— Да. Я должен закончить учебу. И мне придется продать магазин.
— Что ты будешь делать, когда продашь его?
Финн терзался, слыша, каким напряженным и чужим стал ее голос. Ему потребовалось собрать всю силу воли, чтобы не подойти к ней.
— Я могу найти какую-нибудь работу с неполным рабочим днем. Это не проблема. Я буду вынужден продать еще и мою квартиру. Если смогу продать ее, то у меня будут деньги, чтобы заплатить за учебу.
Люси отрешенно смотрела на его широкую спину. Она чувствовала, как разбивается вдребезги весь мир и разрушаются все ее надежды. Финн знает, что хочет в этой жизни и к чему стремится, а она, к сожалению, не является частью всего этого. Люси всегда знала, насколько важным для него было получить юридическое образование. И она всегда рисковала натолкнуться на то, что произошло сейчас, но, в действительности, ей не хотелось этому верить и думать, что когда-нибудь это произойдет. Поэтому сейчас ей было особенно больно.
Люси глубоко вздохнула и снова подняла глаза на Финна. Желание броситься в его объятия вновь охватило ее, но она прекрасно понимала, что ничего уже не исправить.
— Думаю, что я оказалась не той, которая тебе нужна, и подвернулась в неподходящее время, — сказала она. — Ты очень занятой человек.
Она встала, пошла к выходу, затем с удивлением остановилась, увидев, как в двери повернулся ключ и вошел Майк.
— Привет, Люси.
Она кивнула ему, не в состоянии что-либо ответить, и, почти ничего не видя сквозь слезы, прошла мимо него, направляясь к себе домой.
Финн неподвижно стоял в гостиной. Он так долго провожал Люси взглядом, что обернулся только тогда, когда Майк посмотрел на него……
— Привет, — сказал Майк. — Что случилось? Вы поссорились?
— Нет, мы расстались.
— Ты серьезно? Должно быть, это твоя идея, потому что Люси была готова залиться слезами.
Финн, сжимая кулаки, боролся с сильнейшим желанием побежать за Люси, вернуть ее и попросить выйти за него замуж, даже не будучи в состоянии обеспечить ей какое-либо материальное благополучие.
— Черт возьми! — пробормотал Финн, забыв даже, что перед ним стоит Майк, и не осознавая, что говорит вслух.
— Ты тоже несчастлив? — Майк приподнял одну бровь и внимательно посмотрел на Финна.
— Не совсем.
— Она несчастлива, ты несчастлив, просто какое-то сумасбродство.
Финн, не выдержав, взорвался и, повернувшись к Майку, замахнулся на него кулаком.
— Ты сам мне все это говорил в тот вечер! Что я могу предложить Люси? Ничего! Я разорен, разбит. Я вынужден продать свой магазин и свою квартиру. А мне еще предстоит четыре года учиться в университете, может быть, даже больше, если придется еще где-то работать по несколько часов в день. И получается, что я ей ничего не могу предложить! Ни встреч, ни свиданий, ни брака, ни обеспеченности…
— Извини, Финн, — уже серьезным голосом остановил его Майк и затем, направляясь в прихожую, смущенно пояснил: — Я приехал, чтобы забрать свои последние вещи. Финн, а ты бы не хотел взять взаймы? Вилл и я могли бы постараться, поднатужиться и…
— Спасибо, — сказал Финн, рассеянно улыбаясь. — Нет. Я сам справлюсь.
— Может быть, не стоило расставаться с Люси? Вы могли бы просто встречаться и быть вместе, несмотря на все обстоятельства.
— Но я ничего не могу ей дать! Люси скоро это надоест, и она сама оставит меня!
— Да, — сказал Майк, явно огорченный.
Вскоре он ушел, а Финн пошел в свою комнату, чтобы переодеться, прежде чем идти на занятия в университет. Он ни о чем не мог думать, ничего не мог слушать. Ему казалось, что нет на свете человека несчастнее, чем он.
Спустя несколько часов, возвращаясь из университета домой, Финн замедлил шаги на лестничной площадке. Он заметил свет в квартире Люси. Не в силах оторвать взгляд от этой двери, Финн почувствовал непреодолимое желание подойти поближе. Ему вдруг так захотелось обнять Люси, быть рядом с ней, ласкать ее, что все внутри сжалось от боли. Финн простоял так довольно долго, и в его памяти проносились воспоминания — то он видел Люси страстной и любящей в постели, то сидящей на карусельной лошадке в ее комнате… Интересно, что она сейчас делает, не сильно ли страдает из-за их разговора?
Финн отгонял от себя все мысли о том, что причиняет Люси боль и страдание. Но сколько бы раз он не размышлял над своей жизнью, неизменно приходил к одному выводу — другого выхода не было и нельзя было поступить иначе.
Ссутулившись от всех этих горьких размышлений, Финн, наконец, повернулся, чтобы идти к себе домой.
Открыв дверь, он сразу услышал телефонный звонок и на какое-то мгновение в нем зародилась надежда: возможно, это Люси. Но затем рассудок вернулся к нему, и он, подняв трубку, холодным тоном ответил:
— Да.
— Финнеган, дорогой, как твои дела?
— Прекрасно, мама.
— У тебя такой усталый голос… Ты не болен?
— Нет, мама. Я в порядке, все хорошо.
— Я разговаривала с Майком и Виллом. Майк сказал мне, что мисс Холлироу уехала из города.
— Да, это так.
— Финнеган, мне все-таки кажется, что ты неважно себя чувствуешь. Я слышу это по голосу.
Финн попытался придать немного бодрости своему голосу.
— Я в полном порядке. Уже поздно, мама, и я устал.
— А как поживает Люси?
— У нее тоже все хорошо.
— Она сейчас у тебя?
— Нет. Она дома. Я должен сегодня еще подготовиться к занятиям.
— Тебе не стоит так много работать.
— Не буду.
На несколько секунд Кэтлин замолчала, затем сказала:
— Я просто хотела поговорить с тобой. Не надо так много заниматься, иначе ты будешь плохо себя чувствовать. А сейчас твой отец хочет поговорить с тобой.
— О'кей. Мне было очень приятно поговорить с тобой, мама.
Из трубки раздался громкий голос старшего Манди. Финн, притянув ногой стул, сел на него, и ему ничего не оставалось, как время от времени проявлять свое отношение к словам отца, который рассказывал о ферме; о своих последних проблемах и о новых коровах. Наконец отец спросил:
— А как там идут твои дела, сын?
— Я немного беспокоюсь о выпускных экзаменах.
— Ну, пусть это тебя так сильно не волнует. Ты же знаешь, что всегда можешь вернуться к нам домой, в Айову.
— Спасибо, папа. Я знаю это.
— Спокойной ночи, Финн.
Финн положил трубку и, обхватив руками голову, просидел так несколько минут. После разговора с родителями он никак не мог сосредоточиться, чтобы начать готовиться к предстоящей контрольной работе.
А в это время в квартире напротив Люси сидела за столом на кухне и плакала. Она любила Финна Манди. Обводя взглядом пустую кухню, Люси могла видеть только Финна. Он так и стоял у нее перед глазами — то сидящий за столом, то шагающий по комнате. Куда бы она ни смотрела, везде видела только его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
