себе зачатки собственного разрушения. Я лишь выступаю в роли катализатора или, как там это называется, ускоряющего процесс.
— Ради Христа, Эриел!..
— Я не в ответе за то, что жизнь Эмери и Хью пошла наперекосяк.
— Ну разумеется, нет. Да и ничего страшного с ними не происходит. У обоих большие планы на будущее, уверяю тебя.
Но Эриел потянуло на драму.
— Прошлой ночью, когда я увидела тебя с этой троицей на тротуаре, я почувствовала себя такой виноватой.
— Нет совершенно никакой необходимости чувствовать себя виноватой. — Мэтти и такая роль в исполнении Эриел была знакома. Она потратила годы на утешение сестры и других членов семейства.
— И все же, может, здесь есть и моя вина. Что-то я сделала, чтобы испортить им жизнь.
— Эриел, прекрати. Это не так, и ты вес прекрасно понимаешь. — Мэтти уже начала беспокоиться. Эриел отличалась непредсказуемыми эмоциями. — Ради Бога, перестань упиваться несуществующей виной. Не в твоем это духе, и потребуются дни, чтобы ты пришла в себя и начала писать.
— Не имеет значения. Я уже много недель не брала в руки кисть. Я слишком напугана тем, что происходит между мной и Шлинном.
— Чего же ты боишься?
— Что я сделаю с ним то же, что с Эмери и Хью! — И Эриел с рыданиями выбежала из комнаты.
Мэтти вышла из лифта на двадцать шестом этаже высотного здания в деловой части города и прошла через широкий, покрытый ковром холл. Несколько раз глубоко вздохнула, чтобы избавиться от знакомого напряжения, и тут же поняла, что мертвой хваткой вцепилась в ремень сумки и бумажный пакет, который несла в руке. Подниматься в переполненном лифте пришлось довольно долго.
На уровне двенадцатого этажа, когда еще пятеро человек сели в лифт, снова стали возникать воспоминания о пещерах на Чистилище. Волнение достигло предела на двадцатом этаже, когда двери не сразу открылись. Мэтти буквально пулей вылетела из лифта, когда тот остановился на двадцать шестом этаже.
Она всегда чувствовала себя неуютно в лифтах, а эта поездка оказалась особенно трудной. Все дело в том, что в последние дни она хуже реагировала на стрессы, чем раньше. Возможно, потому что на нее навалилось больше, чем обычно, мрачно подумала она. Жизнь под одной крышей с Хью Эбботтом не слишком способствовала спокойному состоянию души. Как будто ей приходилось каждый день сталкиваться с огромным диким зверем, норовившим в любой момент убежать в лес. И утащить ее за собой, разумеется. Мэтти знала, что он думает об этом постоянно, несмотря на неустанные уверения, что готов оставаться в Сиэтле неопределенно долгое время.
Неопределенно долгое, ха! Она-то знала, что такое Хью Эбботт. Уж чем-чем, а терпением он не отличается.
Может быть, ей стоит удвоить дозу витамина В и пить по таблетке ниасина каждое утро, подумала Мэтти. Они хорошо помогают от стресса.
На стенах холла двадцать шестого этажа административного здания Вейлкортов висело несколько прекрасных картин. Здесь располагались кабинеты руководящего персонала. По просьбе тети Шарлотты Мэтти подобрала картины и скульптуры для офисов, и ей было приятно видеть, что сегодня они выглядят так же хорошо, как и тогда, когда впервые здесь появились. Некоторые предметы искусства плохо переносят время, хотя поначалу могут выглядеть потрясающе. В этом и состоял секрет ее бизнеса. Только настоящее искусство остается прекрасным через пять, десять и сто лет.
Мэтти задержалась около открытой двери одного из офисов и заглянула внутрь. Там за большими письменными столами сидели двое, молодой парень и женщина лет пятидесяти. На каждом столе стояло по компьютеру. В комнате также находилась масса всякой оргтехники — факсы, навороченные телефоны, лазерные принтеры и разные компьютерные штучки. На всех поверхностях лежали кипы бумаги. Создавалось впечатление, что современная техника способна производить больше бумаг, чем старая.
Симпатичный, ухоженный молодой человек за ближайшим столом поднял голову и увидел стоящую в дверях Мэтти.
— Могу я вам чем-нибудь помочь? — спросил он довольно высокомерно.
— Я забежала, чтобы повидать Хью, то есть мистера Эбботта, если он у себя, — сказала Мэтти, медленно входя в офис. Ей было на удивление неловко, вероятнее всего потому, что трудно представить себе Хью, работающего в такой изысканной обстановке. Ему это не подходило.
— Мистер Эбботт очень занят, — надменно заявил молодой человек, — Вам назначено?
— Нет, нет, все в порядке, — быстро проговорила Мэтти. — Если он занят, не беспокойте его. Я просто оказалась в здании и решила зайти поздороваться, раз уж я здесь.
— Я с удовольствием сообщу ему ваше имя и узнаю, не сможет ли он вас принять, — предложил молодой человек.
— Мэтти Шарп. Но, право, не стоит. Не беспокойтесь. Я побежала. Вот, передайте ему это. — Она протянула пакет, который держала в руке. — Он забыл его сегодня утром. Как я подозреваю, намеренно.
— Мэтти Шарп… — Имя произвело мгновенное впечатление. Молодой человек, потянувшийся было за пакетом, опустил руку и улыбнулся. — Одну минуту, пожалуйста. — Он нажал одну из кнопок на столе и уже собрался говорить, как дверь во внутренний офис распахнулась и оттуда высунулась голова Хью.
— Гэри или Дженни, кто-нибудь принесите мне тот доклад из римской конторы, ладно? И побыстрее, у меня мало времени.
— Он у меня здесь, мистер Эбботт, — спокойно сказала женщина и, поднявшись, подала ему толстую папку.
— Прекрасно. Спасибо.
— Простите, мистер Эбботт, — вмешался Гэри. — Тут к вам пришли.
— Не сейчас, Гэри, я занят. — Хью начал листать папку. — Я же говорил тебе, что сегодня в первой половине дня никого не принимаю. — Он поднял голову и заметил стоящую у двери Мэтти. — Эй, да это ты, детка. Не сразу тебя увидел.
— Наверное, потому, что у меня костюм такого же цвета, как ковер, слабо улыбнулась она, глядя на свое светло-коричневое одеяние.
— Ну, должен признать, ты в красном больше выделяешься, — ухмыльнулся Хью. — Заходи. — Его спокойная улыбка внезапно исчезла, и он нахмурился, пристально разглядывая ее. — Что с тобой
Случилось. Ты ужасно выглядишь.
— Благодарю. Неужели такой плохой костюм?
— Забудь про этот проклятый костюм. Ты белая как полотно. — Хью закрыл за ней дверь и жестом предложил ей сесть на стул около огромного, до пола, окна. — Ты так же выглядела, когда мы вышли из тех пещер на Чистилище.
