class="p1">Прасковья подошла к сложенным бревнам у правления колхоза и села. Вытянула гудевшие от усталости ноги, и чуть не простонала от наслаждения. И, правда, сильно устала.
- Васильевна, как там? – Глаша, крупная бабеха тридцати лет, села рядом. – Ничего не слышно?
Вздохнув, Прасковья покачала головой. Поняла, что подруга про сына спрашивала. Каждый день так спрашивала, а что толку? Она и сама все глаза выплакала. Днем еще ничего, работой спасалась. Ночью же на нее накатывало. Всю подушку слезами мочила.
- Ты, Васильевна, ничего такого не думай, - наклонившись, соседка приобняла ее. – Все будет хорошо с твоим Мишкой. Настоящего мужика вырастила. Еще школьник, а какого шороху навел. Герой, орденоносец, с диверсантами в бой вступил. Эх, Васильевна, мне был годков десять скинуть, я бы сразу твоего Мишку охамутала. Не веришь, что ли?
Женщина игриво ткнула локтем Прасковью, у которой появилась робкая улыбка на губах.
- Зря не веришь. Я ведь еще та оторва была, когда в Инсаре жила. Со мной ни батька, ни мамка справиться не могли. Парнями крутила, как динамо из мастерской, - громко засмеявшись, она шумно потянулась. При этом внушительная грудь в вырезе халата заколебалась, едва не выпрыгивая наружу. От такого соблазнительного зрелища чуть мужики, что рядом стояли, не подавились. – Ха-ха-ха! Видишь, Васильевна? Вот так и крутила мужиками! Бывало надену в клуб красное платье из крепдешина, лаковые туфельки, носик припудрю… Эх, Васильевна, что было-то, что было! –глаза у нее так сверкнули, что в самое сердце кольнули. И правду, поверишь, мужика крутила. Одно слово, роковая красотка. –Иду по селу, а парни штабелями укладываются – раз, да, три, четыре!
Но тут на нее кто-то из толпы шикнул. Похоже, начиналось.
Из черной тарелки радиоточки, висевшей на столбе, послышался треск, шипение, после которого вдруг зазвучал удивительно глубокий голос, редкий по тембру и выразительности. Как говорили современники, голос Юрия Левитана был похож на металл, прикрытый бархатом.
- Внимание, внимание! Работают все радиостанции Советского Союза!
На сельской площади мигом воцарилась тишина. Люди, казалось, и дыхание затаили, стараясь не пропустить не единого слова.
- … В течение ночи на 27 сентября наши войска вели бои с противником на всем фронте… По неполным данным, на подступах к Ленинграду за несколько последних дней уничтожено свыше 4 тысяч немецких солдат и офицеров, 66 вражеских самолетов, 34 танка, свыше 30 орудий, 30 пулеметов, 20 минометов, до 100 автомашин, много винтовок, автоматов и боеприпасов. На одном из участков Ленинградского фронта противник пытался 25 сентября перейти в наступление, но был отброшен с большими для него потерями. На поле боя осталось более 200 трупов немецких солдат и офицеров.
Лицо у Прасковьи, да, собственно, как и у остальных, окаменело. Казалось, ужасы войны – бомбардировки, танки, самолеты, раненные и погибшие – оказались у самого их порога.
- … В трехдневных упорных боях части командира Кривенко, действующие на Северо-Западном направлении фронта, уничтожили первый батальон 6 пехотного полка, второй батальон 3 полка дивизии «СС» и несколько рот противника.
У хохотушки Глашы в глазах стояли слезы. Пальцы мяли платок, который сам собой появился в ее руках. Ведь, ее муж Колька тоже воевал где-то там, на Ленинградском фронте. Поди, сидит сейчас в окопе, мерзнет, а то и чего хуже.
- … Звено бомбардировщиков части майора Щеголеватых совершило успешный налет на аэродром противника. С высоты 700 метров звено подвергло бомбардировке около 50 немецких самолетов находившихся на аэродроме.
Прасковья встречала каждую фамилию с замиранием сердца. Дыхание перехватывало, по спине бежал холодок. Ей казалось, что вот-вот он услышит про него, про родного сына.
- Каждый день поступают сообщения о беззаветной храбрости советских партизан, наносящих беспощадные удары по фашистским оккупантам. 27 сентября юный партизан Михаил Старинов, выполняя в тылу врага задание командование, спас раненных товарищей и взял в плен девять фашистских пособников и немецкого цугфюрера. Были захвачены пулемет, десять немецких карабинов и много боеприпасов. Боец Старинов за образцовое выполнение воинского долга представлен командованием к медали…
Прасковья, едва только услышав заветное имя и фамилию, тут же вскочила на ноги.
- Миша! – громко крикнула она, не сводя глаз с репродуктора. – Миша, сынок! – крикнула так, словно он мог ее услышать. – Миша…
А уже через пару часов все село – от мала и до велика – знало, что их односельчанин, которого наделал в селе столько шороха, жив. К дому Стариновых началась самое настоящее паломничество. Люди шли, чтобы хоть одним словом перекинуть с Прасковьей или с ее мужем, Ильей. Школьники тоже едва не гроздьями на заборе висела, пытаясь хоть что-то еще узнать о своем кумире. Ведь, оказалось он еще один подвиг совершил - взял в плен целую кучу полицаев и немецкого цугфюрера. И с каждым часом число взятых в плен лишь росло, к вечеру, вообще, превысив все разумные пределы. А бедный цугфюрер из обычного унтер-офицера превратился в полковника СС. Прямо чудеса метаморфоз.
Теперь Мишка Старинов окончательно стал в глазах сельчан звездой едва ли не космического масштаба. Вчера о нем писали в газете «Правда» и наградили золотой звездой Героя, сегодня о его новом подвиге на всю страну рассказали по радио, а что будет завтра?
***
После утреннего выпуска Совинформбюро «рвануло» и в Москве. Едва прозвучала фамилия Старинова, телефон в главной приемной Кремля начал буквально разрываться от звонков.
- Да, Вячеслав Михайлович. Товарищ Сталин уже про вас справлялся, - секретарь Сталина, Поскребышев сразу же записывал в блокнот фамилию говорившего. – Просил подойти в Кремль. Да, конечно, передам.
Следующий звонок был от наркома просвещения.
- Вы совершенно правы, Владимир Петрович. Товарищ Сталин уже ждет вас.
Последним позвонил нарком государственной безопасности.
- Товарищ Сталин ждет, Лаврентий Павлович.
Через неполный час все трое уже были в кабинете, и ждали, что скажет хозяин Кремля.
- Лаврентий, - Сталин постучал трубкой по столу, недовольно поглядывая на Берию.–Почему я это должен узнавать от Левитана? Это твоя обязанность, товарищ Берия. Ты получил приказ разыскать Михаила Старинова, а что в итоге? Тот оказывается в партизанском отряде, у черта на куличках! А должен быть где? Здесь, товарищ Берия, здесь! – курительная трубка с такой силой ударилась о столешницу, что с хрустом переломилась. – Здесь! Меня понятно, товарищ Берия?
Куда уж понятнее?! Верховный открытым текстом говорил, что этого пионера нужно срочно
