по ней полтора километра, доезжаем до улицы Заводской, сворачиваем налево, и по Заводской доезжаем до улицы Вокзальной, которая выведет нас на тоже кольцо, но уже за баррикадой. Там тоже есть завал из покрышек и бетонные блоки, но их не так много, как на Строителей. Здесь действуем следующим образом. Похомов, твои БМДешки, вместе с моей «Ракушкой» идут в голове колонны, за нами БТРы, как только мы выходим на улицу Вокзальную, то выкатываемся на обочины дороги и начинаем работать по выходам шахт лифтов в высотных домах. «Ракушка» начинает первой, она выявляет вражеские огневые точки, по которым работают пушки БМДешек. Одна БМД по дому справа от кольца, вторая по дому слева от кольца, но учти, что слева всего один дом, а справа их три подряд. И надо обработать все три! Судя по фото и по сообщениям в чатах, боевики тусуются в квартирах на верхних этажах, на крышах лишь наблюдатели. Соответственно, если мы загасим выходы на крыши, которые находятся в коробках лифтовых шахт, то на крыши никто не выйдет. У меня в «Ракушке» есть АГС и простенький дрон, мы его поднимем и с его помощью будем корректировать стрельбу «собаки». Сметем с крыши всех, кто там будет, опять же, судя по фото, они сложили все ящики с «коктейлями Молотова» рядом с выходами на крыши, так, что от стрельбы по ним, должен начаться пожар и тогда, точно никто на крыши не полезет. Измайлов, твои БэТэРы подскакивают к кольцу, дорога будет перегорожена бетонными блоками, там их всего четыре штуки, поэтому, как только бронетранспортер подъезжает к баррикаде тут же выскакивает боец и тросом цепляет блок, БэТэр сдает назад и оттаскивает блок в сторону, расчищая дорогу. При этом башенные пулеметы должны работать по врагу. Понял?
Капитан Измайлов нехотя кивнул, но в глазах у него была такая таска и полная обреченность, что становилось грустно за него и страшно за его подчиненных.
— Измайлов, не бзди, если сработаем оперативно, то проскочим как маслом смазанные. Пока БМДешки будут гасить крыши многоэтажек и огневые точки на верхних этажах, твои БТРы должны расчистить дорогу, а грузовики в колонне проскочить кольцо и вот этот отрезок дороги вдоль высотных домов. Укропы могут бросать свои автомобили под колеса или перегораживать дорогу, но дай четкий приказ командирам БТРов, чтобы они не тупили и давили на хер всех, кто попадётся на пути. Ясно? Это приказ!
— Чей приказ? — тут же испуганным воронёнком встрепенулся Измайлов.
— Мой!
— А вы кто? Мне ж вас просто в колонну подсунули и не сказали кто вы.
— Я, бляха-муха, майор ФСБ, — рявкнул я, сунув под нос капитану свое удостоверение. — Я здесь для проведения проверки и пока ты эту проверку не проходишь, а твой непосредственный начальник, с которым ты разговаривал, уже эту проверку не прошел и ему трындец! А если ты с ним свяжешься и предупредишь о проверке, то и тебе трындец! Понял?
— Так точно, товарищ майор, но нас о проверке не предупреждали! Мы же не в курсе.
— Гребанный в рот, Измайлов, ты совсем тупой? Проверка секретная! Всё, привыкай, мы на войне, тут никто не предупреждает заранее о проверках. Тут проверки устраивают укропы, и кто их не пройдет, тот поедет домой в мешке с надписью — «груз 200». Уяснил?
Похоже, когда на Измайлова начинали орать матом и оскорблять его, то у него в голове, что-то щелкало и она начинала работать в правильном, деловом русле.
— Так точно! — вытянулся по струнке капитан.
— Так- то лучше, — довольно хмыкнул я. — Давайте еще раз пройдемся по плану, я вам раздам свои рации и обозначу позывные. С непосредственным командованием до момента прохождения Бородянки не связываться, эфир могут прослушивать, да и вообще, по своим рациям, лишний раз не трепитесь, они для укропов, что крики в мегафон, все слышно. Лучше по телефону или вот по этим коротышкам, — я показал свою рацию «Баофенг». — И напоследок, поскольку начнет моя «Ракушка», то вся ответственность за стрельбу в сторону гражданских построек на мне, но так как с крыш начнут стрелять в ответ, то все остальные наши действия будут вполне правомерны. Измайлов, ты понял? Я начну первым и вся ответственность на мне, а когда противник начнет стрелять в ответ, то уже и твоим бойцам можно стрелять. Так что своим прикажи, чтобы патронов не жалели, но в простых прохожих без оружия в руках, не стрелять.
Честно говоря, я хоть и отдал армии последние семь лет своей жизни, но матом редко разговариваю, все же я считаю себя интеллигентом и гуманитарием. Но в подобных случаях, как сейчас с капитаном Измайловым по-другому никак. Надо было хорошенько накричать на капитана, чтобы привести его в чувство, причем не просто накричать, а обматерить как следует, чтобы у него мозги, застопорившиеся от страха, начали работать. Капитан, как ни крути, командир над двумя БТРами и четырнадцатью грузовиками, в его подчинении сейчас полсотни пацанов, чьи жизни напрямую зависят от реакции Измайлова. Если капитан затупит, растеряется, впадет в ступор или выпадет из реальности, то всей колонне — хана! Укропы раздолбают в пух и прах.
К примеру, моя «Ракушка» и гусеничные БМДы могли вообще объехать место засады стороной по полям или по рельсам идущей чуть в стороне от трассы Е373 железнодорожной ветки, не входя в Бородянку, а вот колесные грузовики, хрен бы так сделали. Если уж совсем откровенно, то можно было не возиться с Измайловым, ну, хочет он как приказывает его начальство ехать по дороге, надеясь, что укропы их пропустят, так пусть едет. Там их гарантированно раздолбают в пух и прах, зато капитан Измайлов выполнит приказ непосредственного командира, который запретил ему стрелять в сторону ВСУ и гражданских строений.
Но я не мог этого допустить, поэтому и пришлось как следует обматерить капитана, соврать ему про проверку, а заодно и выдать свое настоящее звание и фамилию, тем самым нарушив приказ полковника Богомолова. Скорее всего, Измайлов все-таки доложит своему начальству о моем самоуправстве и присутствие в колонне, что приведет к грустным последствиям для мне, но если это спасет жизни полсотни российских пацанов, то хрен с ним.
Как ни крути, мат — это часть русской культуры. Хорошо это или плохо, но он есть и это факт. Аналогов русского
