Я медленно шла по коридору, осторожно ведя пальцами по корешкам, наслаждаясь этим мягким, уютным постукиванием и то и дело примечая знакомые названия. Через несколько сотен ярдов передо мной возник перекресток – один коридор пересекал другой. Посередине виднелась круглая шахта, куда уходила приваренная к стене винтовая лестница с коваными перилами. Я опасливо заглянула в бездну. В каких-нибудь тридцати футах внизу виднелся еще один этаж, в точности такой же, как этот. Но в середине его я заметила еще одно круглое отверстие, сквозь которое различила еще один этаж, а за ним еще и еще. Я подняла голову. Надо мной маячило то же самое – круглый колодец и винтовая лестница, уходящая в головокружительную высоту. Я оперлась на перила и снова обвела взглядом огромную библиотеку.
– Ну что же, – произнесла я в пространство, – похоже, я уже не в Осаке.
Глава 16.
Разговор с Котом
Чеширский Кот был первым персонажем, повстречавшимся мне в беллетриции, а его неожиданные появления изрядно скрасили мое пребывание в мире книг. Он надавал мне множество советов. Некоторые оказались полезны, некоторые – так себе, а иные нелогичны до абсурда: как вспомню о них, голова идет кругом. Но за все это время я так и не выяснила, сколько ему лет, откуда он взялся и куда исчезал. Это одна из тайн беллетриции, пусть и не самая величественная.
ЧЕТВЕРГ НОНЕТОТ. Беллетрицейские хроники
– Надо же, посетитель! – воскликнул кто-то у меня за спиной. – Какой приятный сюрприз!
Я обернулась и с изумлением обнаружила у себя за спиной огромного роскошного полосатого кота, устроившегося на самом краешке верхней полки. В его взгляде неповторимым образом сочетались безумие и благодушие. Он сохранял полную неподвижность, только время от времени подергивал кончиком хвоста. Я никогда прежде не встречала говорящих котов, но, как утверждал отец, хорошие манеры еще никого не подводили.
– Добрый день, мистер Кот.
Кот широко раскрыл глаза, и улыбка с его морды исчезла. Он несколько секунд оглядывал коридор, а затем спросил:
– Это вы мне?
Я подавила смех.
– Я больше никого здесь не вижу.
– А! – снова расплылся в улыбке Кот. – Это потому, что вы временно страдаете кошачьей слепотой.
– Никогда не слышала о такой болезни.
– Это необычная болезнь, – беззаботно ответил он, лизнув лапу и пригладив усы. – Думаю, вы слыхали о курительной слепоте, когда не видишь куриц?
– Куриной, не курительной, – поправила я его.
– Да какая разница.
– А если у меня кошачья слепота, – продолжала я, – то как же я вижу вас?
– Может, сменим тему? – парировал Кот, обводя лапой коридор. – Как вы находите библиотеку?
– Она очень большая, – прошептала я, глядя по сторонам.
– Две сотни миль в диаметре, – небрежно заметил Кот и заурчал. – Тридцать один этаж над землей и тридцать один внизу.
– Наверное, у вас тут по экземпляру всех книг, – сказала я.
– Всех книг, что когда-либо были написаны, – поправил меня Кот. – И еще некоторых.
– И сколько их?
– Ну, я сам не считал, но уж всяко больше десятка.
Кот осклабился и заморгал огромными зелеными глазами, и я вдруг сообразила, где он мне встречался.
– Вы ведь Чеширский Кот, правда?
– Я был Чеширским Котом, – чуть печально отозвался он. – Но границы графства перенесли, и теперь я, строго говоря, единственный и полномочный представитель Уоррингтонских котов, но это звучит уже не так внушительно. Вам у нас понравится, здесь все не в своем уме.
– Но мне не хочется оказаться среди сумасшедших, – возмутилась я.
– Что поделаешь, – ответил Кот. – Мы тут все такие. Я не в своем уме. Вы не в своем.
Я щелкнула пальцами.
– Минутку! Точно такой же разговор вы ведете в «Алисе в Стране чудес», сразу после того как младенец превратился в поросенка!
– А! – ответил Кот, раздраженно дернув хвостом. – Думаете, сумеете написать свой собственный диалог, да? Я вижу людей насквозь. И зрелище это не из приятных. Но пожалуйста. Кстати, младенец превратился не в поросенка, а в пол-рысенка.
– Помилуйте, в поросенка.
– Пол-рысенка, – уперся Кот. – Кто в книге был, вы или я?
– Однозначно в поросенка, – настаивала я.
– Ладно же! – воскликнул Кот. – Сейчас пойду и проверю. И вот тогда у вас будет очень глупый вид, обещаю!
С этими словами он исчез.
Я немного постояла, размышляя, может ли случиться со мной что-нибудь еще более странное. Когда я пришла к выводу, что вряд ли, начал снова появляться Кот – сначала хвост, потом тело и наконец голова и рот.
– Ну? – спросила я.
– Все верно, – проворчал Кот. – Поросенок. Слух у меня неважный, думаю, все из-за перца. Кстати, чуть не забыл. Вас направляют стажером к мисс Хэвишем.
– Мисс Хэвишем? Из «Больших надежд»?
– А что, есть другие? Все будет хорошо, только не упоминайте о свадьбе.
– Постараюсь. Ой, подождите… Вы сказали, стажером?
– Конечно. Попасть сюда – только половина дела. Если хотите стать одной из нас, вам придется учиться с нуля. Сейчас вы умеете только путешествовать. Когда немного попрактикуетесь, может быть, научитесь точно приземляться на нужную страницу. Но если пожелаете углубиться в предысторию или забраться дальше сносок, придется пройти полный курс. Когда мисс Хэвишем вас вымуштрует, вы сможете спокойно посещать наброски, вымаранных персонажей или давным-давно выброшенные главы, хотя смысла в этом мало, а то и вовсе нет. Кто знает, может, вам посчастливится отыскать сущность книги, центральный нерв энергии, который связывает роман воедино.
– Вы имеете в виду корешок? – уточнила я, еще не искушенная в тонкостях беллетриции.
Кот раздраженно хлестнул хвостом.
– Нет, глупышка, идею, мысль, искру. Стоит увидеть первый замысел книги, как все, что вы когда-либо видели или чувствовали, покажется вам не более волнующим, чем старые тапочки. Постарайтесь вообразить следующее: вы сидите на мягкой травке теплым летним вечером, глядя на восхитительный закат. Откуда-то доносится берущая за душу музыка, а в руках у вас чудесная книга. Ощутили?
– Думаю, да.
– Отлично, теперь представьте себе большую миску теплой сметаны и прочувствуйте, как вы лакаете ее медленно-медленно, пока не вымажете все усы.
Чеширский Кот сладострастно вздрогнул.
– Если проделать все это и умножить на тысячу, тогда, возможно – только возможно, – вы получите кое-какое представление о том, о чем идет речь.
– А сметану можно пропустить?
– Как угодно. В конце концов, это всего лишь мечты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
