поднимется и, следовательно, люди будут покупать ее меньше, чем привыкли. А вот это уже плохо. Если выбирать между тем, что приезжие купцы будут глазеть на обломки, которые, кстати сказать, могут спровоцировать пожар в жаркое время года, и здоровым питанием плебса, я буду настаивать, чтобы от обломков избавились как можно скорее.
— Обломки далеко от города, — Пладий обиженно надулся, — огонь с них не достанет старого города…
— Но в ветреную погоду искры долетят, и никто не знает, где именно саламандра решит свить себе гнездо, — Лекс ухмыльнулся, — Саламандра — божество маленькое, но прожорливое, и не прощает беспечности по отношению к себе. Вам так хочется заниматься тушением пожара в городе?
— Я полностью согласен с мужем, — Сканд подъехал ближе к Лексу и погладил его по бедру, — все его слова и прогнозы на будущее оказываются верными. Нашу славу у нас никто уже не отнимет и не сможет уменьшить. Это первый год, когда купцы будут плавать, не опасаясь нападения разбойников, а приморские поселения никто не ограбит. И все люди знают, кого за это надо благодарить, но теперь надо позаботиться о безопасности города. Если мы не дали уничтожить его пиратам, то будет глупо, если он пострадает из-за нелепой случайности.
Пладий недовольно пожевал воздух, но не осмелился протестовать. Разговор сразу продолжился о том, как именно обломки должны быть разобраны и за чей счет. Можно нанять гильдию столяров. Им такая работа будет понятна, у них есть и инструменты, и знания, как это сделать быстро. А можно создать вексилляцию, ломать — не строить, и военные возьмут разрушение под свое начало. А можно напрячь муниципалитет, город, в конце концов, это его забота. Они могут заставить местных жителей работать здесь в обязательном порядке или задействовать рабов. Вопрос еще в том, куда девать такое количество древесины?
— Надо создать вексилляцию, — Лекс нахмурился, — вы правы. Ломать — не строить. А еще, надо сообщить местным жителям, что в течение десяти дней все могут брать и собирать с берега все, что захочется, совершенно бесплатно. А вот через декаду, все, что окажется на берегу, станет собственностью муниципалитета и будет продаваться на вес. Я думаю, берег будет очищен за эти десять дней дочиста, а что и останется, то муниципалитет действительно подберет остатки и наведет чистоту.
— Почему ты считаешь, что все будет убрано за декаду? — Сканд удивился.
— Пока это все просто мусор на берегу, — Лекс довольно улыбнулся, — а вот когда будет объявлено, что они могут забрать то, что представляет хоть какую-то ценность, причем, совершенно без денег, то тут все быстренько подхватятся и бросятся собирать все, что бесплатно лежит. Даже если и не очень надо, бесплатное не бывает лишним. Возьмут про запас просто потому, что ПОКА бесплатно.
— И зачем тогда вексилляция? — удивился Пладий, — скажем, что могут брать все, что хотят, а вексилляцию сделаем, когда надо будет зачищать остатки.
— Нет. Вексилляция, это, во-первых, подтверждение, что власть не оставляет все на самотек и относится к останкам кораблей серьезно. И во-вторых, вексилляция — это сильные мужчины, которые смогут ломать, разбирать и внимательно отнестись к безопасности на такой работе. А еще, они зададут темп. И потом, за бесплатными дровами и тряпками придут женщины и подростки, которые пойдут помогать семьям. У них самих нет сил, чтобы добыть здесь хоть что-то ценное, но если их задачей будет только поднять с песка и утащить домой, то дело пойдет намного быстрее. И, главное, надо дать людям конечные сроки. Так, чтобы они отложили свои дела, которые они смогут сделать и позже, и отправились добывать то, что дают даром, но только сейчас.
Пока это ничье, то оно не очень-то и надо. Пока все считают, что у них впереди много времени, чтобы добыть здесь дрова и прочие вещи, то и торопиться не следует, у всех есть важные дела. А если все узнают, что через какое-то время дармовые дрова станут чьей-то собственностью, то многие поторопятся урвать себе хоть кусочек. Люди сами все растащат и найдут места для хранения, а потом используют с толком. Вы не поверите, как быстро все растянут, когда узнают, что БЕСПЛАТНО скоро закончится. Поэтому пусть вексилляция с самого начала позаботится о веревках, крючьях и грузовых ящерах, чтобы вытаскивать обломки с мелководья на берег. Надо успеть сделать за эту декаду по максимуму.
Пока все растерянно переглядывались, Сканд довольно хмыкнул и назначил ответственного за выполнение поставленной задачи. Риторические вопросы пропали, и все сразу вернулось в практическое русло. А Лекс тем временем отъехал в сторону и постарался разглядеть, что находится на другом берегу подковы побережья. Там, где в свое время затянуло в песок баржу казначейства. Даже несмотря на острое зрение рептилии, разобрать подробности было тяжело, и Лекс вздохнул, подзорную трубу следует сделать хотя бы одну, для личного пользования.
Ветер в это время начал крепчать и волны стали биться о берег, раскачивая полуразрушенные останки кораблей. Сканд подъехал ближе и, достав из седельной сумки Лекса кожаный плащ, заставил его одеться. Он сам был в военном наряде с кожаными полудоспехами. А вот Лекс, только нахлобучив плащ, понял, как он, оказывается, продрог на побережье. Сканд сразу отправился в город, и самочка сама потрусила следом, не отвлекая Лекса от завязывания и застегивания ремешков на кожаной хламиде.
Костры в городе уже потушили, и все жители закрылись в своих домах. Сканд привязал к передней луке седла Лекса мешок с провизией и повел маленький отряд из себя, мужа и пяти монахов в сторону старого дворца. Он даже предложил Лексу переночевать в нем, но тот торопился домой к Ламилю и в тепло протопленной кухни. Во дворе Сканда ждали восемь корзин. Они были упакованы для перевозки. В этом мире делали временные крышки на корзины, застилая сверху листьями и закрепляя их прутьями. В данном случае корзины были закрыты широкими листьями морской капусты. Лекс удивился количеству, он помнил только две корзины с рыбкой и две с лакрицами, а вот что находилось в остальных, ему было неизвестно.
Сканд спрыгнул с Шу и отправился вглубь дворца. Вскоре слуги вывели четырех самочек и быстро закрепили корзины на их спинах. После этого Сканд опять вывел свой отряд на дорогу и развернул недовольного Шу боком к ветру. Теперь дорога не была такой простой и комфортной. Только Шу бежал по прямой, а самочек ветер пытался сдуть с дороги. Поэтому караван извивался, как флаг на ветру. Грузовых самочек вели под уздцы монахи, и Лекс
