Читаем без скачивания Искушение. Сын Люцифера - Сергей МАВРОДИ

Хотя, с другой стороны, что значит: «дал наоборот»? ─ вдруг неожиданно сообразил он. — «Дело идет на лад». К ладу. К «дал наоборот». В смысле, «дала». «Дала наоборот». Это ещё что такое? То есть не дала ни черта, что ли?.. Или дала, но наоборот? С обратной, блядь, стороны!.. А если, между прочим, «на» отдельно поставить, то вообще — с двух сторон получится. «Дала на оборот». Сначала с одной стороны дала, а потом оборотик такой совершила, перевернулась ─ и с другой дала… Тьфу ты! Что за чушь в голову лезет! Ересь лингвистическая. Это у меня от волнения. От-т!.. Волнения! Волнуюсь, прям, как мальчик пятнадцатилетний. Который первый раз девочку дать упрашивает. «Девочку», блядь! На оборот.)

— Мы туда летим! Мы! ─ с нажимом подчеркнул он. — Ну, представь: мы оба молодые, двадцатилетние… Причем колдун этот сказал, что и чувства и желания у нас там будут, как у двадцатилетних. С этим всё у нас тоже будет в полном порядке.

Красин сделал выразительную паузу и совсем уже откровенно посмотрел на Ирочку. Ирочка по-прежнему многообещающе улыбалась и против такого его тона и поведения явно не возражала.

(А может, она мне и здесь даст? ─ внезапно осенило Красина. ─ Предложить ей прямо отсюда ко мне поехать!.. Коньячок дома есть…─ он заколебался. ─ Да нет, не стоит, ─ решил он все-таки потом. ─ Испорчу только всё, чего доброго. Испугается ещё. Зажмётся. Потом опять два часа уговаривай.

Да и желания-то особого в общем-то нет. Опозоришься тут… Короче, и не стоит, и не стоит. Всё ясно. Логика железная. Стоит, только когда стоит.

Так что лучше уж её там, в том мире поиметь. Когда и у меня всё стояло, и она того стоила.

Когда она молоденькая ещё была. Свеженькая. Новьё! Свежачок-с. А сейчас что! БУ. Секонд хенд. Повторная утилизация.)

— И никто никогда ни о чем не узнает! ─ привел он в заключение свой самый главный и решающий довод. ─ Ну!?.. Представляешь?

─ Ну-у… не зна-аю… ─ капризно, как ребенок, надув губки, протянула Ирочка, искоса на него взглянула и слегка прищурилась.

Взгляд её был настолько откровенным и каким-то мечтательно-оценивающим, что Красина даже в жар бросило. Он вдруг почувствовал, что у него эрекция и, более того, ему показалось, что и Ирочка это отлично заметила, и ей это сейчас отнюдь не неприятно. Даже наоборот. Нравится. Льстит её женскому самолюбию. Вообще Красин неожиданно сообразил, что он как-то перестал замечать возраст своей бывшей несостоявшейся возлюбленной. Она словно бы помолодела вдруг прямо у него на глазах. Без всякого колдовства. Перед ним опять сидела та самая двадцатилетняя девочка, красивая и желанная.

(Черт! Может, всё же попробовать? ─ снова молнией пронеслось у него в голове. ─ Взять сейчас и предложить!..)

— Знаешь, Ир, ─ всё так же откровенно глядя прямо ей в глаза, медленно сказал он, ─ я вот смотрю на тебя сейчас и снова вижу ту, двадцатилетнюю девочку. Такую же молодую и красивую. (Женщина зарделась. Ей было явно приятно это слышать.) Как будто и не было этих лет.

Может, у нас и здесь что-нибудь получится? А? Потом… после свидания в том мире? Как ты думаешь?

─ Н-не знааю… ─ как-то знойно, томно, обволакивающе произнесла женщина и медленно пожала плечом.

Красину почему-то показалось, что она слегка разочарована. Дьявольщина! Как был я рохлей, так им и остался. Надо было ее прямо сейчас к себе в постель тащить. А не менжеваться тут. А в том мире ─ уж само собой!

— Ладно, подождем до завтра, ─ резюмировала Ирочка, несколько насмешливо поглядывая на своего сидящего в соседнем кресле кавалера. (Красину даже стыдно под её взглядом стало. Взрослый мужик! Сидит, ёрзает и слюни пускает. «Ну, что ещё надо сделать! Может, он потому туда и летит, что ему здесь никто не даёт?») ─ А там видно будет. Давай, выпускай меня, пойду я. (Красин безропотно поднял кнопку блокировки дверей.) А то дома волноваться начнут. Я сказала, что вернусь через час.

─ Ну, значит, завтра в 11 ложись спать, ─ еще раз напоследок проинструктировал женщину Красин. ─ А лучше, и ещё раньше. И телефон не забудь у себя в спальне отключить.

─ Хорошо. Я всё поняла. Ну, пока.

─ Пока. Да! Так давай, я тебя до дома довезу! ─ спохватился он.

─ Нет, не надо, не надо! ─ Ирочка уже открывала дверь. ─ Я сама доеду. Тут рядом.

─ Ну, смотри.

─ Ладно, до свиданья.

─ До завтра. Надеюсь!

─ Пос-мот-рим! — Ирочка последний раз ободряюще-кокетливо ему улыбнулась и вышла из машины. Красин некоторое время наблюдал за ней, как она отходит от машины… идет к автобусной остановке…

А ножки-то у нее ничего! ─ с удовольствием отметил он. ─ Да и попка… Очень даже ничего. Да и вообще… Не зря я на неё в свое время глаз-то положил. Товар первый сорт. Экстра. Эксклюзив! Жаль, конечно, что всё так глупо тогда получилось. Впрочем, она-то здесь причем? Это я во всем виноват. Вел себя, как последний кретин. Как убогий какой-то.

Сю-сю-сю!.. Чего она, интересно, вообще обо мне тогда подумала? Надо будет спросить при случае.

«Мы с ней так смеялись!» ─ тут же вспомнились ему слова ее будущего мужа, и он почувствовал, как горячая краска стыда заливает ему лицо.

Ладно, блядь, разберемся. С этим уродом мы ведь там, кстати, тоже встретимся! ─ вдруг сообразил он. ─ Прекрасно! Вот и пообщаемся. Поближе. Потеснее. А то мы тогда чего-то так и не договорили. В общем, поглядим ещё, «кто из нас запоёт, кто заплачет». И кто в итоге будет смеяться последним.

Весь следующий день Красин провел как в чаду. Время остановилось. Казалось, эти проклятые 11 часов вообще никогда не наступят.

— Что это с тобой? ─ участливо спросила его жена. ─ Какой-то ты сегодня не такой.

─ Да чувствую себя что-то неважно, ─ привычно отмахнулся он. ─ Давление, наверное, скачет. К перемене погоды.

─ Я вот тоже вчера плохо себя чувствовала. Какие-то магнитные бури еще сейчас, говорят… ─ завела свою бесконечную шарманку жена, но Красин её уже почти не слушал.

За долгие годы супружества он давно уже научился в таких случаях сразу же отключаться и потом лишь эпизодически «отмечаться» и напоминать о себе всякими там тягуче-неопределенными: «Да-а!..», «Поня-ятно…», «Я-ясно…» и т. п. Для поддержания плавного течения беседы с женой этого было обычно более, чем достаточно. Большего никогда и не требовалось.

Уже ближе к половине одиннадцатого Красин стал укладываться спать. Жене, самой собой, вздумалось именно сегодня посмотреть вдруг телевизор. Какую-то там чушь, то ли клоунадку, то ли викторинку. Шоу, блядь, короче. Из жизни счастливых имбецилов. Красин закатил по этому поводу самую настоящую истерику. Он был настолько взвинчен и возбужден, что жена даже испугалась.

— Да что с тобой сегодня!?

─ Ну, чувствую я себя сегодня плохо!! Голова болит. Хочу спать пораньше лечь! Можешь ты это понять?! Можешь?! И не буди меня сегодня ни в коем случае!! Не вздумай! Я таблетку на ночь выпил. Поняла?!

В конечном итоге ровно в 11 часов он уже был в постели. Жена тихо посапывала рядом. Она, кажется, вообще сразу отрубилась, как только голова её коснулась подушки…

Странно… ─ удивился Красин. ─ Обычно она ещё полчаса ворочается, как минимум, ─ заснуть не может.

Он опять прислушался к её ровному сонному дыханию и недоверчиво хмыкнул: «Действительно спит! Замечательно, конечно, но как-то странно. Что, чудеса уже начались?» ─ мысленно спросил он напоследок с иронией у своего нового знакомого ─ колдуна-ясновидящего, и закрыл глаза.

«Корабли в моей гавани.Не взлетим ─ так поплаваем.Стрелки ровно на 2 часа —Назад!»

Олег Красин, двадцатилетний студент-третьекурсник одного из престижных московских вузов, торопливо догонял быстро идущую впереди тоненькую рыжеволосую девушку в развевающемся на ветру платьице. На улице было тепло, почти жарко ─ соответственно, и одет был Олег по-летнему. Рубашка с короткими рукавами, какие-то, допотопного фасона тонкие летние брюки и такие же немыслимо-архаичные легкие туфли.

«Ну, и видок у меня!» ─ подумал Олег Викторович, пробежал по инерции ещё несколько шагов и вдруг, остановившись как вкопанный, начал в каком-то почти болезненном недоумении себя рассматривать и ощупывать. Он даже про идущую впереди девушку забыл. Впрочем, с ней в этот момент творилось, судя по всему, приблизительно то же самое. По крайней мере, вела она себя абсолютно так же точно, как и он. Как какое-то зеркальное отражение. Тоже вдруг резко остановилась и в какой-то явной растерянности недоверчиво осматривала и даже ощупывала себя.

В голове у Красина творилось нечто невообразимое. Как у Кисы Воробьянинова при виде своих стульев на витрине в комиссионке. Там били колокола и играли фанфары. Словно он выиграл неожиданно в лотерею миллион долларов и теперь вообще потерял на время от радости способность соображать. Нет-нет! Он всё прекрасно помнил: колдуна, все его объяснения… всё прекрасно понимал: где он, зачем, как и почему здесь оказался; но одно дело просто абстрактно, чисто умозрительно что-то понимать, и совсем-совсем другое ─ наяву чувствовать! Все эти новые ощущения, сразу, мгновенно, без подготовки обрушившиеся на него, с головой его захлестнувшие: ощущение свободы, силы, молодости! ─ все они были настолько неожиданными и яркими, что буквально ошеломили, ослепили его! Сбили с ног!