изнутри, Симмонс ответил отказом. Та немного расстроилась, хотя понимала, что это и так было маловероятным исходом. Девушку радовал и сам факт нахождения в таком месте, о котором могла только мечтать. Тут Джон заметил, что Лора очень внимательно ходит по территории участка, рассматривая каждый уголок. Она надолго задержалась у яблонь, которые выглядели печально, но её они очень интересовали. Лужайка с декоративными камнями, выложенными особым образом. Собачья будка. Сам дом. Она прикасалась к деревянным доскам, которые уже выцвели. Детектив даже стал замечать, что выражение лица робота удивительным образом менялось. Это было странно и подчас могло напугать. Джон словно боялся увидеть реакцию, которая бы окончательно выбила его из колеи. В какой-то момент Лора обернулась, и их взгляды пересеклись. Дрожь пошла по телу Симмонса. Всего секунда. Одна секунда. На обычно безэмоциональном лице робота появилась эмоция. Та, которая повергла детектива в шок. Её сложно описать словами. Некое смешение улыбки, доброты, тёплого воспоминания и нежности. На лице робота. Словно вихрь пронёсся сквозь мысли детектива. Всё вокруг будто бы преобразилось. Всего на секунду. И там, вместо Лоры, стоял совершенно другой человек. С тем самым выражением лица. Какая же боль проникла в его сердце в тот момент. Несравнимая ни с чем. Кто знает, что произошло дальше, если бы Джилл не закричала из-за угла.
— Там какой-то мужчина нас ждёт на другом конце участка!
Джон словно очнулся ото сна и потряс головой. Лора всё также смотрела на него, но уже снова безэмоционально. Хотя, видимо, она странно себя чувствовала. Будто в её механических процессах что-то случилось непредвиденное, пусть и на короткий миг. Но голос Джилл всех вернул в реальность окончательно. Троица пошла на задний двор, где у забора их ждал сосед Джона. Тобио Парнс улыбался детективу, хотя и явно выглядел чуть подавленным. Он точно понимал, что это не простая дружеская встреча. Симмонс махнул рукой, и сосед прошёл на участок, открыв калитку. Мужчины пожали друг другу руки. Явно чувствовалось, что они, как минимум раньше, были очень хорошими приятелями. Просто время так расставило приоритеты, что соседи стали редко общаться. Джилл сразу заметила, что задний двор выглядел явно лучше, чем вся остальная часть вокруг дома. Это создавало некую атмосферу уюта.
— Судя по всему, ты позвал меня не на барбекю, — с иронией и улыбкой произнёс Тобио.
— Это уж точно. Время сейчас не для веселья.
— Кошмар, что творится. Мы, как и многие сидим дома. Я так понимаю, сегодня большое количество людей не пошло на работу. Всё настолько опасно?
— Пока не знаю. Надеюсь, получится быстро найти преступников. Вот поэтому мне нужна твоя помощь.
Мужчина очень сильно удивился словам Джона. Он вообще не мог ожидать, что детектив обратится к нему с подобной просьбой. Симмонс предложил сесть на стулья, которые как раз были рядом. Джилл тоже разместилась неподалёку, чтобы не отвлекать, но и слышать всё. Лора просто стояла в стороне. Она анализировала ситуацию, пытаясь понять, что хочет детектив Симмонс. При этом ещё и следила за территорией вокруг. Ей не нравилось, что они сейчас находятся на слишком открытой местности.
— Чем тебе может помочь обычный врач? Никаких тайн я не знаю, крутых знакомых не имею, — снова иронично заявил Тобио.
— Мне интересен один человек. Ты явно его знаешь. Роберт Чигрински.
Это имя стало полной неожиданностью для мужчины. Уж про кого угодно он мог бы услышать, но об этом человеке подумал бы в последнюю очередь.
— Не ожидал, что речь пойдёт о Роберте. Столько времени прошло, я уже и подзабыл. Почему именно он?
— Он может быть ключом ко всем нынешним событиям, — спокойно ответил Джон.
— Хочешь сказать, что он жив? — Парнс был этим шокирован.
— Определённо. И мне нужно его найти. Мне нужна вся информация о нём, которая не фигурирует в официальных источниках.
На некоторое время оба замолчали. Сосед Джона задумался.
— Да, мы общались. Даже дружили. Семьями. Хотя, это было и чуть сложновато.
— В каком смысле?
— Получилось спонтанно, так как работали в одной больнице по одной специальности. Роберт на публике выглядел активным человеком, но, на самом деле всегда был нелюдимым и малоэмоциональным. Но, если найти подход, узнаешь его совсем с другой, приятной, стороны. Мы стали друзьями. Моя жена тоже хорошо с ним общалась. Помню...он как-то, наконец, пригласил нас всех в гости. Мы решили и мою дочь взять, познакомить с его ребёнком. Хотя...он сразу описал ситуацию, что возможно общение будет тяжёлым.
— Его дочь была нелюдимой? Так?
— Я бы не сказал, что прямо совсем замкнутой. К ней просто нужно найти подход. Нора — необщительный ребёнок. У неё не было друзей. Даже моя дочь, хоть периодически пыталась с ней дружить, получалось это со скрипом. А она ей нравилась из-за своего такого поведения. Девочка будто жила в своём мирке, куда мало кого пускала. Даже отца не всегда.
Джон понял, что теперь его пазл точно стал складываться. Нужно было найти лишь одну последнюю деталь.
— Можешь поподробнее рассказать о дочери Роберта? Всё, что знаешь. Это очень важно.
— Для него дочь была всем. Ты даже не представляешь, насколько. Готов был купить что угодно, хотя она особо ничего такого не просила. Пытался сделать жизнь Норы самой великолепной. Естественно отправил её в лучшую школу. Из-за своего характера, девочке учиться было тяжело. А уж тем более, общаться.
— Роберт тебе что-нибудь рассказывал про издевательства над ней в школе?
— Особо нет. Она ведь и сама ничего не говорила отцу. Всё неприятное Нора старалась скрывать. Хотя Роберт чувствовал, что не всё так просто. Лишь когда на её теле появились синяки, заподозрил неладное. Но, как мы знаем, историю замяли. Я не верю в официальную версию её смерти. Уверен, это кто-то из школы. Из старших классов. Хотя...может и просто родственник одного из учеников. Большая часть детей там — мерзкие и властные. Те, кто считают, что могут делать любые вещи, и им ничего за это не будет.
Джон понимающе кивал. Он любил своего соседа за то, что он также не стеснялся называть вещи своими именами. За это уважал.
— Если честно про смерть Норы я мало что могу сказать дельного, если ты это хотел узнать.
— Нет. Это пока для меня не такой важный вопрос. Лучше скажи, кто из видных чиновников или их родственников умер на операционном столе
