Человеческая библиотека
Недавно я был в столице Кении Найроби, где исследовал проблемы использования электроэнергии в бедных кварталах. Существует много хороших путеводителей по Кении, среди них есть и те, что рассказывают о «трущобных турах» по таким районам, как Кибере. Однако я так и не нашел путеводителя или сайта, который поведал бы мне, как, посетив десятки магазинов в бедных районах, узнать у их владельцев, чем они пользуются – сетью или генератором. Есть такие вопросы, для ответа на которые нужен хороший гид.
Если наводящие мосты необходимы для помещения в контекст сведений, находящихся в свободном доступе, найти правильного гида – задача по-прежнему непростая. Мне повезло: один из моих студентов гостил у друга, который руководит арт-центром, работающим с молодежью из бедных кварталов Найроби. Она нашла музыканта из района Баба Дого, который показал мне и моим студентам округу и предал нашему чрезмерному любопытству форму вопросов, на которые лавочники были готовы ответить. На роль гида мне нужен был человек, который понимал бы вопросы моего исследования и знал бы специалистов по окрестностям Найроби. В последнее время появился целый ряд новых интернет-сервисов, которые пытаются использовать подобную схему для ответа на самые разнообразные вопросы: ваш вопрос отправляется целому ряду людей в надежде, что кто-нибудь из них окажется опытным гидом.
Готовясь к поездке в Аделаиду, Австралия, я задал вопрос на Härnu, новом сервисе, название которого состоит из двух шведских слов «здесь» и «сейчас». Я спросил, какие сайты почитать, чтобы разобраться в местной городской политике, прежде чем говорить с государственными чиновниками. В течение нескольких часов мне пришло с десяток ссылок. Мой вопрос разместили на виртуальной карте и прикрепили к городу Аделаида. На мой вопрос мог ответить любой пользователь Härnu, но ответы пришли от тех, что отслеживал вопросы, размещенные в Южной Австралии. Я стал пользоваться этим сайтом, стараясь отвечать на запросы о западном Массачусетсе и Западной Африке, областях, о которых я осведомлен лучше всего.
Если бы мне нужен был «экспертный» ответ, я мог бы обратиться на Quora, где на вопросы отвечают такие предприниматели в области технологий, как Стив Кейс и Марк Андриссен, и где основатель Facebook Марк Цукерберг спрашивает, какие ему следует приобрести компании. Кто бы ни работал на таких сервисах – элита Силиконовой долины или готовые помочь знатоки Южной Австралии, – функционируют они по одному и тому же принципу: подбирают и связывают тех, у кого есть вопрос, с теми, у кого есть ответ, и определяют степень компетенции отвечающих по различным темам на основе того, насколько полезными были их ответы для пользователей.
Другие сайты пытаются определить экспертов с точки зрения влиятельности их постов на конкретные темы. Klout отслеживает посты в Twitter и Facebook и оценивает, насколько широко они распространяются, определяя таким образом степень влияния пользователей – или их «Klout». Пользователям, о которых Klout что-то знает, предлагаются темы, в которых они имеют влияние (и предположительно знания). Klout считает, что я обладаю авторитетом в области предпринимательства и Африки (что вероятно), а также в вопросах научных исследований и тюрьмы (что менее вероятно). Легко представить, как этот сервис может превратиться в систему поиска и определения экспертов по ключевым темам (или людей, которых пиарщики должны будут забрасывать пресс-релизами в надежде выйти на «самых влиятельных»).
Специалисты, которые создают подобные сервисы, тоже своего рода наводящие мосты. Они соединяют широкую общественность и специализированные знания – о районах Гонконга, о политике в Гане, – в процессе разрешая многие из тех же контекстуальных проблем. Такие сайты предполагают, что интернет будущего будет давать не только доступ к информации, но и соединять людей ищущих и людей сведущих. В такой реальности наведение мостов, контекстуализация и пояснение станут основой онлайн-взаимодействия. Это будущее, в котором те, кто лучше всего наводит мосты, станут наиболее влиятельными фигурами на ниве создания и обмена знаниями.
Идея соединения людей непосредственно с людьми не нова. Сократ учил в диалоге, а не посредством письменных текстов, и по знаменитому высказыванию Платона, книги, в отличие от людей, всегда дают одни и те же ответы. В ответ на волну насилия в Копенгагене начала 1990-х годов группа активистов создала «человеческую библиотеку», состоящую из «живых книг» – людей, которых можно было «взять с полки» для краткой беседы. Это нужно тем, кто хотел бы пообщаться с человеком из другого социального и культурного слоя ради противодействия и преодоления собственных предрассудков. Идея приобрела популярность в городах Австралии и Канады, где человеческие библиотеки расширили, чтобы включить туда специалистов по истории города, а также представителей различных этнических и религиозных общин.[227]
В библиотеке моего родного города – университетского городка в сельской части Массачусетса, недавно проводился день человеческой библиотеки. Я пришел туда, рассчитывая «снять с полки» молодого студента из Ганы, страны, которую я регулярно посещаю с начала 1990-х. Я надеялся представиться и предложить свои услуги в качестве наводящего мосты с нашей местной общиной, однако у меня ничего не вышло. Программа оказалась настолько популярна, что студент из Ганы, рассказывавший про Западную Африку жителям Новой Англии, был забронирован до конца дня. Впрочем, все другие «живые книги» тоже были расписаны на весь день в течение первого часа мероприятия.
Конечно, не все проекты столь буквально интерпретируют понятие «человеческой библиотеки». Есть такие, что ищут людей, которые могут стать проводниками в те сферы знаний, что остались за пределами программ учебных заведений. Ачал Прабхала, индийский активист в сфере интеллектуальной собственности и советник «Викимедиа», пытается заставить огромную онлайн-энциклопедию признать сложную истину, что «люди и есть знания». В документальном фильме, снятом на деньги фонда «Викимедиа», Прабхала и его сотрудники рассказывают о проблемах, с которыми «Википедия» столкнулась при попытке включить в свой корпус знания, накопленные сообществами Индии и Африки. Большая часть важных местных сведений нигде не зафиксирована: они содержатся в рецептах, известных женщинам в деревнях, в рассказах старейшин или в играх, в которые играют многие поколения школьников. Правила «Википедии» запрещают ссылаться на оригинальные исследования и требуют цитировать существующие в печати или онлайн-работы, что для указанных выше случаев совершенно неприемлемо. Прабхала предлагает «Википедии» начать документирование таких общинных знаний с помощью видео– и аудиоинтервью. Таким образом будет создан не существовавший прежде корпус индексируемых сведений, а кроме того, это поможет наведению мостов между людьми, обладающими этими знаниями, и остальным миром.[228]
В этом случае и Прабхала, и старейшины, с которыми он работает, выполняют роль проводников. Старейшины могут связать его с экспертами по незадокументированным культурам, а Прабхала способен растолковать им устройство «Википедии» и помочь сделать свои знания доступными глобальной аудитории. Такие инициативы, как человеческая библиотека, и усилия, которые Прабхала предпринимает для расширения «Википедии», напоминают нам, что интернет – далеко не единственное пространство, где мы можем обнаружить знания, о существовании которых раньше и не подозревали. Специфика интернета в том, что при желании связаться с людьми и получить информацию из других частей мира стало чрезвычайно просто. Однако далеко не всегда нам попадаются такие знающие проводники, как Прабхала, или столь тщательно спланированные мероприятия, как человеческая библиотека. Размышляя о необходимости переподключения сети для поощрения связей между людьми, мы должны думать о том, как построить пространства и учреждения, которые помогали бы наводящим мосты и ксенофилам в их деятельности.
Ксенофилы
Чтобы наводящие мосты приносили пользу, кто-то должен «ходить» по наведенным ими мостам. Если строители мостов приглашают нас к исследованию и пониманию различных культур, ксенофилы – это те, кто с энтузиазмом принимают это приглашение. Дхэни Джонс – недавно ушедший из большого спорта средний полузащитник Cincinnati Bengals – ксенофил. За весенние месяцы 2010 года он успел поиграть в водное поло в Хорватии, освоить метание бревна в Шотландии, а оказавшись на пляжах Дакара, научился лааму – национальной борьбе сенегальцев – у внушительных размеров борца по прозвищу Бомбардье. Идея его телевизионного шоу Dhani Tackles the Globe проста: он проводит в стране одну неделю, тренируется с лучшими местными спортсменами и участвует в соревнованиях по виду спорта, в котором ранее никогда не выступал.
