Накануне наступления фон Манштейн выехал на южный берег Черного моря, чтобы ознакомиться с положением в 30-м армейском корпусе. Затем совершил поездку до Балаклавы на итальянском торпедном катере с целью определить, в какой степени прибрежная дорога, по которой обеспечивалось снабжение корпуса, могла просматриваться с моря и обстреливаться корректируемым огнем. На обратном пути у самой Ялты два советских истребителя неожиданно атаковали катер. В результате из 16 человек, находившихся на борту, семеро были убиты и ранены. Погиб и водитель командующего 11-й армией обер-фельдфебель Фриц Нагель. Катер загорелся. Адъютант фон Манштейна, которого он любовно называл «Пепо», прыгнул в воду, доплыл до берега, задержал там грузовик, на котором домчался до Ялты, где вызвал хорватскую моторную лодку, которая и отбуксировала катер в порт.
Перед началом операции небольшая оперативная группа штаба 11-й армии вместе с командующим выехала на фронт и расположилась на командном пункте в татарском селении Юхары-Каралес. На скалистой вершине, поднимающейся над деревней, был оборудован наблюдательный пункт командарма.
Утром 7 июня после мощной артиллерийской подготовки и ударов авиации соединения 11-й армии перешли в наступление. В первый день при поддержке крупных сил артиллерии и 8-го авиационного корпуса удалось преодолеть ущелье Камышлы и долину р. Бельбек и закрепиться на господствующих высотах южнее долины. В дальнейшем развернулись тяжелые бои за каждую пядь земли. Защитники Севастополя ожесточенными контратаками пытались остановить войска 11-й армии. 13 июня после упорного боя 16-й пехотный полк 22-й пехотной дивизии овладел фортом Сталин. К 17 июня части 11-й армии ценой больших потерь на широком участке вклинились в долговременный оборонительный рубеж на севере, захватив оборонительные сооружения второй линии обороны. В полосе наступления 30-го армейского корпуса удалось вклиниться в передовые оборонительные посты, находившиеся в районе Сапун-горы. Части 72-й пехотной дивизии в ходе тяжелых боев овладели укрепленными опорными пунктами первой оборонительной зоны, а 170-я пехотная дивизия заняла Камары. Севернее румынская 1-я горнострелковая дивизия после многократных безуспешных атак захватила «Сахарную голову». Части 28-й легкой пехотной дивизии медленно с боями продвигались в прибрежных горах с отвесными скалами.
Большие потери, понесенные 132-й пехотной дивизией, вынудили командира 54-го армейского корпуса временно отвести ее в тыл. Дивизию сменили полки 46-й пехотной дивизии, переброшенной с Керченского полуострова. Ее, в свою очередь, сменила 24-я пехотная дивизия, снятая с левого фланга корпуса. В это время Главное командование Сухопутными войсками потребовало от фон Манштейна ускорить наступление, планируя снять 8-й авиационный корпус с крымского участка для переброски на Украину. Командующему 11-й армией с трудом удалось отстоять авиационный корпус.
18 июня войска 11-й армии вышли к Северной бухте, Инкерману и Сапун-горе. К утру 26 июня они захватили почти весь внешний обвод крепости. Защитники Севастополя отошли внутрь крепости, северную часть фронта которой образовывали крутые высоты по южному берегу бухты Северная, в то время как ее восточный фронт проходил от высот Инкермана через Сапунские высоты до скал в районе Балаклавы. Перед фон Манштейном встала проблема: как прорвать этот внутренний пояс крепости. Он после выхода 22-й пехотной дивизии на северный берег бухты Северная направился туда, чтобы на месте оценить обстановку. Взору командующего армией предстала бухта шириной 800—1000 м, на противоположной стороне справа – город Севастополь, а прямо перед фон Манштейном – обрывистые прибрежные высоты, усеянные укреплениями. В результате рекогносцировки командующий 11-й армией решил с этого направления уничтожить позицию на Сапун-горе, считая, что противник менее всего ожидает наступления через бухту Северная.
В окончательном виде решение фон Манштейна состояло в следующем. Утром 29 июня предстояло начать генеральное наступление на внутреннюю часть крепости: в полосе 54-го армейского корпуса – через бухту Северная, в полосе 30-го армейского корпуса – на Сапунские высоты. С целью скрыть подготовку удара через бухту Северная авиация 8-го авиационного корпуса наносила непрерывные удары по Севастополю. Одновременно на воду были спущены штурмовые лодки, на которых в час ночи 29 июня от северного берега отчалил первый эшелон 24-й и 22-й пехотных дивизий.
Переправа оказалась неожиданной для защитников Севастополя. Десант, а затем и другие части 54-го армейского корпуса начали атаку Сапун-горы. На левом фланге корпуса 50-я пехотная дивизия и введенная в бой 132-я пехотная дивизия (с полками 46-й пехотной дивизии) из района Гайтаны и южнее начали атаку высот в районе Инкермана и южнее его. Их поддержала артиллерия, расположенная на северном берегу бухты Северная. Одновременно начали наступление на правом фланге части румынского горнострелкового корпуса, а также 30-й армейский корпус, поддержанный дальнобойными батареями 54-го армейского корпуса и 8-м авиационным корпусом.
В ходе ожесточенных боев войскам 11-й армии удалось 30 июня прорваться на Корабельную сторону, где шли упорные бои за Малахов курган. Вечером остатки войск Севастопольского оборонительного района по приказу Ставки ВГК стали отходить из Севастополя к бухтам Камышевая, Казачья и на мыс Херсонес, где до 4 июля продолжали боевые действия, а в районе Херсонеса до 9 июля. Часть защитников Севастополя была эвакуирована, а часть прорвалась в горы к партизанам.
Фон Манштейн, овладев Севастополем, испытывал подлинную гордость за свои войска. Весь Крым был теперь в их руках. Он показал, что способен решать крупные задачи, имевшие важное военное и политическое значение. 1 июля в штаб 11-й армии поступила телеграмма следующего содержания:
«Командующему Крымской армией генерал-полковнику фон Манштейну
С благодарностью отмечая Ваши особые заслуги в победоносно проведенных боях в Крыму, увенчавшихся разгромом противника в керченском сражении и захватом мощной Севастопольской крепости, славящейся своими естественными препятствиями и искусственными укреплениями, я присваиваю Вам чин генерал-фельдмаршала. Присвоением Вам этого чина и учреждением специального знака для всех участников крымских боев я перед всем немецким народом отдаю дань героическим подвигам сражающихся под Вашим командованием войск. Адольф Гитлер» [215].
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
