произнесения заклинания, самородки на их ладонях начали плавиться, превращаясь в жидкое золото, и проливаясь из рук в зелье. Затем они взяли еще по куску, и снова их расплавили. Кучка золотишка постепенно таяла, во всех смыслах этого слова.
Светящееся зеленым зелье начало мерцать золотистыми всполохами. Мы все восхищенно взирали на этот ритуал высшей магии. Змеелюди стояли по краям площадки, боясь шелохнуться, и даже Жрица, успевшая вернуться на свой трон, ничего не спрашивала и не комментировала.
Наконец, последние золотые капли соскользнули с ладони Лилиан в котел. Флорес быстро-быстро завертела зелье воронкой, и, практически прокричав последние слова заклинания, быстро вынула посох из котла.
— Все, готово, — устало выдала ведьма, усаживаясь прямо на землю. Я ее сильно зауважала в тот момент. Это же сколько сил надо иметь, чтобы так долго, без остановок мешать жидкость длинным посохом!
Выглядело зелье просто сказочно, уж не знаю, каким оно было на вкус. Драконы подошли к котлу и принюхались. Затем Кирин пристально на меня посмотрел, обмакнул в зелье палец и, не отрывая от меня взгляда, медленно его облизал. Все, кроме близняшек и Яны, заржали одновременно и так громко, что Жрица испуганно заметалась на своем постаменте.
— Что там такое? Вы все испортили? Признавайтесь! — занервничала Змея.
Близняшки тоже ничего не поняли:
— Что-то не так? Компоненты что ли перепутали? — испугалась Лилиан.
— Оно что, веселящее? — Флорес нахмурилась, и тоже попробовала жидкость из котла. — Вроде нормальное…
— Все в порядке, — поспешил успокоить их Кирин. — Зелье прекрасного качества. Отличная работа, девушки. Не обращайте внимания на наш смех. Возможно, чуть позже Алиса расскажет вам, в чем его причина.
Близняшки вопросительно посмотрели на меня, переглянулись и пожали плечами.
— Ну, раз все в порядке, давайте уже вылечим наших болезных, — Адриан встал у котла, попросил у скатерти поварешку и кружку и обратился к змеемужикам. — Подходим по одному!
Мужская часть змеепоселения выстроилась в очередь к дракону. Адриан зачерпывал напиток, наливал в кружку чуть больше половины и давал выпить.
Наконец, все мужчины были напоены, и бадью, вместе с остатками зелья, утащили куда-то в закрома. Чтобы удостовериться, что зелье сработало, Маф продиагностировал случайно выбранного змеемужика, и радостно закивал, подавая Адриану знак, что проверяемый полностью здоров.
Ну Слава Богу! Во-первых, уже есть хочется, а во-вторых, что-то загостились мы тут, пора и честь знать.
Адриан повернулся к Жрице, все это время наблюдавшей за нами, прищурив глаза.
— Все твои сыновья теперь здоровы и в состоянии зачать детей. Мы выполнили свою часть уговора. Тебе нет больше нужды в наших женщинах, поэтому мы уходим.
— Сначала дай клятву, что это не ложь.
Вздохнув, дракон произнес слова клятвы. Вспыхнуло красным крыло дракона и тут же погасло.
Верховная Жрица сползла со своего трона и приблизилась к нам:
— Что ж, Призванные. Да будет так. Я умею быть благодарной. Я знаю, кто вы и куда направляетесь. За то, что исцелили моих сыновей и дали нам надежду, я дам надежду и вам.
Змея замерла и ее зеленые глаза вспыхнули потусторонним светом. Изменившимся, механическим голосом она изрекла:
— Когда наступит ясный день посреди ночи, и дивная мелодия наполнит надеждой ваши сердца, только надежная десница непримиримого удержит вас на истинном пути!
Потусторонний свет в глазах Змеи погас, она моргнула, и спросила уже своим обычным голосом:
— Все поняли?
Мы синхронно помотали головой. Ничего не понятно, но очень интересно. Ненавижу пророчества, а, сдается мне, это сейчас было именно оно.
— А простыми словами вы не можете объяснить, что это значит? — спросила я.
— Нет. — Жрица уже заползла на свою платформу, свернулась кольцами, и прикрыла глаза. — Мои пророчества не для слабых умов. Идите уже, пока не передумала. Вам в сторону ручья. И да, передавайте привет Грэату.
Не желая испытывать терпение Змеи ни минуты дольше, мы коротко склонили головы, прощаясь, обогнули ее каменный трон и направились в сторону ручья.
Глава 21
Верховная Жрица, конечно, неплохая пророчица, но я просто Ванга во плоти! В иссохшем русле ручья уже вовсю велись работы по золотодобыче. Одна часть змеелюдей перекапывала ручей острыми камнями и плоскими ракушками, по типу устричных, только крупнее. Другие таскали воду, чтобы промывать породу. Змеемужик со сковородой руководил ими, а завидев нас, поспешил подползти.
— Спасибо вам! Своего сына я назову в честь тебя, Адриан, — он поклонился нам всем, а потом нашел глазами Регана. — А тебе я хотел принести свои извинения. Мне жаль, что я укусил тебя и чуть не убил, хотя своим посохом ты причинил много боли моей…эээ… в общем, в знак примирения, я бы хотел подарить тебе это. Я лично нашел ее, ныряя в Зеленое море.
И протянул ведьмаку крупную, идеально круглую, блестящую, потрясающую в своей красоте жемчужину! Под лучами солнца она отсвечивала нежно розовым с перламутровой искринкой. Я не разбираюсь в жемчуге, но тут и не профессионал с одного взгляда поймет, что в руках у Регана настоящее сокровище.
— Боже, какая красивая! — Маха не скрывала своего восхищения.
Я же не могла вымолвить и слова. Такие драгоценности только в музее выставляют, чтобы публика дар речи потеряла.
— Я принимаю твои извинения и прощаю тебя, — ведьмак отрастил на костюме небольшой кармашек в районе груди и спрятал туда жемчужину. — Пусть беда обойдет вас стороной.
Мы раскланялись со змеемужиком и снова нырнули в джунгли. Надо срочно сделать привал! Есть хотелось неимоверно.
— Пашка, посмотри, где нам можно остановиться отдохнуть, — попросила я, продираясь сквозь густые заросли. — Утром только яичницу съели, у меня уже живот бурчит!
— Скоро, Элис, я уже смотрел. — друг сочувственно на меня взглянул, размахивая мачете. — Давай попросим у скатерти пирожок для тебя, хоть перекусишь немного.
Для меня, ага, как же. Учуяв запах сдобы, наши спутники потребовали себе то же самое, что ест Алиса. В итоге пришлось заказывать у скатерти целую гору пирожков с разной начинкой и на ходу раздавать перекус направо и налево.
Мы воевали с тропическим лесом еще часа два, прежде чем добрались до зеленого крестика, обозначенного на карте. Привалом оказалось огромное дерево с толстым стволом и длинными, извилистыми корнями, выступавшими из земли. Эти корни мы и приспособили как лавки, с удовольствием рассевшись.
— Скатерть, горячей солянки! — потребовала я, как только Пашка
