Читаем без скачивания Бархатный капкан - Владимир Колычев

— Так счастливая, — улыбнулась Яна. — Потому и глаза счастливые.

— Кто он?

— А ты не знаешь?

— Откуда? Я из дома почти не выхожу. Слышала только, что у тебя кто-то есть.

Роза совсем не похожа была на монахиню. Модная прическа, стильный макияж, гламурный прикид. Но все в сдержанных тонах, с траурной подсветкой. Еще год не прошел с тех пор, как погиб отец. Судя по всему, она собиралась выдержать траур по нему. И не в укор Яне. Ни взглядом она ее не упрекнула, ни словом. А ведь у нее тоже траур.

Но Яна молодая, у нее вся жизнь впереди. Впрочем, и у Розы жизнь только начинается. Может, и не очень она молодая, но красивая. И роскошная. Даже будет жаль, если такая красота даром пропадет.

— Я его на машине сбила, — весело улыбнулась Яна. — Так и познакомились.

— На машине? — заинтригованно повела бровью Роза.

— Да, большая такая машина. Я на ней на его клуб наехала. И чуть насмерть его не задавила.

— Так это в переносном смысле?

— Ну, в общем, да. Отец его чуть не убил… Ничего, выжил. И я бесконечно этому рада.

— Интересная история… И чем он занимается?

— Клуб я Глебу вернула. А охрана у него своя. Охранная фирма у него, «Содействие» называется. Весь мой бизнес у него под охраной. Есть еще объекты. Если так дальше пойдет, он весь поселок под себя возьмет.

— Новая власть?

— Ну, он ни на кого не давит. И платят ему строго по прейскуранту. Если нужна будет охрана, обращайся.

— У меня есть охрана. Дом охраняют. А телохранитель мне не нужен. Кто меня здесь тронет? У кого ко мне претензии? — спросила Роза.

И Яна уловила намек в ее тоне.

— Если у кого-то и есть, то не у меня.

— Да я на тебя и не думаю.

— А на кого думаешь?

— На кого думаю? — с удивлением спросила Роза. — Ни на кого не думаю. Спокойно все. Так спокойно, что даже скучно.

— Так в чем же дело? — взбодрилась Яна. — Давай устроим вечеринку, напьемся, зажжем. Глебу скажу, чтобы не появлялся. В клубе пусть переночует. А можно в «Аэлите» оторваться!

— Ловлю на слове! — пальцем нацелилась в нее Роза.

— Мы с тобой еще молодые. Если ты думаешь, что я из-за отца буду ревновать. Ну, если ты вдруг замуж захочешь… А ты захочешь… Или уже!

— Да ну тебя! — зарделась Роза.

— Что, есть кандидатура?

— И не обидишься?

— Ни грамма!

— Как только появится, обязательно скажу. — Она смущенно отвела в сторону глаза. И даже вздохнула. — Жизнь такая штука, что от нее никуда не денешься.

— Да уж, только на том свете и спрячешься…

— Нам еще туда рано!

— Слушай, может, выпьем по чуть-чуть? — завелась Яна.

— Я же сказала, нам рано еще на тот свет, — улыбнулась Роза. — Нельзя пить с антибиотиками да с температурой!

— Тогда как-нибудь в другой раз… Ты, главное, не пропадай.

— Завтра обязательно приду.

— Уже уходишь? — Яна не хотела, чтобы Роза уходила.

Так уж она устроена. Сейчас ей нужна мачеха, но как только болезнь отступит… А может, нужда в ней останется и после. Как ни крути, а кроме Розы у нее никого нет в этой жизни. Ну, если не считать Глеба. Но Глеб сейчас на работе, у него дела.

— Могу и остаться, — замялась Роза.

— Нет, если надо, иди… Глеб скоро будет…

— Ждешь его?

— Очень.

— Любишь?

— Никого и никогда так не любила.

— И замуж пойдешь?

— Три — божественное число, — улыбнулась Яна. — Третий раз замужем — это навсегда!

— Все будет хорошо, — Роза нежно потрепала ее за руку. — Все будет очень хорошо…

Она ушла, а спустя час появился Глеб. Он еще только заезжал во двор, а Яна уже спустилась в кухню. Там она его и встретила. Плохо ей, голова болит, температура, но именно поэтому она и вышла к нему из кухни. Все равно, что Глеб увидит ее больной и немощной. Главное, чтобы он ее пожалел и приласкал. Она не хотела быть сильной женщиной. Она хотела быть слабой, чтобы Глеб всегда заботился о ней.

— Это что еще за новости! А ну в постель!

Глеб подхватил ее на руки, отнес в спальню, бережно опустил на кровать. Именно этого она и хотела. Счастливой может себя чувствовать только та женщина, которую мужчина носит на руках.

— Зина там приготовила ужин…

— Разберусь.

Он держал ее за руку и ласково смотрел в ее глаза.

— Как там дела?

— С Бобриком говорил.

— И что?

— Ничего серьезного. У него не фирма, а пока только намерения.

— С ним люди Стаса.

— И что?.. Я ему популярно объяснил, все клиенты, которые сами обращаются к нему, — его. Насильно тащить никого не надо. В принципе, он все понял.

— Он понял одно, а сделает другое.

— Вряд ли. Он потерянный какой-то. Осколок империи, — усмехнулся Глеб.

— Ну, если у моего отца была империя…

— А что у него было?

— Было. Но прошло… Теперь ты новая власть.

— Не преувеличивай. Скиба требует полного отчета. И содействия. Людей ему на патрулирование не хватает…

— И в чем проблема?

— У меня еще штаты не сбиты.

— Собьешь.

— Стараюсь.

— С Казаяном что? — После этого вопроса у Яны запершило в горле.

Не так давно она хотела, чтобы Глеб его убил, а сейчас такой исход ее пугал. Поэтому она не спрашивала, а он не отвечал.

— В Италию отпустил.

— А Раджу?

— И Раджу отпустил.

— И что теперь будет?

— Раджу на посту взяли, с наркотой. Там приличный запас, лет на семь потянет.

— Семь лет — это не бесконечность.

— Для него — вечность. Он уже реально гнилой. В прямом смысле. Долго не протянет. А Казаян без Раджи — пустое место…

— А вдруг отомстит?

— Кишка тонка.

— А если Аллочке отомстит?

— Я с ним говорил. Если вдруг с ней что-то случится, спросят с него.

— А чего ты так за нее переживаешь? — капризно спросила Яна.

— Я не переживаю. Просто подставили девчонку. Не надо было про нее говорить. Как будто она не при делах.

— Ты с ней встречался? Ты с ней говорил? — Яна вцепилась в его руку.

И болезненное состояние вдруг как будто испарилось. Голова не болит, нос не заложен. И даже ломоты в костях нет.

— Нет. Я с ней не встречался. И не говорил. И встречаться не собираюсь. И не надо меня подозревать.

— Я не подозреваю, просто ревную.

— Ревность — это перчик. На блюдо любви. Ты лекарства принимала?

— Да. С перчиком, — съязвила она.

— И как?

— Ты же никогда мне не изменишь?

Глеб улыбнулся, взял бумагу, карандаш и написал «нет».

— Завтра возьму в рамку и повешу на стенку.

— А приготовь мне молока с медом!

Сначала Глеб напоил Яну молоком, затем растопил камин и отнес девушку в кресло у огня. И ужинали они при свечах, и глинтвейн пили. Ей досталось всего несколько глотков, причем без сигареты. Она не настаивала. Это же так здорово, что Глеб заботился о ней.

Заснула она прямо в кресле-качалке сном счастливой женщины.

Утром проснулась в своей постели от холодка под мышкой. Глеб померил ей температуру, напоил лекарствами, принес завтрак в постель… Она так не хотела, чтобы он уезжал. Но у него дела.

— К Арепьеву заехать надо, — сказала она.

И тут же спохватилась. Арепьев должен был представить подробный отчет о состоянии дел, но Глеб не должен ехать к нему в офис. И надо было ей устраивать Аллочку секретаршей к нему!

— Я позвоню ему и привезу домой, — усмехнулся Глеб. Он понял причину ее замешательства.

— Да, так будет лучше… Кстати, как у него там с этой… сучкой?

Она не должна была оскорблять Аллочку, Глеб этого не любит, но не смогла сдержаться.

— Во-первых, она не сучка… Но если тебе так хочется… А во-вторых, она уже нашла деталь…

— И как, подошла? — язвительно спросила Яна.

— Я свечку не держал, — покачал головой Глеб.

Судя по звучанию его голоса, он ничуть не ревновал Аллочку к чужой детали. Можно было вздохнуть с облегчением.

— И что докладывает разведка?

— Я, конечно, могу сходить на встречу с резидентом…

— Ты меня дразнишь? — нахмурилась она.

— Ты же не хочешь закрыть эту тему. Я ее для себя закрыл, а ты все успокоиться не можешь.

— Ну, ты же знаешь почему… Все, больше не буду!

Глеб уехал, а ему на смену появилась Роза. Яна чувствовала себя неплохо — температура спала, сознание прояснилось. В горле, правда, начало першить, на кашель пробивать. Недолго думая, Роза отправилась в город, купила сироп от кашля.

Домой Роза уехала еще до обеда. С чувством исполненного долга, как будто вылечила Яну. Впрочем, она по-любому ей очень помогла.

Яна чувствовала себя здоровой, когда вернулся Глеб. Обессиленной, но здоровой. И даже предложила организовать сауну, чтобы выгнать остатки хвори. И Глеб не отказался.

Он сам натопил баньку, нагрел воду, запарил веник. Любил он это дело и толк знал. А сауну он разогревал до дикой температуры, в которой Яна могла выдержать не больше двух минут. И сегодня он постарался…