— Он недалеко. Что вы теперь затеваете? Я видела, как вы недавно разговаривали с этим подлым капитаном.
— Да, — согласилась Гарриет. Она решила пока ничего не рассказывать. Чем меньше людей будет знать о ее плане, тем лучше. — Он настоящий мерзавец.
— Кто теперь мерзавец? — гневным голосом спросил Ферди, подходя к ним.
— Тот же, о котором мы говорили раньше, — любезно ответила Гарриет, кладя свою руку на его, чтобы выйти из зала.
Он предвосхитил ее просьбу, уведя ее на балкон, где она стояла с капитаном, выслушивая его возмутительное предложение.
— Место глупости капитана, — заметила она.
— Я следил за вами оттуда, — показал Ферди на нишу в тени, из которой он мог частично видеть их, оставаясь незамеченным. — Прохвост! Задержи он тебя на минуту дольше, я бы нанес ему удар, который несколько попортил бы его хорошенькое личико.
— Ферди! — воскликнула она. — Вы герой! Я никогда не встречала настоящего героя.
Он покраснел, но не ответил на ее шутку.
— Хорошо, — серьезно начала она, — он попросил меня выйти за него замуж, неся сущий вздор о том, что не может жить без меня, — с горечью закончила она. — Без моих денег, более точно.
— Законченный негодяй! — сказал Ферди по-настоящему сердитым голосом и с соответствующим гневным выражением лица. — Как ты решила это дело?
— Как вы знаете, я обещала ему ответить перед отъездом — я подумала, что лучше не дразнить его и не приводить в отчаяние. Лорд Лэтем предположил, что он может сделать что-нибудь ужасное, так как капитан по уши в долгах, как вам известно. Я согласилась выйти за него замуж при условии, что смогу взять с собой свою горничную. И я настояла, что мне будет разрешено продолжать занятия пением и стрельбой из лука — на что он согласился.
— Правда? — Ферди пристально посмотрел на нее, потом расхохотался. — Напомни мне, чтобы я не вздумал даже предполагать, что смогу переспорить тебя. Ты умная девочка.
— Теперь, когда я послала его договариваться насчет кареты, что я должна делать? Мне бы хотелось пристрелить этого человека — только не хочется быть повешенной за это.
Ферди заинтересованно посмотрел на нее, потом заметил:
— Да ты кровожадная малышка.
— Да он вызывает презрение — считать, что только из-за того, что я не обладаю миловидностью, я прыгну в его объятия. Какая чушь! — она сердито нахмурилась.
Он просто не рассмотрел тебя, если мог подумать такую чепуху. Твои волосы стали твоей гордостью, и многие женщины должны позавидовать твоей фигуре. Не надо недооценивать свое очарование, Гарриет, — попенял он ей.
Не вполне уверенная, как надо реагировать на это любезное замечание, Гарриет просто улыбнулась, потом сменила тему разговора:
— Что мне делать, когда я встречу его завтра утром?
— Так ты намереваешься явиться на свидание?
— Да, но я должна заставить его убежать, как бы мне ни было страшно. А вы должны признать, что я не обладаю парой крепких кулаков, как вы могли бы сказать. — Выражение его лица при употреблении ею боксерского жаргона заставило ее засмеяться. — Разве у меня нет на это права?
— Какая ты озорница, — сказал он, но это прозвучало скорее ласково, чем неодобрительно. — Очень хорошо. Если ты должна встретиться с этим малым, то лучше приди вооруженной.
— Я не умею хорошо стрелять из ружья. Я могу промахнуться, — серьезно заметила она.
— Тогда тебе следует воспользоваться луком, — пошутил он, изучающе глядя на нее с веселым выражением, которое быстро исчезло, когда она заговорила.
— Прекрасно! Превосходная идея! Я выстрелю в синее, не в золото, если вы понимаете, что я имею в виду.
— Ты хочешь чуть-чуть промахнуться? — в ужасе спросил Ферди.
— Вы считаете, что я не смогу это сделать? — с вызовом спросила она.
— Ох, если внимательно прицелишься, то несомненно сможешь, — сказал он, отступая от нее на шаг.
— Мне бы очень хотелось, чтобы вы где-нибудь спрятались на случай моей неудачи — если бы вы могли быть столь добры. Он может начать спорить со мной — попытаться заставить меня уехать с ним с помощью силы или опиума, но он не стал бы так шутить с вами.
— Подобное доверие лишает спокойствия, — ответил Ферди, и в его голосе прозвучала какая-то непонятная интонация. Гарриет с любопытством посмотрела на него, но он ничего не добавил, чтобы объяснить смысл своего замечания.
— Так все решено? Я появлюсь на стрельбище со своей горничной. Вы спрячетесь там, где будет лучше всего. Я возьму с собой новый лук и колчан со стрелами. Нельзя, — отвлеклась она, — позволить ему думать, что у меня всего одна стрела, чтобы выстрелить в него.
— Да, я не могу придумать ничего более обескураживающего для нашего пылкого капитана, чем быть подстреленным молодой женщиной, которую он собрался похитить, — сказал Ферди с улыбкой, показывающей полное отсутствие жалости к положению капитана.
— Будем надеяться, что меня ждет успех, — решительно заявила Гарриет, поворачиваясь, чтобы вернуться к его сестрам.
Они прошли по коридору, словно и не вели очень личного разговора. Все время они оставались на виду у многих гостей. Ни Ферди, ни Гарриет не желали каких-либо осложнений.
— Я полагаю, что должен чувствовать раздражение, оттого, что ты никого не позвала, чтобы нас застали в компрометирующей ситуации, — шутливо пожаловался Ферди. — Я убеждаюсь, что в последнее время мои акции в свете упали.
— Ферди! — воскликнула она, в тревоге касаясь его руки. — Вы не можете серьезно думать, что я сделала бы нечто подобное с вами! Я надеялась, что вы лучше знаете меня. Вы такой хороший, добрый человек, лучший друг, какой был у меня когда-либо. — Она подумала и добавила: — Кроме того, я не смогла бы соперничать с Лафлер.
В ответ Ферди издал сдавленный звук, когда они входили в комнату, где, готовясь покинуть бал, разговаривали его сестры.
— Наконец, — сказала Диана, — вы вернулись. Я думаю, что вы составили какой-то план?
— Да, — согласилась Гарриет, потом сменила тему, чему она прекрасно научилась к этому времени.
Когда они попрощались с леди Шефтон и ее графом, благодаря их за восхитительный вечер, Эмма легко обняла Гарриет за плечи, говоря:
— Вы можете поехать с нами. Я бы хотела немного поговорить с вами, если можно.
Настороженно взглянув на Эмму, Гарриет согласилась.
— Мне будет приятно ваше общество, — вежливо заметила она, бросив на Ферди, как она надеялась, многозначительный взгляд перед тем, как встать рядом с Эммой в ожидании их кареты.
— Я с нетерпением буду ждать, чтобы узнать, как обстоят ваши дела, — ослепительно улыбнулась им Диана, садясь в свой экипаж с мужем.
