Я устало вздохнула, ощущая себя по-настоящему вымотанной. И не как после тяжелого дня, а как после долгой, ожесточенной битвы длинною в жизнь.
- Макс, я же прошу об этом не потому, что мне от скуки заняться нечем, - терпеливо произнесла я. - А потому, что это действительно надо. Надо ради дела.
- Рассказывай, - потребовал в свою очередь Макс.
- Не могу, - развела я руками. - Прости, но я правда пока не могу.
Макс подозрительно уставился на меня. Несколько минут мы играли в агрессивные гляделки.
- Ладно, - сдался друг. - Многолетний опыт общения с тобой подсказывает, что сопротивляться и допытываться бесполезно, все равно ты ничего не скажешь. И сделаешь по-своему.
Я согласно кивнула.
- Я созвонюсь с ним и договорюсь о встрече, - Макс грустно вздохнул и поднялся.
- На сегодня, - с милой улыбкой, но очень требовательно попросила я. - Часиков после двух.
— Это уже наглость! - возмутился Макс, оборачиваясь уже возле двери.
Я моргнула и заулыбалась еще шире. Начальник покачал головой и стремительно покинул меня, что-то яростно шепча себе под нос. Может, вызывал дьявола, а может, проклинал тот день, когда мы встретились.
Глава XXIV
Просидев в офисе еще чуть меньше часа, я вышла и пешком отправилась на первую запланированную на сегодня встречу. Можно было, конечно, взять так щедро отданную мне машину Григория, но, во-первых, я не была уверена, что она не отслеживается посредством различных технических приспособлений, во-вторых, идти было не далеко, а мне хотелось прогуляться.
Через двадцать минут я была на месте. Прошла вдоль набережной, обогнула памятник известному писателю и устроилась на лавочке напротив мерно журчащего фонтана.
Прошло еще минут десять прежде, чем позади меня раздались едва слышные шаги, а после рядом присел мужчина в легких светло-синих штанах и белой футболке. Элегантный, как всегда. И красивый до умопомрачения. Как и всегда.
- Привет, - снимая солнцезащитные очки, улыбнулась я, не поворачиваясь к нему, но с наслаждением вдыхая аромат его туалетной воды. Одновременно чуть терпкий и чуть сладковатый, освежающей и очень ему подходящий.
- Хорошо выглядишь, - вместо приветствия произнес Ян. - За два года совсем не изменилась.
- За два с половиной года, - напомнила я ему его же собственное уточнение. - И я не изменюсь еще ближайшие лет триста.
- Нереиды живут долго, - согласился мой собеседник. - Даже слишком долго для этого мира.
- Разве бывает слишком долгая жизнь? - спросила я, прикрывая глаза и подставляя лицо весеннему солнышку.
- Конечно, - невозмутимо ответил Ян. - “Слишком долго” начинается тогда, когда ты теряешь надежду придумать смысл своему существованию.
- Концепция смысла жизни переоценена, - я распахнула глаза, проследила за полетом воробья, исчезнувшего в густой кроне старого каштана и, наконец, взглянула на Яна.
Он все это время следил за мной.
Высокий, даже слишком. И худой. Но не той худобой, при которой хочется обнять, пожалеть и накормить. А той, которая является следствием долгих и упорных тренировок. И которая на самом деле скрывает силу отточенных и крепких, подобно канатам мышц. Молочно-белую кожу идеально подчеркивали длинные, достающие до широких плеч и чуть зачесанные назад волосы цвета спелой пшеницы, отливающие на солнце золотом. Довершали картину пронзительно-голубые глаза с длинными черными ресницами, которые были такой редкостью у натуральных блондинов. И высокие скулы, такие острые, что хотелось провести по ним пальцем и убедиться, что это лицо настоящее.
- Всё в этом мире переоценено, - криво усмехнулся Ян от чего его полные изящные губы, которые вызывали совсем не целомудренные мысли насмешливо изогнулись. - Как и красота.
Он видел меня насквозь.
- Тебе легко об этом говорить, - рассмеялась я, отводя взгляд от того, к кому меня уже не первый год тянуло словно магнитом. Держалась я все это время исключительно на одной силе воли. Потому и встречи наши были редкими, ведь с каждым разом я всё сильнее боялась, что не смогу уйти. - Красивые люди любят говорить, что красота не важна. Наверное, потому что она у них уже есть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он все знал.
А еще он все понимал. Даже лучше, чем я сама. Он всегда был лучше меня. Во всем. Наверное, меня, ту, чья гордость была выше Эвереста, должно было задевать это. Но не задевало. Все, что касалось его всегда было... как будто вывернутым наизнанку.
А еще рядом с ним было поразительно спокойно. Спокойствие и влечение, такое, от которого начинали мелко вздрагивать колени при одном лишь взгляде - слишком опасное сочетание.
- Не легче, чем тебе, ma petite princesse, - заметил Ян. Он редко обращался ко мне по имени, зато очень любил называть маленькой принцессой. - Но ты же позвала меня не для того, чтобы полюбоваться моим светлым ликом и отвесить парочку комплиментов, правда? Если бы это было так, наша встреча состоялась бы на два с половиной года ранее, и мы бы провели это время гораздо... интереснее.
Я подавила горький вздох, улыбнулась и весело произнесла, отвесив шуточный поклон:
- Конечно, нет, мой Князь. Я бы не стала тревожить Вашу Светлость по столь незначительному поводу.
- Тогда что? - бровь Яна изогнулась, в то время как глаза потемнели, словно вода в море перед грозой. - Проблемы с кем-то из моих?
Ян был вампиром. Родился вампиром, прожил четыреста лет вампиром, и проживет как минимум еще столько же, если не найдется кто-то, кто окажется сильнее его и сможет положить конец существованию такого, как он в этом бренном мире. Принадлежал Ян к старинному вампирскому княжескому роду и, хотя родился четвертым сыном в семье, а потому не должен был унаследовать власть, после гибели в бою отца и старших братьев, возглавил свой клан. Титул и заслуги предков позволили ему заявить о своих правах на огромный участок территории и, соответственно, повелевать всеми проживавшими на его земле вампирами. И хотя Ян носил титул Князя, сам себя он так редко называл. По меркам высокородных вампиров он вообще был странным. Благородному обществу себе подобных предпочитал скромное проживание среди людей и не стремился к раскрытию своей личности. На самом деле, многие вампиры до сих пор не знали своего правителя в лицо. Со мной он тоже вел себя достаточно свободно и никогда не требовал соблюдения дворцовых правил, хотя по титулу я была ниже его - всего лишь принцесса, которая никогда не станет полноправным правителем.
- Нет-нет, - торопливо ответила я. - Мне нужны ответы на кое-какие вопросы, и мне кажется, что именно тебе их стоит задать.
- Тебе кажется? - выгнул светлую бровь Ян.
- Ага, - радостно улыбнулась я, хотя на первый взгляд причины для радости отсутствовали. - Креститься уже пробовала, не помогло, так что, можешь даже не предлагать.
- Уже интересно, - хмыкнул Ян, устраиваясь поудобнее настолько, насколько позволяла неудобная деревянная скамейка. - Приступай.
Я глубоко вздохнула, потерла лоб и начала рассказывать. С самого начала, уже не первый раз, но не все, что знала. Кое-что пришлось утаить.
Закончив, я замолчала, выжидающе уставившись на вампира, одновременно любуясь его красотой и боясь нарушить повисшую между нами тишину, которая, словно незримым куполом, отделяла нас от остального мира. В это время по набережной со звонким смехом и гигиканьем бегали дети, с громким шорохом крыльев взлетали стаи голубей, через две лавочки от нас мужчины с наслаждением резались в домино, громко стуча костяшками об доску. А мы сидели молча и практически не подвижно, подобно двум бессмертным изваяниям.
- Почему ты пришла ко мне только сейчас? - резко спросил Ян, да так, что я невольно дернулась, больно ударившись локтем о кованный каркас лавочки.
- А зачем? - проговорила я, морщась и потирая ушибленное место. - Я не хотела втягивать тебя в свои проблемы. На самом деле, я и по поводу этой встречи долго сомневалась.
- Почему? - отрывисто повторил Ян, не глядя на меня, а вместо этого буквально пожирая глазами фонтан.
