Читаем без скачивания Меч королевы - Робин Маккинли

– Ну? – сказал он. – Скажи мне, какого рода помощи вы ищете с моей стороны?

Харри уставилась на потертые носки своих горских сапог.

– Армия северян двинется через горы… скоро. Очень скоро. Войско Корлата стоит лагерем на равнине перед широким проходом, мы называем его ущелье Бледфи… Врата Севера, понимаете? В Хорфельских горах…

– Перевал Гамбор, – перевел Джек из облака дыма, – в Оссандерском хребте. Да.

– Мы же хотим закупорить северо-западную щель, небольшой проход в горах над Истаном… куда нежелательный ручеек северных солдат может просочиться и…

– Стереть с лица земли Истан и отправиться дальше досаждать Корлату.

Харри кивнула:

– Не просто досаждать. Горцев осталось не так много.

– Это, несомненно, объясняет, – сказал Джек, – почему ради северо-западной щели, как ты ее называешь, сюда явились только вы трое. И кошка с длинными зубами.

Харри слабо улыбнулась.

– Я была почти одна.

– Тогда рискну предположить, что ты здесь не совсем по приказу Корлата.

– Не совсем.

– Он знает, где ты?

Харри подумала и ответила, старательно подбирая слова:

– Я не сказала ему, куда направляюсь, перед тем как выехать. – Ей остро не хватало ощущения кушака, мягко давящего на ребра.

Дэдхем несколько минут медленно моргал и наконец проговорил:

– Полагаю, ему не составит труда догадаться, куда ты подевалась. И эти два несчастных дурака решили связать свои судьбы с изгоем? Я впечатлен.

Харри промолчала. При всех храбрых словах, сказанных ей Джеку у ворот форта, она чувствовала, что путь, по которому она, как ей казалось, следовала, расплылся и ушел из-под ног, как только Золотой Луч перепрыгнул стену. Сейчас ей было трудно припомнить, кто она – дамалюр-сол и без кушака, – почему она здесь и куда направляется. Мысли бродили в голове по кругу, усталые и беспорядочные. Она вспомнила, как говорил ей Лют: «Незавидное это положение, быть мостом, особенно мостом с видениями», – и подумала, что на самом деле хорошее ясное видение было бы сейчас большим подспорьем. Она вздохнула и потерла глаза.

– Корлат не очень-то доброжелательно отнесся к сэру Чарльзу в тот день, да?

Джек невесело улыбнулся:

– Вовсе не доброжелательно.

Харри нахмурилась:

– Он упорно роет себе яму, игнорируя северо-западный проход.

– Ущелье Ритгера, – снова перевел для себя Джек. – Вероятно, у него иной взгляд на эту проблему. Корлат пришел к нам с предложением союза и взаимной поддержки. Он оказал нам ценнейшую услугу, поделившись информацией, добытой его разведчиками на севере. А сэр Чарльз, в своей отнюдь не безграничной мудрости, изволил ему не поверить. На мой взгляд, твой Корлат теперь просто уничтожит столько северян, сколько сумеет, после чего уцелевшие горцы отступят в подконтрольную ему восточную часть массива. Если же неучтенные северяне захватят западные равнины, короля это в конечном итоге не особенно волнует. Соседи отказали в помощи, следовательно, несколько больше северных отрядов станут беспокоить горных жителей. Печально, но не критично.

– Если Острова поддержат попытку отбросить северян…

– На это никогда не было шансов, моя дорогая, поверь, – отозвался Джек. – Ты, подозреваю, пытаешься мыслить логично, но логика имеет очень мало отношения к правительству и вовсе никакого – к военной администрации.

К тому же ты по-прежнему мыслишь как островитянка – Чужачка, если угодно, – хотя и научилась ездить верхом, как горец. – Взгляд его уперся в Гонтурана, подвешенного за перевязь на спинку Харриного стула. – Ты знаешь о существовании Истана, и его полное уничтожение кажется тебе расточительством. К счастью, ты отсутствовала в тот день и не слышала, как невыносимо вел себя сэр Чарльз. Комиссар во многих отношениях прекрасный человек, но все новое выбивает его из колеи. Идея альянса между Горами и Островами кажется ему кощунственно новой.

«К тому же ты по-прежнему мыслишь как островитянка – Чужачка, если угодно, – хотя и научилась ездить верхом, как горец». Слова висели у Харри перед глазами, словно вышитые на знамени, а затем брошенные наземь к ее ногам, словно ее знамя. Ни на что не глядя, она сказала:

– Это вы так подготавливаете почву, чтобы сказать мне, что ничего нельзя сделать?

– Нет. Но я подготавливаю почву, чтобы сказать тебе, что нет возможности сделать то, что должно быть сделано… Я согласен с тобой, что нашей или, по крайней мере, моей стране следует серьезно отнестись к угрозе с севера. Она представляет реальную опасность. – Полковник потер лицо ладонью и на мгновение показался усталым. – Ты вложила мне в руки пусть и маленький, но шанс, спасибо тебе. Должностные инструкции, разумеется, запрещают мне отправляться на увеселительную прогулку с целью подраться с северянами в ущелье Ритгера или где-то еще… Официальная, идиотская позиция такова: это, мол, племенные разборки, и, если мы будем тихо сидеть по домам за закрытыми воротами, волна разобьется и обтечет нас. Я знаю, это чушь. И те немногие, кто провел здесь больше нескольких лет, полностью со мной согласны. После неожиданного визита Корлата я месяцами вертел в голове эту проблему и так и сяк. Одинокому святому Георгию трудновато определить, с какого дракона начинать, когда драконы повсюду.

Харри смотрела на Джека, сознавая присутствие Терима и Сенай по бокам и мехового плеча, прижатого к ее ногам под столом. Ощущение неуместности угнетало почти физически, словно боль в животе или саднящее горло. Но теперь слова Джека немного успокоили боль. В конечном итоге мост, наверное, сумеет протянуться через эту пропасть. Она по-прежнему одна и по-прежнему напугана, но впервые с момента бегства из Корлатова лагеря она почувствовала, что ее поход необязательно безумен. И убежденность в его неизбежности для нее тем самым становилась чуть менее ужасающей. В конце концов, не так уж важно, к какому миру она принадлежит, если оба мира шагают в ногу.

И теперь, когда Джек поверил ей, она могла на него положиться. Харизум-сол оставалась лапрун-минта, и хотя присутствие Терима и Сенай радовало, они смотрели на нее снизу вверх, и ей это не особенно нравилось. Старая дружба с Джеком позволяла рассчитывать, что он не станет благоговеть перед Харизум-сол и ее легендарным мечом. Приземленный прагматизм Чужой души имел свои плюсы.

Но слова Дэдхема, несколько облегчив груз одиночества, возложили на нее новое бремя. Получается, ее представления о происходящем неверны? И на самом деле она думает как островитянка?.. Предала ли она тогда свое новое подданство? Харри расправила правую ладонь и взглянула на маленький белый шрам поперек линий. Что думал Корлат о ее дезертирстве? Неужели Лют обоснованно боялся за нее и она таки не сумела выбрать верную дорогу, оказавшись на распутье?

– Харри! – Джек перегнулся через стол и притянул к себе ее правую руку. – Что это?

Она сжала пальцы, пряча то, что внезапно показалось ей печатью Каина.

– Это… я прошла ритуал. Я королевский Всадник.

– Святый боже! Какого… извини… как тебе это удалось? Не то чтобы я сомневался в твоих совершенствах, но мне кое-что известно об этой традиции… королевские Всадники – это же… э-э… элита…

– Да.

Джек только взглянул на нее, но во рту у нее пересохло. Девушка сглотнула и продолжила:

– Они думали, людям будет… полезно… снова обрести дамалюр-сол.

– Героиню, – перевел Джек.

– Да. – Она снова сглотнула. – Кор… Корлат сказал, что это безнадежная война и нечто вроде… нечто вроде дамалюр-сол даст хоть каплю надежды. Я… я видела леди Аэрин… Вы слышали про Воду Видения?.. И поэтому они думают, что я тоже какая-то особенная.

Джек разглядывал ее, как ботаник новое растение.

– Зов крови, очевидно. Хотя Ричард самый добропорядочный и благовоспитанный молодой человек, какого я видел, порой до занудства. Возможно, это передается только по женской линии.

Харри резко вскинула голову и уставилась на старого друга.

– Что?!

– Ну, ты, разумеется, знаешь, – нахмурился Джек, – что твоя прабабка была горянка, и, полагаю, знатная. Это случилось еще до того, как мы толком закрепились здесь или, по крайней мере, мы еще воевали, стараясь удержать захваченные территории. Скандал вышел ужасный. Мне об этом известно не много. Ричард просто зеленеет при одной мысли об этом. Юный Дик вообще легко зеленеет по поводу некоторых вещей. Но некое специфическое понятие о чести заставило его рассказать об этом мне как командиру. Полагаю, дабы я мог как-то обосновать, если он с воплями убежит в горы своих предков. Примесь в крови, которую судьба сочла уместным ему передать, похоже, гложет его. – Болтая, Джек пристально наблюдал за ней и резко осекся. – Дорогая моя, но ты же наверняка знала об этом?

Харри замерла на стуле и просидела бы так вечность, в изумлении глядя на картину, развернутую перед ней Джеком. Со стороны она выглядела, по-видимому, чересчур странно, поскольку Терим встревоженно произнес: