Но Рон по-прежнему таращился на него с полным непониманием, и Гарри пришла в голову диковинная мысль.
- Ты… ты не можешь их видеть?
- Кого?
- Тех, которые запряжены в кареты. Рон встревожился не на шутку.
- Да что с тобой, Гарри?
- Со мной? Ничего…
Гарри пришел в смятение. Вот же она перед ним, черная лошадь, гладкая шкура поблескивает, отражая тусклый свет из вокзальных окон, из ноздрей в прохладном вечернем воздухе поднимается пар. И все же, если только Рон не шутит - а шутка в этом случае была бы очень глупая, - Рон не видит ее совсем.
- Ну что, может, сядем все-таки? - неуверенно предложил Рон, глядя на Гарри с беспокойством.
- Да-да, - сказал Гарри. - Пошли…
- Не волнуйся, - произнес вдруг призрачный голос, когда Рон исчез в темной карете. - Ты не сходишь с ума, ничего такого. Я тоже их вижу.
- Видишь? - в страшном волнении переспросил Гарри, поворачиваясь к Полумне. В ее больших серебристых глазах он увидел отражения крылатых коней.
- Да, - сказала Полумна. - Вижу всякий раз, как сюда приезжаю. Они всегда везут эти кареты. Так что не беспокойся. Ты не больший псих, чем я.
Она слабо улыбнулась и забралась вслед за Роном и затхлый кузов экипажа. Не успокоившись до конца, Гарри полез туда же.
Глава 11. Новая песня распределяющей шляпы
Гарри не хотел сообщать остальным, что у него с Полумной одна и та же галлюцинация, если это действительно была галлюцинация. Поэтому, заняв свое место в карете и захлопнув за собой дверь, он уже не говорил о лошадях. Однако он невольно то и дело поглядывал в окно на темные лошадиные фигуры.
- Все видели эту Граббли-Дерг? - спросила Джинни. - Что она, интересно, тут делает? Ведь не мог же Хагрид уйти из школы, правда?
- Я была бы рада, если бы он ушел, - сказала Полумна. - По-моему, он не ахти какой учитель.
- Он отличный учитель! - хором возразили рассерженные Гарри, Рон и Джинни.
Гарри посмотрел на Гермиону. Она кашлянула и быстро сказала:
- Да… он очень хороший.
- А мы в Когтевране считаем, что на него без смеха нельзя смотреть, - не смутившись, сказала Полумна.
- Значит, у вас погано с чувством юмора! - рявкнул Рон. Карета тем временем, скрипя колесами, поехала.
Полумну грубость Рона, казалось, не обеспокоила нисколько. Мало того - она некоторое время равнодушно смотрела на него, как смотрят не слишком интересную телепередачу.
Громыхая и покачиваясь, кареты цепочкой двигались по дороге. Когда их экипаж между двумя высокими колоннами, увенчанными фигурами крылатых вепрей, въезжал на территорию школы, Гарри прильнул к окну, надеясь увидеть огонек в хижине Хагрида на краю Запретного леса. Но на всей территории было совершенно темно. Замок Хогвартс между тем нависал все ближе - могучая громада башен, угольно-черная на фоне темного неба. Яркими прямоугольниками в ней там и сям светились окна.
У каменных ступеней, ведущих к дубовым входным дверям замка, кареты с лязгом остановились. Гарри вышел из экипажа первым. Он повернулся и опять стал искать глазами свет в домике на опушке леса, но там не было никаких признаков жизни. Боясь расстаться с призрачной надеждой на то, что лошади ему померещились, Гарри неохотно перевел взгляд на кареты и, конечно, снова увидел эти странные скелетоподобные существа. Они тихо стояли, овеваемые прохладным вечерним воздухом, и таращили пустые белые глаза.
Гарри и раньше видел однажды такое, чего Рон не видел, но то было отражение в зеркале - нечто куда менее материальное, чем сотня здоровенных тварей, достаточно сильных, чтобы везти тяжелые кареты. Если верить Полумне, они всякий раз их везли, но были невидимы. Почему же он, Гарри, вдруг их увидел? И почему Рон - нет?
- Идешь ты или нет? - прозвучал рядом голос Рона.
- А… да, - быстро сказал Гарри, и они влились в толпу, торопливо поднимающуюся к дверям по каменной лестнице.
Вестибюль был ярко освещен факелами, и шаги учеников по мощенному каменными плитами полу отдавались в нем эхом. Все двигались направо, к двустворчатой двери, которая вела в Большой зал. Предстоял пир по случаю начала учебного года.
В Большом зале школьники рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Вверху простирался беззвездный черный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве сновавших по залу, и учеников, которые оживленно переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов, разглядывали друг у друга новые мантии и фасоны стрижки. И опять Гарри заметил, что, когда он идет мимо, некоторые наклоняются друг к другу и перешептываются. Он стиснул зубы и постарался вести себя так, словно ничего не замечает и ему ни до чего нет дела.
Полумна отделилась от них и отправилась за стол Когтеврана. Едва они дошли до стола Гриффиндора, как Джинни позвали друзья-четверокурсники, и она села с ними. Гарри, Рон, Гермиона и Невилл нашли себе четыре места подряд у середины стола. По одну сторону от них сидел Почти Безголовый Ник, факультетский призрак Гриффиндора, по другую - Парвати Патил и Лаванда Браун, которые поздоровались с Гарри как-то нарочито беззаботно и дружелюбно, не оставив у него сомнений в том, что перестали перемывать ему косточки лишь мгновение назад. Впрочем, у него на уме были более важные вещи: через головы учеников он смотрел на преподавательский стол, который шел вдоль главной стены зала.
- Его тут нет.
Рон и Гермиона смотрели туда же, хотя особенно вглядываться не было нужды: рост Хагрида позволил бы сразу увидеть его в любой компании.
- Не мог же он совсем уйти из школы, - сказал Рон с легкой тревогой в голосе.
- Конечно не мог, - твердо проговорил Гарри.
- Может быть, с ним… случилось что-нибудь? - беспокойно спросила Гермиона.
- Нет, - мгновенно ответил Гарри.
- Где же он тогда?
После паузы Гарри очень тихо - так, чтобы не услышали Невилл, Парвати и Лаванда, - сказал:
- Может быть, еще не вернулся. Ну, вы помните - после своей летней работы… После того, что он должен был сделать для Дамблдора.
- Да… да, пожалуй, - согласился Рон, вроде бы успокоившись. Но Гермиона, прикусив губу, все оглядывала преподавательский стол, точно хотела найти там какое-то окончательное объяснение отсутствия Хагрида.
- А это кто? - резко спросила она, показывая на середину преподавательского стола.
Гарри посмотрел туда же, куда она. Первым он увидел профессора Дамблдора, сидевшего в центре длинного стола в своем золоченом кресле с высокой спинкой. На нем были темно-фиолетовая мантия с серебристыми звездами и такая же шляпа. Дамблдор склонил голову к сидевшей рядом женщине, которая что-то говорила ему на ухо. Она выглядела, подумал Гарри, как чья-нибудь вечно незамужняя тетушка. Пухлая и приземистая, с короткими курчавыми мышино-каштановыми волосами, она повязала голову ужасающей ярко-розовой лентой под цвет пушистой вязаной кофточки, которую надела поверх мантии. Вот она чуть повернула голову, чтобы отпить, из кубка, и Гарри, к своему ужасу, узнал это бледное жабье лицо и выпуклые, с кожистыми мешками глаза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
