дыма командир штурмового батальона, смотря, как развиваются флаги штурмовой пехоты над укрепительными позициями.
Я же только улыбнулся на слова своего друга и одного из первых командиров моего военного формирования, вспоминая допрос взятого живым османского офицера, что поведал мне много интересного.
С самого утра в среду во всех городах Российской империи царило небывалое оживление. Петербург не был исключением, и по этой причине сейчас на улицах столицы горожане массово скупали газеты одного набирающего популярность издательства.
— Молния! Молния с фронта! — кричал подросток, размахивая газетой на оживленном перекрёстке города. — Добровольческий отряд Оражена прорвал линию фронта. Пехота Оражена переправилась через Прут в Османскую Валахию! Свежие новости с фронта только у нас! — Орал во всё горло паренёк повторяя одно и то же.
Газеты разлетались как горячие пирожки и прочитывались в один миг, после чего в разговорах горожан слышались фамилии Оражена и Романина. Наверное, теперь мало кто не знал этих людей, что несли хорошие новости с фронта.
Дождь лил как из ведра, а ночное небо заволокло тучами. На улицах в это время уже было не встретить рядового прохожего, и только редкие экипажи разбавляли атмосферу пустынных улиц Петербурга.
На улице, что сплошь состояла из особняков принадлежащих сплошь семьям княжеских и графских кровей, из одного из таких домов появилась фигура в длинном пальто с высоким воротом. Мужчина появился, словно из тени откидываемой тускло горящим фанерным столбом, и быстрым шагом пошёл прочь от княжеского особняка, где его через пару сотен метров ждал экипаж, а за ним по пятам незаметно следовали люди, что могли скрывать своё присутствие.
За месяц непрерывной слежки за указанным объектом, людьми из щита было подготовлено целое досье на этого человека, и его сообщников, что были с ним связаны.
Теперь членам организации щит оставалось только продолжать неустанную слежку и ждать когда вернётся в Петербург их глава, чтобы выдать им новые указания к действию.
Глава 19
Война нового порядка, или близкий раскол
Все солдаты, что расположились на занятой вражеской территории, находились в полной боевой готовности.
Ещё три часа назад я уже знал, что из города Галац в нашу сторону выдвинулась вражеское военное формирование.
Как я и думал ранее, османское военное руководство не стало посылать войска из основной Османской империи. В городе Галец базировалась и, формировалась огромная прорывная группировка войск, что должна была разделить Бессарабию на две части, тем самым создав два фронта.
На одном направлении, что вёл к Измаилу и портам, должны были пойти в бой именно османские полки, что формировались в ударный кулак в городе Бабадаг. Этим воинским формированиям не было смысла тащиться к Дунаю и, покидать османскую империю, заходя на территорию подконтрольной им Валахии. В этом не было смысла. Куда проще сформировать войсковую группировку из солдат, что скапливались в городе Галец.
Так, османы и сделали, отложив на время прорывное наступление на линию фронта, где базировался полк Романина.
Но моя военная на первый взгляд авантюра, что выглядела как отсрочка неизбежного штурма позиций Романовского полка, и прорыва в Бессарабию, не была таковой. Даже срыв наступления осман на этом направлении, и попытка дробления ударной группировки османских войск под городом Галец, было только вершиной айсберга.
Мой военный план был куда более далеко идущий, и в конце, которого, война с османами и вовсе должна была кончиться, а Роман Алексеевич, как и я, должны были стать теми, кого не посмел бы тронуть сам император. Хотя я не мог не думать, что возможно мои действия могли привести к новому витку противостояния, к которому я также должен был быть готов.
Суть моего плана была обширна, но выполнима. Ослабить врага, после чего захватить город Галец, и тем самым, привлечь союзников в рядах имперской армии. После чего ударным кулаком своей армии пройтись по границам Молдавии и отрезать страну от Османской империи.
Молдовами, как я знал на протяжении десяти лет, несколько раз пытались освободиться от гнёта осман и выйти из их империи. Но все потуги заканчивались жестокими подавлениями восстаний.
Сейчас же, если всё получится, у молдавских аристократов был реальный шанс выйти из состава османской империи, и стать независимым государством в составном союзе с Российской империей. Ведь сами молдаване, вряд ли потом смогли бы удержать суверенитет не только со стороны осман, но и Австрийской империи, чья империя тоже была не прочь слегка расшириться, за счёт чужих территорий.
Если всё пойдёт по плану, то османская империя получит удар, от которого уже трудно будет оправиться. Вслед за вышедшим соседом, Валахия, также может захотеть выйти из османской империи, благо ситуация будет благоволить, и это может заставить османскую империю, сворачивать свой военный пыл, и запросить переговоров по заключению мира. Так как через Австрийскую империю их вряд ли пустят отвоёвывать утраченную Молдавию, это будет сродни поддержке Османской империи, Австрийским государством, и негласное вступление в войну с Российской империей. Да и ослабление на своих границах весьма пылкого соседа, всегда, кстати.
И вот пока мы находились на первичных позициях, Романин с моей подачи, запускал агентурную сеть, в пока ещё османской Молдавии, что должно было перетянуть на нашу сторону тех, кто давно мечтал выйти из-под гнёта осман.
Стоя на возвышенности, я видел, как наводится артиллерия, готовясь дать первый залп по приближающемуся врагу, которого ещё даже не было видно.
— Гриш, — подбежал ко мне Антон. — Всё готово.
Я посмотрел на командира артиллерии одни глазом, а вторым, что был закрыт повязкой, смотрел с высоты птичьего полёта, на движущиеся на нас войсковые подразделения пехоты и конницы.
— Начинай. — Утвердительно произнёс я, смотря, как шло на нас вражеское войско.
— Так точно. — Хищно улыбнулся Антон и рванул на свою позицию.
Я же, вновь повернувшись, посмотрел с холма на линию обороны, что словно ковром была уложена закреплённой колючей проволокой, где только моим солдатам были известны проходные тропы.
В небо за моей спиной взмыл красный огненный пульсар, рассыпаясь искрами, а я услышал крик Антона:
— Залп!
Секунда, и по всей линии оборонительного рубежа раздались грохочущие, словно гром — выстрелы артиллерийских пушек.
— Залп! — Орал во всё горло Антон, а вдалеке слышались, точно такие же крики, под очередной рассыпающийся огненный сигнал в небе.
С высоты птичьего полёта, закрытым повязкой глазом, я видел, как летели снаряды, оставляя чуть видимый след, а через несколько мгновений перед моим взором предстала картина первых прилётов снарядов.
Под грохот пушек я смотрел, как выпушенные снаряды, преодолев разделяющие нас расстояние с османской армией, накрывали ту местность.
Снаряды, падая вниз, разрывали в клочья землю, там, где двигалась османская армия, что шла
