единственные часы, которые принадлежали мне, и только мне. Ленивые аристо еще видели сны, громадный дом был тих, и ничего не мешало мне заняться своим телом.
Благородные родственники считали это блажью, но как только я осознал себя в этом теле, то вспомнил одну простую истину. Моё тело — это мой инструмент. И оно всегда было самым смертоносным инструментом в моём арсенале. Что стоит оружие или Дар, если ты не можешь в совершенстве управлять своим телом?
Оборудованный спортзал вызывал дебильные шутки у моих бывших родичей. Это было моё, и только моё место, куда я запрещал заходить любому, кроме отца. Главе рода никто и ничего не мог запретить, но он появился там только один раз в моём глубоком детстве, когда его заинтересовало, на что ушли его деньги. Хотя, не такие уж и большие, по местным меркам.
А вот братец Карл забегал туда несколько раз. Поначалу, я был особо не против, ровно до того момента, как его мерзкий характер не проявился во всей красе. Этот злобный дрыщ, по какой-то насмешке мироздания оказавшийся моим братцем, всё время пытался устроить мне пакость. Но после того, как абсолютно случайно, его чуть не раздавила штанга, он потерял интерес к спорту. Лекари его еле выходили, а его мамашка запретила даже близко подходить ко мне во время тренировки, почему-то не поверив в «несчастный случай».
Я до сих пор скучал по своим «дурацким тренажерам придурошного подростка», как называли их домочадцы. Они действительно выглядели странно. Дело в том, что техники Охотника не отдавали на откуп случайностям, исключая физическое тело. Оно действовало в тесном взаимодействии с Духом, а как это происходило в реальности?
Ну, со стороны это походило на нелепые телодвижения с большими периодами «отдыха» и относительной логикой. Совершенно непонятной для непосвященного.
В двенадцать лет я сломал руку одному очень здоровому и очень невоспитанному дураку, который был старше меня на пять лет. В четырнадцать — раскидал опытных бойцов на бойцовской арене, куда пришел инкогнито, чтобы проверить свои рефлексы. Больше я никак себя не проявлял — итак к моему поведению было много вопросов, но каждый раз меня успокаивала мысль, что я, при желании, успею скрутить тонкую шейку Карла еще до того, как он соберется применить свой хваленый Дар.
Сейчас мне «мой» спортзал ни к чему, ведь у меня есть Разломы, но медитация — вещь полезная. Вот только у меня теперь есть Карамелька, поэтому — сначала питомец, а затем я сам.
С удовольствием выпив первую чашку кофе, я сводил Карамельку на прогулку. У пантеры настали тяжёлые времена — белки в парке почти исчезли, и эта прогулка опять была без добычи. Она мне всячески намекала сходить в другие места, но этот парк находился ближе всего. Однако я пообещал, что на выходные съездим погулять в лес. Благо за пределами города этого леса полно. Это пантеру вполне устроило, и вскоре мы вернулись домой.
Из головы не выходил вчерашний разговор с княжной Марией Долгоруковой. Да-да, целая княжна, наследница князя Владимира Долгорукого, близкого друга самого Императора, почему-то вызывающая оторопь у самого Андросова, почтила своим присутствием прием Смолина. А еще непонятнее был интерес этой девушки к моей скромной персоне.
Непонятный ровно до того момента, как она сделала мне предложение, от которого я не мог отказаться. Но и согласиться тоже пока не мог. Мне дали на раздумье три дня, пока княжна будет в городе. Так что есть над чем подумать.
Я сделал себе вторую чашку кофе после медитации и тренировки, и вышел на балкон. Разгоряченное, после физических нагрузок, тело приятно освежал холодный воздух. Ароматный кофе я смаковал маленькими глотками, растягивая удовольствие. Жизнь была прекрасна. Осталось только позавтракать.
Заглянув в холодильник, я увидел стратегический запас яиц, сосисок и бекона. Ну, и забитую морозилку мясом для Кары. Честно говоря, один и тот же завтрак стал немного утомлять. И тут мне внезапно захотелось её — пиццу! Отдыхая в детстве в Римской Империи, я подсел на этот странный продукт, его не было в прошлом мире. А вот итальяшки делали пиццу великолепно. Когда у меня будет личное имение, я, пожалуй, раздобуду себе странного чувака под названием «пиццайоло». И притащу его конечно из Италии.
Быстро пробежавшись по страницам в мировой паутине, я определил, что в Иркутске есть заведение с настоящим итальянским поваром. Называлось оно «Пармеджано». Цены там были выше средних, но я мог себе это позволить. Ну, нужно потакать иногда своим желаниям.
Я быстро оделся, вызвал такси, и вот меня уже высаживают перед модным рестораном. Первый облом случился на входе. Администратор развёл руками, извиняясь, что все столики заняты или забронированы. Я демонстративно посмотрел на часы.
— Десять утра. Реально настолько популярное заведение?
Администратор снова рассыпался в извинениях.
Я задумчиво почесал тыльную сторону ладони, «случайно» продемонстрировав красное кольцо Иста, привлекая его внимание. Интонации в его голосе слегка поменялись. Я вздохнул, и достал двадцатку.
— Я всего лишь хочу съесть пиццу. Я не буду здесь бухать до ночи и долго засиживаться. Мне максимум нужен час! — убедительно сказал я, протягивая ему деньги.
Мужик быстро оглянулся, и взял деньги.
— Минуточку, мне надо посоветоваться...
Отбежал и пошушукался о чём-то с официантами.
— Проходите, пожалуйста!
Он провёл меня к угловому столику около окна, довольно классному месту, с которого видно весь зал, но особо не видно тебя.
— Присаживайтесь, сейчас всё будет.
Мне оставили меню. Я пожадничал и заказал две пиццы, стакан томатного сока, и еще чашку кофе.
Кофе был вкусным, вокруг играла приятная музыка. Я дождался, когда мне принесли по договорённости первую из пицц, когда краем глаза заметил у входа какое-то непонятное оживление. Пожал плечами и откусил первый кусок. Не соврали — это действительно было офигенно. Хотя в том же Риме пицца подобного качества стоила в десять раз дешевле. Но я же не в Риме, а в Иркутске, так что ладно.
Полузакрыв глаза от удовольствия, я продолжал жевать, наслаждаясь жизнью, как сбоку раздался женский голос.
— Глазам своим не верю! Снова ты?!
Я слегка подавился и закашлялся, косясь в сторону. Рядом стояла старая знакомая из Разлома, чью пещеру я по незнанию занял, как бы это не звучало. За ней стоял бледный, как мел администратор, а ещё парочка официантов. Кажется, они накосячили. Я прокашлялся, неторопливо отпил сок, и поднял голову.
— И я рад тебя видеть. А в чём проблема-то?
— Это мой столик!
— Да ладно? — искренне удивился я. Это было уже не смешно. — Ты его тоже на сайте Центра бронировала?
— Причём здесь сайт Центра? — нахмурилась девушка, а потом поняла, что
