Читаем без скачивания Искатели Миров - Сергей Лисицын

Кромка люка больно бьет Татьяну в грудь, это сладкая боль, дающая надежду на жизнь и борьбу.

Рывком затянув себя в посадочный отсек, девушка вскидывает винтовку, контролируя подход к яхте. Ян тяжело падает рядом. Хорит и Марсия помогают ему подняться.

— Внутрь, быстро, быстро, — хрипит Зарев, и все трое исчезают из поля зрения.

Люк ползет вверх, отрезая их от горящего поселка, гибнущих внизу людей... последних осколков старого мира.

Жан и Андрей внимательно следили, как исчезает в предутренней мгле яхта.

— Время, — Жан обернулся к пульту управления системой огня. В полутьме тесного бункера, упрятанного в сплетении корней, перемигивались огоньки индикаторов, сигнализируя, что древний военный спутник, давным-давно подвешенный над планетой, готов дать свой последний бой.

Мелодично прозвенел сигнал готовности — в прицеле виднелся изящный вычурный силуэт корабля, напоминавшего раковину древнего моллюска.

Жан нажал некогда красную, а сейчас выцветшую до розового цвета клавишу.

Аристократ с Праймари с нарастающим возмущением следил за тем, как приближаются к его кораблю ракеты.

Спутник был рассчитан только на один удар. Но осуществил его с хирургической точностью, в упор вонзив ракеты в двигательный отсек и рубку управления.

Аристократ смотрел на приближение своей смерти почти секунду.

Инфосфера рвалась в реальность материи и движения, смерти и возрождения. Это потребовало от нее гораздо больших ресурсов, чем поначалу предполагали мыслящий океан и разбросанные по Империи информационные скопления. То, что казалось простым переходом, оказалось процессом, обрушившим на инфосферу гигантское количество новой информации, требующей моментальной реакции, анализа, расстановки приоритетов, определения значимости последствия множества не связанных на первый взгляд факторов. Все это инфосфера делала и ранее, но тогда большая часть задач решалась теоретически и передавалась низшим биологическим организмам, которые и следовали указаниям инфосферы, непосредственно взаимодействуя с физическим миром.

Теперь же инфосфера становилась его частью, взаимодействуя непосредственно, испытывая затруднения от непредвиденных потерь и нелогичного распределения ресурсов, необходимых ей для осуществления своих планов.

К тому же низшие снова проявили свою неспособность к логическому мышлению и отсутствие инстинкта самосохранения.

— Это самоубийство, — задумчиво констатировал император, глядя на панорамный экран. По экрану медленно проплывали туши древних транспортных судов и давно снятых с вооружения боевых кораблей. Давно переоборудованных в музеи, учебные лагеря для курсантов и мишени для учебных стрельб.

Правда, с частично неснятым вооружением. Сейчас на них шла лихорадочная работа — все, что могло стрелять, приводилось в порядок, возвращались на свои места снятые и законсервированные на борту орудия, расчищались палубы для взлета и посадки москитных эскадрилий.

К ним подходили другие — списанные и якобы уничтоженные, отправленные на переработку и «утраченные в силу неизвестных причин», спавшие мертвым сном на вечных стоянках корабельных кладбищ. Сегодня они вернулись к жизни, восстановленные умелыми руками в немногочисленных мастерских друидов или на ненавязчиво контролируемых доверенными людьми императора мастерских контрабандистов.

Вернулись, полностью переоборудованные, до предела заряженные смертью.

Они собрались, чтобы дать свой последний безнадежный бой. Закрыть собой огромные шары и цилиндры транспортников и «люстры» кораблей обеспечения, на палубах которых уже десятилетия назад команды фермеров развернули замкнутые экосистемы, предназначенные для обеспечения беглецов пропитанием.

Император набрал команду на личном терминале, всмотрелся в появившиеся на экране схемы.

— Ты понимаешь, что даже сейчас они несопоставимо слабее кораблей имперского флота? — спросил он стоявшего рядом друида.

— Конечно, понимаю, — пожал тот плечами. — Ну и что? Наша задача — связать как можно больше сил противника и держать их как можно дольше. Пока переселенческий флот не совершит достаточное количество скачков. Ты же сам посвящал меня в план своего прадеда.

— Да... Прадед был человеком практичным. Собственно, он просто приспособил к своей эпохе задумку нашего предка — первого императора. О поиске миров за пределами изученной сферы и хранении этих данных в укромном уголке думал еще он. Прадед сумел это реализовать в обход имперской бюрократии.

Один из кораблей привлек внимание императора.

— Это же «Левиафан», так? — ткнул он пальцем в грузную продолговатую тушу, напоминавшую очертаниями древний дирижабль. И сам себе ответил: — Он и есть.

Повернувшись, он хлопнул по плечу друида:

— Если парни с Места Покоя не дадут сигнал — отправляй «Левиафан» отдельно. Придай ему корабль обеспечения и пару эскадрилий прикрытия. Переведи на борт две роты десанта. Прошерсти списки выживших и спасенных в Столице. Женщин гражданских специальностей, фермеров, квалифицированных рабочих, детей — всех на «Левиафан». Лучших своих навигаторов переводи туда. В общем, прикрой со всех сторон. Если что — он будет семенем, брошенным в неизвестность. Конечный пункт будет знать только капитан. Предприятие совершенно безнадежное, но... лучше, чем ничего.

Если же парни с Места Покоя дадут свой мифический сигнал — «Левиафан» идет в составе флота.

— Боишься, что нас зажмут так, что не выберемся? — прямо спросил друид.

— Боюсь. Чуть не каждую ночь думал — что буду делать, если случится... Случилось. И теперь — боюсь.

Император развернул к собеседнику стол с интерактивной столешницей. Вывел на нее карту Империи. Последовательными движениями приблизил один из участков.

— Смотри, что удалось снять беспилотникам, пока их не уничтожили.

Снимки были довольно нечеткими, устаревшие графические системы с трудом справлялись с их обработкой, но понять, что на них изображено, было можно.

Друид нахмурился:

— Это же верфи Брайнора.

— Они самые, — потирая висок, ответил император.

На мониторе виднелось сооружение, напоминающее куб, собранный из деталей детского конструктора. Поначалу друид не понял, что это, поскольку не с чем было сравнить, определить масштаб. Но, приглядевшись, почувствовал, как мороз пробирает по коже. Он узнал характерные платформы для сборки корпусов пассажирских межсистемников и люстровых грузовозов, и у него закружилась голова. Платформы выглядели крохотными, кукольными, они терялись среди сплетения гигантских тросов, тянувшихся от одного планетоида системы к другому. На тросах крепились темные прямоугольники, вокруг которых роились темные точки — видимо, летательные аппараты.

А на самих платформах горбатились темные, скрывающиеся в тенях громады.

— Это вот, — друид коснулся пальцем экрана, — ее новые корабли?

Император молча кивнул.

— И она знает о том, кто послал беспилотники? — спросил друид и тут же сам ответил: — Конечно, знает.

— Это еще не все приятные новости, — император провел пальцем по краю столешницы, меняя изображение. Друид окинул взглядом появившуюся картину, коснувшись пальцами точки управления, развернул карту в трехмерную голосферу, покрутил.

— Вот здесь и здесь, что это за красные точки?

— Да ты сам уже понял, — тяжело опираясь на спинку кресла, ответил император. — Базы перехватчиков. Оранжевые — это новые базы, которые строились последние сорок лет. Пульсирующие — базы, сведения о которых были засекречены даже от генералитета. Кем засекречены — хороший вопрос, правда? Сейчас там идет лихорадочное переоборудование перехватчиков, вылеты совершаются непрерывно. Надо ли говорить, что перекрыто большинство маршрутов к магистральным гиперпространственным тоннелям?

Казалось, друид не слышит его.

Затем, словно выходя из транса, он встряхнулся и, ероша волосы, ответил:

— Не надо, конечно, не надо. Мы можем отдать приказ кораблям уходить в гиперпространство по одному, указав точку выхода. Но потери...

Император кивнул:

— Совершенно неприемлемые, особенно для транспортных судов с гражданскими. На нас будут попросту охотиться, выщипывать отставших, трепать арьергарды. В конце концов нас попросту перебьют.

— Уходить поодиночке? Каждый сам за себя?

— Сколько раз мы вели с тобой этот разговор, сидя на веранде со стаканами белого вина? — улыбка императора была исполнена тихой грусти обреченного человека, смирившегося с неизбежным. — И сколько раз ты мне рассказывал, что твои исчислители и проскописты в один голос говорили, что это самоубийственный вариант? Что он ведет к полной деградации и уничтожению Трех Рас, а немногие выжившие будут отброшены в развитии на уровень Темных Веков?