- Иди сюда, моя маленькая мышка, - ласково и нежно произнес Фей, ловя меня в объятия. - Приснилось что-то страшное? Кто тебя напугал? Покажи пальчиком, кто тебя обидел? И тогда я их сам обижу.
Я обнимала его и молча дрожала от страха, уткнувшись в его грудь. Мы сидели на кровати, я чувствовала себя маленькой беспомощной мышкой.
- Может, я схожу и посмотрю? - предложил крестный, прижимаясь подбородком к моей макушке. - Ты пока полежишь, успокоишься.
- Не-е-ет! - заорала я, вцепившись в него намертво. - Сидеть! Тьфу ты! Лежать здесь! Лежать и не шевелиться! Как фараон в усыпальнице! Как Ленин в Мавзолее! Как труп в морге! Всю ночь!
- Проспорила ты, мышка, желание, - коварно усмехнулся Фей, убирая волосы с моего лица. - Учти, как только ты перестанешь меня обнимать, я тут же пойду смотреть, что там такое... Мне же интересно, что так напугало мою маленькую отважную мышку, и кто нарывается на маленькое спасибо и большие неприятности?
Я не ответила. На счет желания я еще поторгуюсь. Торг до хрипоты, тахикардии, асфиксии с последующей госпитализацией.
- Бедненькая... Все, успокаивайся... У тебя сердце так колотится, словно ты только что убегала от чудовищ... Все, все, все.... - утешал меня крестный, пока я вдыхала запах его волос.
Я раньше как-то и не принюхивалась к нему. А тут принюхалась. Вообще-то я очень принципиальна к мужским запахам. Речь идет не совсем про запах позавчерашних носков, изрядно сопревших в дерматиновых говнодавах. И даже не про потные подмышки. Речь идет о личном запахе. Ненавижу резкий и горький мужской запах, вызывающий почему-то ассоциации с болезнями пищеварительного тракта и носоглотки, не люблю запах застарелой полуразложившейся помады из дешевой косметической линии, не люблю запах кислой капусты. Но больше всего не люблю, когда все это пытаются перекрыть запахом модного антиперсперанта. «Юлечка, ты плачешь? Что-то случилось?» - вопрошала меня очередная попытка, уткнув меня в свою подмышку. Нет, я не плачу? Просто в нос что-то попало...
Странно, но фей пахнет чем-то, что вызывает ассоциацию с чаем с лимоном. И двумя ложками сахара. Нет, даже тремя... Или нет... Это скорее запах только что опавших листьев. Идешь по парку, на дороге лежат только что опавшие мокрые и желтые листья, а ты ощущаешь какой-то странный запах. Немного терпкий, но в тоже время приятный.
Я медленно успокаивалась. Он гладил меня, убаюкивал, заворачивая в одеяло. Я чувствовала себя как-то странно... Словно это - не я, и все происходит не со мной. Как будто это продолжение какого-то сна. Я даже погладила его по спине. Совсем чуть-чуть. А потом сама испугалась того, что сделала и решила впредь его больше не гладить. Никогда.
- Они мне в кошмарах будут сниться... - прошептала я, чувствуя, как его рука гладит мою спину. Я вспомнила огромных лохматых тварей и снова сжалась в комочек.
- Не будут ... - прошептал произнес фей, укладывая меня рядом и прижимая к себе. - Спи, мышка, спи...
И я уснула, схватив для верности прядь его волос и сжав ее.
- Если встанешь, то только со скальпом... - сонно пробормотала я.
- Встать без скальпа - это еще ничего, а вот проснуться с чужим скальпом в руках - гораздо интересней, - заметил Фей. Пока он меня гладил, я чувствовала себя в безопасности. Перед сном я думала, зачем я повелась на этот глупый спор? Что меня дернуло согласиться? А ведь что-то ж дернуло... И где-то в глубине души я понимала, что проиграю.
Проснулась я от того, что кто-то что-то произнес, причем довольно громко. Я сначала не сообразила, откуда доносится голос, а потом прислушалась и поняла. Голос доносился из соседней комнаты.
- Не ори! - прошипел крестный. - Мышка спит. Разбудишь, останешься без единственного глаза. И так напугали мою мышку, а теперь еще и разбудить пытаетесь. Так, что у нас козырь?
Я открыла глаза и снова прислушалась.
- Пика, - шепотом произнес незнакомый голос. - Бертольд, у тебя есть пика?
- Не знаю... - шепотом ответил еще один голос. - Посмотри сам, Бертран.
- Слушай, как там тебя, - снова прошипел крестный. - Скажи своему другу, чтобы он громкость убавил. Че? С козырной? А помельче карт нет?
- Да он - слепой! Давай я за него перехожу! - произнес шипящий голос, - А ну, Бертольд, покажи мне карты... Тэ-э-экс... Восьмерка крести!
- Валет, - тихо усмехнулся фей. - Ну что сидим, чего стесняемся? Скидываемся! Так, посмотрели свои закрома, достали оттуда все, что залежалось вывалили и на стол. Куда девятку? Ты где здесь девятку видел? Забирай обратно в потную ладошку.
Я поднялась на руке, протерла глаза и увидела, что в комнате была еще одна дверь. И за ней было светло. Я осторожно подкралась к ней и увидела, что в соседней комнате горят свечи, стоит стол, накрытый зеленой скатертью, и стоят три кресла. В двух креслах сидели два черных мохнатых чудовища, с которыми я уже успела познакомиться, а в третьем, опираясь спиной на одну ручку, и закинув ноги на другую ручку, полулежал Фей, обмахиваясь веером из карт.
- Дама, - тихо ответил он, выкладывая карту на стол поверх другой карты. - Получите и распишитесь. В своей несостоятельности. Отбился? Запасы иссякли? Подкидывать нечем?
- Это что за...? - возмутилась я, созерцая на всю эту идиллическую картинку и пытаясь подобрать цензурный аналог подходящего нецензурного слова.
