- Мы должны следовать по пути, указанному Господом, - пробормотал преподобный Дженкинс, - Мы не должны решать за него, какой путь следует нам избрать. Пусть духи сенека помогут ребенку. Он отправится с моим благословением.
Последние возражения тетушки Иды были отвергнуты, остался только страх. Больше всего на свете она хотела, чтобы ее несчастный сын жил нормальной человеческой жизнью, и ничем не могла ему помочь.
Ренно знал, как повела бы себя в подобных обстоятельствах Са-ни-ва и почувствовал симпатию к этой гордой женщине.
- Никто не причинит Уол-теру вреда, - торжественно пообещал Ренно. Ба-лин-та - дочь Гонки, великого сахема, и Ины, хранительницы веры, и он будет их сыном.
Тетушка Ида не могла допустить, чтобы люди видели ее слезы, и отвернулась к огню. Она всегда так ненавидела индейцев, а теперь должна доверить им своего сына, надеясь, что они смогут дать ему то, чего не дал его родной народ.
Ба-лин-та подошла к ней и взяла за руку. Этот жест любви прогнал остатки страха.
- Тогда возьмите его с собой.
Ба-лин-та и Уолтер, приплясывая, закружились по комнате, но взрослые хранили молчание из уважения к матери мальчика. Ренно с удовольствием принял на себя новую обязанность, и пообещал научить Уолтера охотиться, ловить рыбу и выживать в диком лесу. Маниту хранят его, и мальчик непременно будет счастлив.
В тот же вечер Ренно рассказал об этом плане Вильсонам. Полковник приготовил обоюдоострый нож, в подарок Уолтеру, и на следующее утро Милдред, посовещавшись с Ренно, принялась готовить еду для путешественников. Закоптили куски говядины, уложили пакеты с кукурузной крупой - вместо сушеной кукурузы - и еще копченый окорок. Ренно настаивал, что больше им ничего не понадобится.
За день до ухода Ренно обнаружил, что Ида собрала слишком много вещей для Уолтера, и оставил в гардеробе мальчика только самое необходимое для путешествия по зимнему лесу. Он убедился, что сапоги мальчика смазаны жиром, и позволил ему оставить вязаную шапку, фуфайку, кожаные бриджи и куртку, в которых тот обычно рубил дрова. Из трех одеял взяли два, и отложили потрепанные черные бриджи и куртку, в которых он ходил в церковь. Ради Ба-лин-та, учившейся читать по-английски, Ренно позволил взять Библию, сборник рассказов какого-то человека по имени Чосер и третью книжку со стихами некоего Мильтона.
Эндрю Вильсон встал до рассвета, чтобы позавтракать вместе с гостем.
- Через месяц, - сказал полковник, - наш военный вождь и я прибудем в город великого сахема.
Ренно понял, что миссия его успешно завершилась.
Прощание с тетушкой Идой было совсем простым. Она поцеловала Ба-лин-та и не проронила ни слезинки, обнимая сына. Потом она повернулась к Ренно.
- Думаю, я делаю это потому, что Минни и Джед Харпер были такими хорошими людьми - и такими близкими друзьями.
Дебора подошла к Ренно. В ее глазах он видел только дружбу.
- Мы еще встретимся, - сказала девушка.
Милиционеры переправили путешественников через реку. Стоило им войти в лес, как тут же выяснилось, что Уолтер не умеет двигаться, не производя шума. Но Ба-лин-та быстро объяснила, что от него требуется, и после этого мальчик стал внимательно наблюдать за Ренно, а к концу дня справился с трудной задачей.
Вскоре Ренно обнаружил, что Уолтер видит ничуть не хуже его самого. Они шли довольно медленно, и Ренно каждый день учил мальчика пользоваться луком и стрелами. Уолтер легко учился, и однажды убил большого кролика. Ба-лин-та поджарила его на костре. Конечно, ее стряпню трудно было назвать съедобной, и Ренно украдкой поедал кусочки копченого мяса, наблюдая, как дети наслаждаются плодами своего труда.
Барабаны известили жителей города о приближении маленького отряда, и толпа встречающих во все глаза смотрела на Уолтера. Глаза мальчика блестели от возбуждения.
Ренно объяснил родителям, кто такой Уолтер, и Ина пригласила его в свой дом. Мальчик был в восторге.
Гонка сидел у огня, рядом с входом в дом. Ренно подошел к нему и передал суть визита в форт Спрингфилд, включая собственный опыт стрельбы из гигантской огненной дубинки. Вильсон и Пепперел скоро придут в земли сенека, сказал он, чтобы заключить союз с ирокезами.
- Можно им доверять? - спросил Гонка.
Ренно не колебался.
- Да, отец мой, потому что им нужно то же, что и нам. Они хотят одержать вверх над французами, а мы хотим покорить гуронов и оттава. Им необходима мудрость великого сахема, чтобы составить военный план, который спасет жизни наших воинов и англичан. Я уверен, они дадут нам еще больше огненных дубинок, а если мы попросим, много мягких одеял и металлических горшков для приготовления пищи.
Лицо Гонки оставалось неподвижным.
- Многое случилось с тех пор, как ты ушел, - сказал он, и, не тратя слов попусту, объяснил, что большой отряд оттава, лишенный разума крепким напитком, который им дали французы, сжег деревню сенека и разорил поселок могавков. Враги не брали пленников и никого не оставили в живых.
- Это французы заставили их сделать так?
Гонка пожал плечами.
- Думаю, нет. Это было бы глупо. Но французы дали оттава воду, которая жжет горло. И теперь, когда наши братья и родственники убиты и оскальпированы, французы тоже стали нашими врагами. Нам также необходим союз с англичанами, потому что наш народ хочет мести.
ГЛАВА 13.
Прошло пять недель после возвращения Ренно. Снег толстым ковром покрыл землю, и вскоре генерал Пепперел и полковник Вильсон с небольшим отрядом прибыли в главный город сенека. Кроме множества подарков и писем для Уолтера Элвина, они доставили документ от губернатора Ширли, подтверждающий их полномочия при подписании договора с индейцами от имени колонии Массачусетс. Сахемы всех племен ирокезов уже собрались в городе еще до их приезда. Двум вождям англичан было выделено отдельное жилище, а Ренно разделил свой кров с Обадией Дженкинсом, оказав тому величайшую честь. Другим членам отряда, в том числе Эйбу Томасу, довольно холодно приветствовавшему Ренно, были предоставлены места в разных больших домах. Сахемы и вожди вновь прибывшего отряда безотлагательно прошли в новое здание, специально построенное для этого события. Сложившаяся ситуация была слишком серьезна, так что собравшиеся сразу приступили к делу. Здание было оцеплено отрядом старших воинов, так что гости не подвергались риску неожиданного нападения.
Наступил полдень, и Обадия встревожился, не видя Уолтера.
- Он скоро вернется, - коротко отвечал Ренно.
- Как он поживает?
Ренно улыбнулся.
- Мать тоскует по нему, но она мужественная женщина и я уверен, господь слышит ее молитвы. Дебора придерживается того же мнения.
Ренно видел, как оживилось лицо Обадии при упоминании имени Деборы, и старался больше не говорить о девушке, жившей с ним в этом самом доме.
Обадия резко переменил предмет разговора.
- Если мы организуем совместную экспедицию, а я надеюсь, так оно и будет, я непременно приму в ней участие.
Ренно не понимал, как английский хранитель веры может сражаться, как воин.
- Ты будешь сражаться с врагами?
- Нет, моя профессия запрещает это. Но я буду капелланом - главным хранителем веры.
Дженкинс не стал уточнять, что владеет шпагой не хуже большинства военных, и что священнику не запрещается защищаться, если на него нападают.
Ренно встал и знаком пригласил гостя следовать за собой. Обадия вышел за частокол, и они остановились у покрытого снегом поля. Преподобному Дженкинсу показалось, что они стоят уже очень долго. Он начал мерзнуть.
Наконец из лесу показалась группа мальчиков, шедших цепочкой, каждый нес в руках связку рыбы. Ренно улыбнулся. Вторым в цепочке шел Уолтер Элвин, одетый в набедренную повязку, мокасины и рубашку из оленьей кожи, расшитую иглами дикобраза. На плече висел лук и стрелы, голова была выбрита, кроме пучка волос для скальпа. Он похудел, но набрался сил. А самое главное заключалось в том, что шел он уверенно, спокойно глядя перед собой.
Увидев священника, Уолтер важно поднял руку, ладонью наружу, приветствуя преподобного Дженкинса по обычаю сенека, и рассмеялся. Обадия ответил тем же жестом с достоинством, на которое только был способен.
Позже в дом, где все еще совещались вожди, принесли пищу, и Обадия вместе с Ренно пошел в жилище великого сахема, где его радостно приветствовали Ина и Са-ни-ва. Сидя у огня, он заметил и другие перемены, происшедшие с Уолтером. Под руководством Ба-лин-та и благодаря уважению каждого члена общества, мальчик хорошо научился читать по губам, чего ему никак не удавалось осилить дома. Еще более замечательным было использование языка знаков, который они придумали вместе с Ба-лин-та. Теперь дети не просто общались между собой, но Уолтер научился сообщать окружающим простые мысли, и впервые с момента их знакомства Обадия обнаружил, что понимает, о чем ему говорит Уолтер.
