Зарайя отстегнул от пояса флягу, пустил ее по кругу. Мы помянули своих товарищей. Йок, глотнув старки, утер губы тыльной стороной ладони, и вдруг тихо пропел:
- Не старость в могилу тебя сведет…
- Не смертный недуг сразит… - чистым голосом подхватил Лютый.
Их поддержали хриплые низкие голоса Добба и Зарайи. Воины пели вчетвером, глядя куда-то вдаль, прощаясь со своими друзьями, отдавая им последние почести, и словно говоря смерти: "Мы готовы быть следующими". Я не знал слов этой песни, просто стоял и слушал, и передо мной были лица тех, кто остался на этой бесконечно длинной дороге через Зеленое сердце. Флиннел, веселый белокурый гигант. Он любил хорошую солоноватую шутку и разухабистое веселье. Я надеялся, что в Счастливых долинах для него найдется подходящая компания. Сайм, лицо которого было почти всегда нахмурено, он тревожился о своей больной матери. Больше ей не обнять сына. Давин с его крестьянской рассудительностью и забавной хозяйственностью. Он мечтал, вернувшись в родную деревню, стать мельником. Как его отец, как дед. Все Хролы были мельниками. Давин уже не станет… Бил, жилистый, выносливый, хитрый и умный. Любитель прекрасного пола. Сколько же девушек будут плакать по тебе… В горле стоял неподатливый ком, не желавший растворяться даже в старке. А поминальная песня летела над неприветливыми джунглями, наперекор всему говорила: ястребы не сдаются.
Не старость в могилу тебя сведет,
Не смертный недуг сразит.
Солдата Слепая невеста ждет
Лишь там, где сраженье кипит.
Ты сам избрал судьбу свою,
Сладка она, или горька -
Тебе сияет она в бою
На острие клинка.
Не будет пышных тебе похорон,
Не скажут долгих речей.
Летит над тобой поминальный звон
Скрещенных в драке мечей.
А после - пламя тебя заберет,
Оставив лишь пепел и дым.
Кто не был с нами, тот не поймет,
Легко ль умирать молодым.
Пожить бы еще, да вышел срок,
И ты подошел к черте.
Два слова - жизни твоей итог,
Два слова на серой плите[3].
Коль живы останемся, мы отомстим.
Прощай, и до встречи, друг.
Настал для тебя конец пути,
Где ждет тебя мрак, или Луг.
Пройдет секунда, час или год,
Иль тысячи лет пролетят.
Когда война тебя позовет -
Ты снова вернешься, солдат.
И ястреб гордый взмахнет крылом,
Глядя на мир с высоты.
Кто знает, быть может, сегодня в нем
Опять возродишься ты…
Замерли последние звуки песни, и я вдруг подумал: хотя бы один из нас должен вернуться из Зеленого сердца, чтобы начертать на сером граните имена погибших. И все, что могу я сделать в память ребят - постараться, чтобы смерть их не была напрасной. Выполнить миссию, ради успеха которой уже столько воинов сложили головы.
- Так пойдем, лейтенант, и посмотрим, наконец, что ж это там за твари такие сидят, за этими клятыми белокаменными стенами, - сказал Добб, словно отвечая на мои мысли.
Мы зашагали к крепости. По дороге я думал о демоне, который во время пения вскочил на мое плечо. Казалось, он искренне скорбел о Флиннеле и Сайме. Еще меня удивило, что он пытался отомстить за капралов. Раньше гибель воинов не вызывала в нем подобных чувств.
- Хоть я прежде всего и демон, - заявил Артфаал, уловивший мою мысль, - но когда-то был дворянином. И умею ценить по-настоящему красивую смерть. Они были людьми чести, ваши капралы. К тому же, как фехтовали! Ах, как они фехтовали… Пожалуй, тут с вами снова человеком станешь…
Я молчаливо одобрил слова лорда Феррли. А вот поведение Дрианна, напротив, настораживало. По его мрачному лицу ничего нельзя было прочесть. Но мне показалось, что, слушая поминальную песню, маг испытывал какой-то странный душевный подъем. Он будто наслаждался витающим в воздухе горем.
- Я не знаю, что со мной, Рик, - донеслась до меня его мыслеречь. - Когда мы поминали капралов, я ощутил прилив сил. Я сожалел о их смерти, правда. Но одновременно мне стало хорошо, как будто… как будто я насытился.
- Юноша питается негативной энергией, - резюмировал Артфаал. - Представляю, насколько он станет сильнее при чьей-нибудь смерти.
Я был поражен признанием Дрианна. Что ж теперь, получается, он будет радоваться гибели собственных товарищей? А быть может, недополучив энергии, попытается сам расправиться с нами? Мысль мага была как укоряющий вздох:
- Зачем вы так, Рик? Ведь я ни в чем не виноват…
- Присматривайте за ним, барон, - невозмутимо порекомендовал лорд Феррли. - Мальчик и вправду невиновен. Однако… - демон замолчал, вперившись горящим взглядом в громаду, возносившуюся над нашими головами. - Впечатляет, - признал он.
Крепостные стены, вздымающиеся к небу, действительно поражали своей высотой и неправдоподобной, идеальной белизной. Гладкий, отполированный прикосновением веков, сияющий чистотой камень, напоминающий мрамор, только без прожилок и пятнышек. Высота стен была не меньше, чем полфихта.
- А где тут вход-то? - спросил мастер Триммлер, вдоволь налюбовавшись на глухую поверхность.
Мы двинулись вдоль стены, и спустя пару часов обнаружили ворота. Гоблин называл их вратами, и был прав. Отлитые из какого-то белого металла, украшенные чеканными изображениями диковинных зверей и птиц, ворота ослепительно горели под солнечными лучами. Каждая створка была около десяти локтей в ширину. Пространство перед воротами представляло собой большое поле, примерно фихт в радиусе, свободное от деревьев. Это меня сразу насторожило: зачем изначальным было устраивать здесь площадь, не уступающую по размерам Площади Семи королей в Виндоре? Для повозок? Но куда они едут? Ни дороги, ни даже тропинки нигде не было видно. Ответ напрашивался сам собой. На этой пустоши мы как на ладони. Удобно для наблюдателя. И для стрелка… Я накрыл отряд Большим Темным зонтом. Потом уже задрал голову и попытался обнаружить в гладкой стене окошки или бойницы. Ничего не нашел.
- Где ж они столько белого золота взяли-то? - ошеломленно выпучив глаза, пробормотал гном.
- Того, этого, бредишь ты, борода! Не может такого быть! - возразил Добб.
В ответ сын гор презрительно хмыкнул в бороду:
- Ты с кем споришь, дубовая башка? Перед тобой мастер! Уж мне ли не знать, как золото выглядит?
- Может, ты и мастер, да мастерство твое слабое! - не сдался капрал. - Не бывает ворот из золота! Оно ж мягкое, как твоя голова! Золотые ворота - насмешил! Да их разок тараном ткни - и все на этом!
Меня же не оставляла тревожная мысль: если створки сделаны из такого мягкого металла, значит, не они - главная защита селения. Если есть врата, должен быть и страж… Когти Артфаала впились в плечо, демон по-кошачьи зашипел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
