он и разрешил ему избавиться от наручей?
– А если бы я проиграл?
– Тоже лечил бы, но с намного худшим настроением. Ладно, сейчас тебе принесут ужин. И чуть позже настои от меня, я прямо сейчас иду их готовить. Выпей все до капли, если хочешь выздороветь. Там, за дверью, столпились посетили. Запускать?
– Конечно. И спасибо вам, доктор Пайрам.
– Рассчитаешься будущими победами.
Врач приветливо помахал Риордану рукой, после чего, тихонько насвистывая какую-то мелодию, скрылся за входной дверью. Но почти сразу же вернулся обратно. Лицо Пайрама выглядело немного озадаченным.
– Риордан, к тебе гости, – объявил он, почему-то понизив голос. – Сядь прямо и поправь волосы.
Он ожидал, что в палату войдет кто-то из наставников или даже поединщик, но из-за двери появился тучный человек в богатом камзоле. Поверх одежды у него висела массивная золотая цепь с бляхой в виде королевского герба, а на поясе еще одна цепь, только серебряная, на которой болталась связка разнообразных ключей. У незнакомого господина было широкое, как блин, лицо, на котором блестели маленькие подвижные глазки, и имелась аккуратная бородка, слегка подкрашенная индиго по последней городской моде. Но несмотря на синюю бороду, самым замечательным явлением на его физиономии был нос. Короткий и широкий, он, словно колонна, подпирал нависающий над ним лоб, а разверстые ноздри придавали обладателю сего носа весьма плотоядный вид. Из-за них казалось, что нос сам по себе заинтересованно взирает на окружающий мир. В целом господин был некрасив, но чрезвычайно примечателен. Один раз взглянув на него, забыть было уже невозможно. Риордан вспомнил, что видел этого человека на маленькой трибуне, и сидел он по правую руку от Мастера войны. Он двигался не торопясь, как персона с положением и облеченная властью. Подойдя к кровати Риордана, посетитель остановился и заложил большие пальцы за широкую матерчатую портупею, которая словно демаркационная линия делила его камзол на две неравные части. Он принял свою позу машинально, как привычную, и со значительным видом уставился на новобранца.
– Итак, я вижу перед собой того самого Риордана, чье имя уже второй день у всех на устах, – заключил он, после того как совместно с носом закончил обозревать объект своего внимания.
– Рад приветствовать вас, э-э-э, господин… – осторожно проговорил Риордан, не зная, как титуловать посетителя.
– Граф. Граф Танлегер, – солидно отрекомендовался тот. – Но в Овергоре все называют меня Посланником, потому что я констебль Глейпина и распоряжаюсь делами короля. Можешь так ко мне и обращаться.
Глейпин – такое название носит дворец Вертрона, сообразил Риордан. А констебль – это управляющий дворца.
– Рад приветствовать вас, Посланник, – повторил Риордан с почтением.
– Король желает видеть тебя, парень. Двор планировал нанести визит в Воинскую школу в ближайшие дни, чтобы произвести смотр пополнения. Но так уж случилось, что главная сенсация теперь лежит в лазарете со сломанной рукой. Хм… непорядок.
Риордан молчал, не зная, что ответить.
– Сколько ты еще здесь проваляешься?
– Доктор сказал, что через три дня освободит мою руку из станка, и я смогу ходить.
– Хорошо. Значит, поступим так. Через три дня я пришлю за тобой экипаж. Тебя приглашают в Глейпин. Это великая честь. Завтра с утра здесь будет королевский портной, он снимет с тебя мерку. По крайней мере, мы успеем пошить тебе парадную форму, которую обычно готовят к присяге, и ты сможешь предстать перед королем в надлежащем виде. Что за блямба у тебя на лице?
– Ее тоже снимут через три дня. В меня попала бесноватая молния, Посланник.
– Отлично! Еще и молния, – восхитился граф Танлегер. – Король будет развлечен. Тем более визит нужно отложить до того, как тебе уберут эту заплатку. Прекрасно! Я рад был приветствовать столь многообещающую личность, но теперь мне пора.
– Простите, Посланник, – робко промолвил Риордан.
– Чего еще?
– Из Вейнринга нас призвали вчетвером.
Граф Танлегер выразил непонимание, красиво изогнув аккуратно выщипанные брови.
– Но король желает видеть лишь тебя.
– Возможно, его величеству будет интересно посмотреть на все пополнение. Это может развлечь его еще больше.
Усмешка слегка исказила черты королевского констебля.
– Для деревенского парня ты довольно дерзок. Хотя, с другой стороны, он уже видел всю остальную рекрутскую команду, кроме вейнрингского призыва… – Посланник посоветовался с носом, задумчиво его почесав. – Ладно. Значит, четыре парадные формы?
– Четыре, господин Посланник.
– Просто Посланник. Этот титул котируется выше, чем господин. Используя вместе «господин» и «Посланник», ты как бы слегка меня принижаешь.
– Посланник, – послушно поправился Риордан.
– Хорошо. – Граф Танлегер круто повернулся на каблуках и стремительно удалился, как чрезвычайно занятый человек.
От сквозняка, вызванного открытой дверью, Риордан поежился и левой рукой натянул на себя серое больничное одеяло. И вовремя, потому что дверь снова распахнулась, и в палату ворвались все трое его земляков. Их лица были полны гаммой чувств – от восторга по поводу его победы до опасений за здоровье товарища.
– Шикарно ты тут устроился, – воскликнул Тиллиер. – Просторно и конюшней не пахнет, как у нас в комнате.
Риордан потыкал пальцем в деревянный станок, к которому была прикована его правая рука.
– Не хочешь поменяться со мной местами?
Когда они все устроились на соседних постелях, он спросил:
– Что творится в Школе после нашего боя?
Ответил Хоракт:
– Биккарт злой, как демон. Скиндару, похоже, достанется. Говорят, что Мастер войны сгоряча пообещал разжаловать Кавалера из старшин, а Крушителя и вовсе с позором выгнать из Школы. Но Жало мне по секрету сказал, что громилу может отмазать его папаша. Он у него процентщик, дает деньги в долг. Жутко богатый тип. До поступления в Школу Крушитель работал на него сборщиком долгов. Поэтому он и здесь пытается завести свои порядки. Кавалер при нем навроде ливреи.
– Неужели? – удивился Риордан. – А я думал, что наоборот – Кавалер заправляет всей музыкой, а Крушитель усмиряет недовольных.
– Нет, Кавалер происходит из родовитой, но обедневшей семьи. Его отец все состояние спустил на ставках, потом залез в долги к папаше Крушителя. Поступление в Школу для него единственный шанс поправить семейные дела. У них все шло на лад, пока не появился ты.
Риордан помолчал какое-то время, обдумывая новую информацию.
– А я, признаться, считал, что теперь наша вражда закончена. Но оказывается, все еще впереди. Раз тут замешаны большие деньги и семейная честь, просто так они лидерство не отдадут.
– Лидерство? – с улыбкой переспросил Хоракт.
В этот момент в дверь больничной крыла робко постучали, но эхо от высоких потолков усилило звук.
– Пойдите, посмотрите, кто там, – попросил Риордан.
– Я и так знаю, – ухмыльнулся Тиллиер. – К тебе рвется тот паренек, оружейник. Наверное, хочет поблагодарить за бой.
– Зови.
Тиллиер сходил к двери, и вслед за ним в больничное крыло вошел их недавний знакомец. Теперь, без предбитвенной горячки, Риордан смог рассмотреть его получше. Он понял, что только школьная рабочая униформа придавала пареньку более или менее солидный вид. На самом деле это был субтильный юноша с тонкой шеей и
