заставить вступить в какой-то клан не могут. Хотя могут быть очень настойчивы. Но я справлюсь. А просто не прийти – это надо очень уважительную причину иметь.
Через два дня друзья проводили Джесси к дому Холики, и та отправилась порталом в Карелию. А когда возвращались домой, то Флори взяла Лексиса под руку и почти промурлыкала:
– Ну что? Пойдем в кровать?
Лис покосился на подругу и спросил в ответ:
– Что, крови захотелось?
– Ещё нет. Сегодня можно и без крови. И еще с неделю. А вот потом, да.
– Крови не получишь, – отрезал парень. – И ты не думаешь, что плохо поступаешь с сестренкой, предлагая мне… кровать?
– А она поняла, что я по другому думаю. И это так и есть. Так что можешь считать, что у нас негласный договор, что если ей не говорить, то можно.
– Да уж… Сестренки, такие сестренки, – рассмеялся Лис. – Но она старше и главнее? Так?
– Получается, что так. Когда она была магичкой, то по праву сильного.
– А теперь?
– А теперь по твоему решению. Ты её выбрал старшей.
– Ого! – покачал головой студент. – А если тебя выбрать?
– Тогда от меня скрываться не надо. Я с радостью буду делиться с сестренкой.
– Знаешь, что… Младшая сестренка. Шла бы ты со своей логикой! – разозлился Лис. – Да, я тоже понимаю, что ты думаешь по другому. Но это неправильное думанье. Меня не устраивает.
– И что? – нахмурилась вима.
– Ты спишь на диванчике, – отрезал Лексис.
А вима только согласно кивнула, но говорить про правильную лису-жену не стала. Она вообще перестала это говорить почему-то. Лис даже беспокоиться начал, но потом просто махнул рукой.
Через несколько дней вима сходила в таинственный трактир. Лексис попросил сказать ему адрес на всякий случай, но провожать не пошел. А вернулась девушка довольно быстро, причем в натянутом на глаза капюшоне лёгкого летнего плаща. Зашла в комнату и только тогда скинула капюшон.
И Лис аж подскочил на стуле, увидев в каком виде подруга. Вся окровавленная и избитая. Хорошо, что кровь была, кажется, только вытекшая из расквашенного носа. Но всё равно.
– На тебя напали? – чуть не закричал парень. – Кто?
– Нет, нет, – покачала головой вампиресса, которая ещё и заметно шепелявила. – Не напали. И мстить никому не надо. Я просто подралась. Их было двое, но я победила! Гордись, какая у тебя подруга! А морда уже к утру заживет. С зубами не так хорошо, но дня за три отращу новые.
– Рассказывай! – потребовал студент.
– Да, как я и предполагала, меня стали приглашать в один сильный клан. Очень настойчиво. Первые пять минут я просто отказывалась, потом стала отругиваться. Так, слово за слово, и они получили по мордам. Ну и мне маленько перепало.
– Расхотели в клан приглашать? – усмехнулся Лис.
– Эти да. Но там еще от трех кланов были представители. Те ещё больше захотели. Ещё бы! Я убедительно доказала, что сильнее двоих. И не людей, а вимов. Но те уже повежливее были.
– Ты действительно крута! – отвесил комплимент парень.
– И чего так в меня вцепились? – явно красуясь, проворчала вампиресса. – Там на вербовку было почти с десяток наших, не из бывшего Уральского клана, конечно, а так… со всех окрестностей собрались, а докопались именно до меня. Кстати, как насчет пары глотков крови для пострадавшей подруги?
– Ты не ранена и полна сил, – покачал головой Лис. – Так что нет.
Глава 19
Флори только тяжело вздохнула, после чего сбегала в ванную, и вернулась с замотанным платком лицом, пояснив:
– Не хочу такой мордой сверкать. Так вот, есть новости. Первое. Разогнали не только мой клан. А целых шесть. Всех за то, что лезли в интриги знати, королей и церкви.
– Ого! – удивился Лексис.
– Это ещё не «ого», – хмыкнула девушка. – Кланы, прежде чем разогнать, обычно сначала предупреждают. Но не в этот раз. Я подозреваю, что на вимов наехали. И надавили непосредственно на Совет.
– В смысле?
– Церковь взялась за вимов. И наш Совет, чтобы спасти большую часть вимов, а в первую очередь себя, любимых, с перепугу разогнал всех, кто хоть самую капельку нарушил наши законы.
– А такое поможет?
– Может кто-то стучит святошам… Вот и стараются показать, что беленькие и пушистенькие… – пожала плечами вима. – И знаешь, я не верю, что поможет. Но может хоть убивать нас не начнут. Пока только пропало около сотни вимов, но их не убили, а где-то держат. Те наши, кто был в трактире, не в курсе подробностей. Был один член Совета, но ничего не рассказывал. Хотя со мной провел беседу с глазу на глаз.
Лис удивленно приподнял бровь, а Флори потрогала себя за скрытое платком лицо и пояснила:
– Еще до драки. Так вот, он интересовался тобой. Спрашивал, могу ли я передать тебе, что тебя хотят увидеть.
– И что ты ответила?
– Ответила, что передам тебе, но ты мой господин и сам решишь, хочешь ли с ними говорить. И от себя добавила, что вряд ли. Пусть в сентябре приходят.
– Почему? – не понял парень. – Что такого в том, чтобы услышать что-то про контракт?
– Они не собираются его расторгать, значит ничего хорошего не предложат. А срочности нет, иначе бы говорили по другому. Отдохни спокойно… А до сентября ещё многое может случиться.
Дальше действительно только отдыхали. А в один из дней конца июля, Флори, которая раз в неделю ходила в особняк Холики, чтобы узнать про письма от Джесси, прибежала сияющая как начищенный золотой и вручила другу вскрытый конверт, пояснив:
– Это тебе от Джесси.
Лис только покачал головой, что наглая девушка вскрыла скорее всего личное письмо, но… сам вовремя не запретил, вот и результат.
В конверте оказался единственный лист бумаги всего с несколькими строчками текста, даже без приветствия:
«Я разыскала сестру. И оказывается, ей уже помогли вырваться из монашек. Она сейчас замужем. Да, зовут её Ресси.»
И подпись:
«Твоя очень злая подруга, но уже не невеста.»
А ниже еще одно слово:
«Гад!»
