Но только смелые предприятия действительно приносили ощутимый доход, потому что у Молоха были свои пристрастия в этих делах. У него было много общего с несостоявшимся насильником Отисом Баргером, больше, чем кто-либо мог подумать. Только он выбирал себе цели более тщательно. Среди них были и проститутки, и наркоманки, и просто потерянные души, и он не опасался, что они заговорят, потому что, когда заканчивал свое дело, он уничтожал их останки и рассеивал их по лесам и болотам, в горах. Особенностью Молоха, одной из многих, было его нежелание заниматься сексом с будущей жертвой обычным способом. В конце концов, таким образом он как бы сохранял верность жене.
Впрочем, даже если бы она знала об этом в то время и обнаружила бы несомненную глубину морального разложения своего мужа, Мэриэнн и тогда бы действовала так же: связалась бы с Карен. И она бы все равно воплотила в жизнь свой план побега.
Она все равно проинформировала бы полицию о деталях готовящегося ограбления банка.
* * *
Мэриэнн позвонила в полицию сразу же, как только вытащила деньги из тайника в полу сарая и положила их в багажник своей машины; рядом она поставила две небольшие сумки, которые составляли все имущество, которое она собиралась взять с собой. Она планировала подъехать к месту встречи, встретиться с Карен, а потом направиться на автобусную станцию, где и бросить свою машину. Там она хотела купить по два билета по трем разным направлениям, каждую пару оплатить наличными в разных окошечках. Но ехать она собиралась в Нью-Йорк, а там снова купить билеты в три разных города, и снова направиться только в один из них. Ей казалось, что это хороший план.
Она пристегнула ребенка к детскому креслу в машине, потом поехала к торговому центру и припарковалась у телефонной будки. Она вытащила мальчика вместе с креслом и поставила его у телефона; он спал. Отсюда она позвонила диспетчеру Кумберлендской полиции и попросила соединить ее с детективом Сесаро Апонте. Она прочла это имя в газете неделю назад, когда его процитировали по поводу расследования грабительского нападения в этом районе, в результате которого отделение интенсивной терапии местной больницы все еще боролось за жизнь женщины. Если бы его не оказалось на службе, у нее были еще три других имени, все они были выписаны из газет.
Последовала пауза, а потом мужской голос прозвучал в трубке:
— Детектив Апонте слушает.
Она сделала глубокий вдох и начала:
— Сегодня в четыре часа дня произойдет ограбление Первого Объединенного банка в Кумберленде. Человек, который руководит ограблением — Эдвард Молох. Он проживает по адресу...
Звонок был отслежен с помощью специальной аппаратуры, он был сделан из торгового центра. Но к тому времени, как подъехала машина местной полиции, Мэриэнн уже уехала, и никто не мог вспомнить, как выглядела женщина, которая звонила. Единственная деталь, которую запомнила пожилая кассир, — у звонившей был спящий ребенок. За телефонный аппарат был засунут конверт, как Мэриэнн и обещала в разговоре. В нем находились разные поддельные паспорта Молоха и некоторые, но далеко не все материалы с чердака, которые имели отношение к его преступлениям в прошлом. Большинство материалов осталось в доме.
Затем Мэриэнн прибыла на место встречи у заброшенной бензоколонки в полумиле за городом. Она опоздала на пять минут. Там не было никаких следов машины Карен, и она запаниковала, испугавшись, что ее предали. Но вскоре Карен появилась из-за бензоколонки, объехав ее кругом. Она припарковала рядом видавший виды «олдсмобиль».
Мэриэнн вышла из машины и увидела, что у Карен в руках конверт.
— Вы получили их? Вы все сделали?
— А вы привезли деньги?
Мэриэнн открыла багажник. Черный рюкзачок, который она вытащила, был застегнут на молнию. Когда она открыла его, лица давно умерших президентов мелькнули при ярком дневном свете. Пять пачек были открыты и снова сложены. Мэриэнн передала их Карен.
— Двадцать пять тысяч. Я пересчитала их утром.
— Я вам верю.
Она передала конверт. Мэриэнн распечатала его ногтем большого пальца.
— А вы разве не доверяете мне?
— Если бы я вам не доверяла, думаете, я бы открыла багажник?
— Думаю, что нет.
Она проверила паспорт, водительские права, карточку со своей страховкой. Теперь она была Мэриэнн Эллиот вместо Мариан Молох. Имя ее сына, согласно новому свидетельству о рождении, было Дэниэл. Там, где должно стоять имя отца, было написано: «Неизвестен».
— Вы оставили мне практически мое имя. Раньше вы никогда этого не делали.
— Первое, что может выдать вас, это когда вы затрудняетесь назвать свое имя. Это вызывает у людей подозрения и привлекает внимание. Мэриэнн довольно близко по звучанию к вашему собственному имени, так что вы сможете избежать этой проблемы.
— А отец Дэнни?
Она сама просила Карен написать ее сыну имя Дэниэл. Это было имя, которым она всегда хотела назвать мальчика, но Молох дал ему свое собственное — Эдвард. А теперь он будет Дэниэл. В глубине души он всегда для нее был Дэниэлом.
— Если вас спросят, то его звали Ли Сервер, и он умер. Там есть некролог на Сервера. Там есть все, что вам нужно знать о нем.
Мэриэнн кивнула. Она нашла стопку документов и паспорта для Патриции и Билла, фотографии были немного устаревшими, поскольку у нее были только эти, когда Карен согласилась помочь ей. И снова им оставили их собственные имена.
— Мне придется взять с вас еще денег, — сказала Карен. — Надо заплатить нескольким людям. Бумаги ведут далеко в прошлое, здесь есть даже свидетельства о смерти ваших отца и матери. Там есть листок, напечатанный на машинке. Запомните все детали, потом сожгите его. Это ваша новая семья, хотя вы так с ними и не познакомитесь. Вы единственный ребенок. Ваши родители умерли. Все это очень печально.
Мэриэнн запихнула материалы обратно в конверт.
— Спасибо.
— Как, черт возьми, вы вообще связались с этим парнем? — вдруг спросила Карен.
— Мужчина попытался изнасиловать меня, — ответила она. — Он меня спас.
Последовала пауза.
— Действительно? — голос Карен звучал грустной иронией.
— Я верила ему. Он был... сильным.
Она направилась обратно к своей машине.
— Я меняла ему имена, те, которые в бумагах, что вы нашли на чердаке, — сказала Карен.
Мэриэнн остановилась.
— Что вы имеете в виду?
— Я придумала их. Все, кроме одного. Он пришел ко мне, и я сделала это.
— Кто же он? Кто же он в действительности?
— Я не знаю. Единственная фамилия, не мной придуманная, была та, которой он пользовался, живя с вами. Молох — фамилия, под которой мне его представили с самого начала. Я думаю, он очень любит эту фамилию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
