Читаем без скачивания Скорпион в янтаре. Том 1. Инвариант - Василий Звягинцев

— Безусловно, Викторова нужно оставить. Человек с младых ногтей только этим и занимается. На сторону советской власти добровольно перешел, в приличном чине царского флота. Мог бы и к белым, однако с нами остался. Хорошо проявил себя в Гражданскую, морскими силами на всех морях покомандовал, считаю, что успешно. Конкретно в роли наркома чем-нибудь себя запятнал?

Сталин долго и внимательно смотрел на Шестакова, отведет глаза или нет. Тот не отвел.

Да какого черта? Раз начали, так будем идти до конца. Только и сталинскому гонору потрафить можно, аккуратненько так.

— А если я ему не верю? — угрожающе сказал Сталин.

— Ваша воля. Только наморси[44], хоть троцкист он будь, хоть монархист, по своей должности навредить не в силах. Политически. Комиссаров у нас от трюмного отсека до штаба флота — немерено. И добровольных помощников тоже. Он что — решающее сражение вроде Ютландского или Трафальгарского имеет возможность проиграть в пользу неприятеля? Линкор «Марат» продать финнам или шведам? Хозяйственник он на сегодняшний день, и, пока с этой работой справляется, лично мне абсолютно безразличны его политические пристрастия, если бы таковые и были. Вот не справится с отправкой эскадры за две недели — гоните поганой метлой и его, и Юмашева[45]. А пока…

— Я понял вашу позицию, товарищ Шестаков, — сказал Сталин, вновь вернувшись к обращению по фамилии. — Давайте отвлечемся от политики. Посмотрим, что получится, оставаясь на позициях чистого прагматизма. Только не воображайте, что неучастие в политике уберегает от ее последствий.

Шульгин вышел из Боровицких ворот со сложным чувством. Вроде бы и добился всего, чего хотел, а осадочек остался. Не туда пошел разговор в конце. Где-то он зацепил Сталина за больную точку. Обо всем договорились, а подкорка вождя желала получить ритуальную жертву, как компенсацию за все остальные уступки чужой воле. Сдал бы он Викторова, который в реальности был арестован и расстрелян совершенно ни за что (в здешней системе координат), вождь бы обрадовался, а тут вдруг… Слишком часто за последние дни ему приходилось поступать вопреки самым глубинным слоям своей личности. Снять раньше времени Ежова, притормозить террор, который был распланирован по пунктам на год вперед, вместо раболепного, заведомо на все согласного Ворошилова получить волевого, грубого, почти неуправляемого Апанасенко. Да и к резкому обострению на европейской шахматной доске он внутренне не готов. Привык действовать исподтишка, больше используя противоречия и трения между партнерами, нежели лобовые атаки и встречный бой.

Нельзя было ради собственных амбиций ставить под вопрос «Большой проект». Что, если вождю все-таки «сорвет башню» и он вернется к прежней политике по всем азимутам? Не для пользы дела, а чтоб «по ндраву». С другой стороны — ни сам Шульгин, ни Шестаков по характеру не должны были подыгрывать прихотям «сюзерена», оставаясь самими собой. Офицерская честь и так далее. И чистый прагматизм тоже имеет место: посадят Викторова, месяца два-три структуры флота будут недееспособны в центре и на местах. А нас сейчас может спасти только быстрота, натиск, почти безрассудная отвага.

Что ж, посмотрим, какой вывод сделает Иосиф Виссарионович. Прагматический или эмоциональный.

Шульгин нащупал в кармане шинели рубчатые щечки пистолета, теперь уже своей, привычной «беретты», прихваченной в Форте. Проверил пальцем, в каком положении находится флажок предохранителя. Мало ли, вдруг вновь появятся любители «окончательных» решений? Другое дело, что в этом случае пистолет вряд ли поможет, после неудачной попытки в тесный контакт никто с ним входить не станет. Разве что из снайперской «СВТ» достать попробуют или грузовик из подворотни выскочит… Тут уж вся надежда на интуицию.

Несмотря на определенный риск пешего хождения, для наркома, теперь уже зампреда, дело почти неслыханное, персональной машиной он до сих пор не пользовался. С ними риск еще больший. Шофера сам себе не выберешь, неизвестно кого назначат, и неизвестно, куда он тебя в случае чего доставит. Не одного «большого человека» завозили вместо домашнего адреса прямо во двор «госужаса»[46].

Что еще казалось интересным — к нему до сих пор не прикрепили телохранителей, которые по должности непременно положены. Надо будет Валентина спросить: халатность это или как?

Но это все мысли второстепенные, можно сказать, праздные, вот относительно семейства Шестакова он вдруг испытал острую тревогу. Как бы и не с чего… Все та же интуиция, которой он давно доверял больше, чем холодному рассудку, сверхчувственное восприятие, само собой.

На углу Моховой взмахом руки остановил такси, черную «эмку» первого выпуска.

— К Курскому вокзалу, и побыстрее. Опаздываю, плачу вдвое!

Шофер покосился на странного пассажира без вещей. Но человек солидный, наверное, чемоданы в камере хранения. Или — встречает кого. Придавил, насколько мотор позволил. Примчались вмиг, минут за двадцать.

— Спасибо, товарищ, выручил. — Шульгин расплатился, как обещано, подождал, пока машина затеряется среди других ждущих пассажиров с очередного поезда, потом, осмотревшись, направился к своему дому.

Теперь, пожалуй, стоит поспешить всерьез.

В этот раз на Валгаллу он перескочил вообще без всяких усилий, канал перехода слушался его, как домашний лифт. Хорошо это или плохо, нет ли здесь очередной ловушки? Подумать надо при случае.

Но, ступив на единственную теперь для него «родную» землю, вздохнул облегченно. Пока все идет хорошо. Присел на ступеньки, потрепал по мощному загривку пса, который успел подбежать к нему первым и теперь оглядывался на прочих родственников с тем самым видом: «Господин признал МЕНЯ главным любимцем, а вы, шелупонь, знайте свое место!»

Свора, помахивая хвостами, слегка отступила и легла вокруг крыльца надежным барьером от любой опасности. Погибнут, если придется, до последнего, но не сдадут. Какие же удивительные звери! Чем мы, люди, заслужили столь бескорыстную любовь?

Здесь уже можно не торопиться. Сашка переоделся в тот же костюм, в котором воевал на «Леопарде», — обтягивающие брюки и куртка серо-стального цвета, теплые и прочные, с поверхностью, которая не зацепится за выступающие детали, а соскользнет с любого крючка и даже колючей проволоки. Зашнуровал высокие ботинки, на голову — кевларовый шлем, внешне похожий на стандартный танковый, только с карбоновой пуленепробиваемой прокладкой.

Он не знал, с кем придется воевать. Но знал, что придется. Для чего же ему дадено специальное знание? И организм, независимо от хозяина, уже настраивался на предстоящее.

С чем-нибудь потусторонним ему, скорее всего, не справиться. Разве исключительно силой духа. А вот с материальными объектами…

Вывел из бокса БРДМ-2. Эта машина все же больше похожа на нормальный для предвоенных лет броневик, чем другие. Что не слишком технически грамотные аборигены смогут описать в случае чего? Железный угловатый ящик зеленого цвета, четыре колеса, башня с пулеметом. Фоторобот вряд ли кто надумает составлять.

Он упорно не хотел вводить в мир слишком уж новые сущности, плодить легенды и домыслы. Хватит, с простым «ПКМ» едва не прокололись. В двадцать четвертом году обычный (ну, не совсем обычный, Сидней Рейли все-таки) английский разведчик докумекал, что машинки на дубликаторе штампуются. Сравнил несколько попавших ему в руки образцов и убедился, что детали имеют абсолютно одинаковые заусенцы, следы от штампов и резцов. Сути-то он, конечно, не понял, но вопрос поставил верно. Как дон Рэба подловил Румату на синтезированном золоте.

В башенный «КПВТ» Сашка заправил тяжелую ленту. Рядом с водительским сиденьем поставил в зажимы «СВД-2» с глушителем и «АКМС». Если придется бегать и прыгать, удобнее, чем «томпсон». На поясной ремень повесил «стечкин» в кожаной открытой кобуре, во внутренний карман куртки сунул верную «беретту». Для усиления огневой мощи положенное место заняла гранатная сумка с восьмью «Ф-1» и «РГ-42».

В сорок первом Воронцов, куда хуже оснащенный, со взводом немецких панцергренадеров спокойно разобрался. А вдвоем на этой технике они и роту бы разогнали. Только не позвал его тогда Антон в напарники к товарищу. Да и не был еще в тот момент Дмитрий их товарищем, и Антона никакого не было.

А сейчас кто его на бой посылает?

Сосредоточился Шульгин. Сам он перемещаться между мирами научился, а с шестью тоннами броневого железа выйдет?

Вышло!

БРДМ приземлился на все четыре колеса аккуратненько, почти без толчка. Заранее заведенный мотор рокотал почти бесшумно, и Сашка сразу же услышал крики и выстрелы. Совсем неподалеку.

До кордона Власьева было метров триста. Шульгин специально выбрал точку десантирования с тыла, на краю распадка, прямо на тропе, где его совсем недавно, будто вчера, вел Власьев показывать свое тайное убежище. Утверждал, что там в случае чего не найдет целый армейский батальон. Очень может быть, исходя из рельефа местности и общей неподготовленности строевой пехоты к рейнджерским операциям. Только сейчас противник подошел тем же путем, что и сам Шестаков прошлый раз, с озера.