Читаем без скачивания Потерянная судьба - Майкл Стакпол

Фохт поправил повязку и медленно, в такт мелодии, зашагал по палубе туда, где, сидя у голотанка, его ждал Ульрик. Проходя мимо рядов воинов клана, военный регент уважительно склонил голову, точно так же, как он бы сделал, обходя шеренги своих солдат. «Это воины, и они достойны моего почтения, – говорил себе Анастасиус Фохт. Он сжал губы. – Да и простая осторожность никогда не бывает лишней. Неуважение здесь равносильно самоубийству».

Он остановился возле ильХана и торжественно приветствовал его. Вождь клана ответил таким же салютом, затем протянул военному регенту руку.

– Да пребудет с вами мир Блейка, – произнес Фохт. Ульрик слегка наклонил голову, приветствуя почетного гостя.

– Рад видеть вас, военный регент. Очень сожалею, что вы прибыли к нам ненадолго.

– Приветствую вас, ильХан, – ответил Фохт, пожал протянутую руку и сел рядом с Ульриком. Обведя глазами строй воинов, военный регент узнал многих, с кем ему уже доводилось встречаться. Не увидев Фелана на палубе, Фохт посмотрел вверх, но и там не нашел знакомой фигуры. «Интересно, – мелькнула у него мысль. – Означает ли что-нибудь отсутствие Фелана среди встречающих?»

Воины вскинули руки в приветствии, Ульрик ответил на него, раздалась команда разойтись, и воины, чеканя шаг, ушли.

– Думаю, регент, нам лучше побеседовать в голотанке, – проговорил ильХан и предложил гостю последовать за ним.

Фохту показалось, что в голосе Ульрика прозвучало нечто большее, чем просто вежливое предложение, но, чтобы понять, куда клонит ильХан, такого маленького намека ему было недостаточно. В знак согласия он наклонил голову и вошел за ильХаном в голотанк. Каждый, кто входил сюда, начинал чувствовать себя Богом-создателем – такой удивительный мир перед ним открывался. Фохт увидел объемную карту Внутренней Сферы. Граница Периферии была совсем рядом, чуть повыше головы. Милая сердцу Терра находилась внизу, у самых ног. Достаточно было одного неловкого движения ногой, и она исчезла бы. Фохт не подумал, что расположение планеты выбрано не случайно, он был слишком поглощен картой. Как ребенок, впервые попавший в планетарий, военный регент, едва не раскрыв рот от изумления, рассматривал мириады расстилающихся перед ним миров. Каждая планета была отмечена. У Фохта такого оборудования не было, по сравнению с увиденным все его реальности, вызываемые компьютером, казались топорными.

– Я надеялся, что увижу Фелана среди встречающих, – произнес военный регент. – Мне удивительно, что в стыковочном узле меня встретили элементалы.

Ульрик слегка пожал плечами. Вытянув руку, он нажал на кнопку рядом с одной из звезд. В воздухе распахнулось большое, зеленоватого цвета окно, и поползли колонки цифр и сообщений. Стоя напротив Ульрика, Фохт видел их зеркальное изображение.

– Фелан будет рад встретиться с вами, регент, – уклончиво произнес ильХан. – Сейчас он на Диосде, там совершенно неожиданно вышли из подполья отряды местной милиции. Мы думали, что на Диосде будет все спокойно, но ошиблись – зилоты продолжают совершать диверсии. Недавно они вывели из строя несколько центральных компьютеров и парализовали работу нашей службы сбора и анализа информации.

Ульрик нажал на нижнюю часть окна, оно начало постепенно уменьшаться и превратилось в небольшой квадратик, который повис под звездой.

– Я вполне понимаю ваш интерес к Фелану, – внезапно заговорил ильХан. – И даже разделяю его. Прежде всего потому, что хотел бы поговорить с вами о некоторых вещах до того, как мы начнем наши переговоры. Вы не могли бы оказать лично мне одну маленькую любезность?

– Любезность? – повторил военный регент. – Конечно, уважаемый ильХан.

Вождь Клана Волков сложил руки за спиной и, стараясь не смотреть в глаза Фохта, продолжил:

– Я записал голодиск, который бы мне хотелось передать полковнику Моргану Келлу, командиру Гончих Келла. Я просил бы вас сообщить ему, что его сын не только жив и здоров, но и считается одним из лучших воинов клана. – Ульрик поднял голубые глаза и встретился со взглядом Фохта. – Вас это удивляет, военный регент? – спросил он.

Фохт сделал вид, что он поражен.

– Да, ильХан. Но это приятная новость, уверен, что Келлу она понравится.

– Вероятно, – неуверенно произнес ильХан. – Мне самому трудно это представить, но я надеюсь, что вы правы. Вы ведь лучше меня знаете семейные отношения, царящую в них мелочную зависть и некие глубокие чувства. – Ульрик сложил руки на груди. – Наша культура, как вам известно, зиждется на уважении к клану и дому. По моему мнению, это единственное, что может связывать и объединять людей. Семейные связи чаще разъединяют, поэтому у нас семей нет. Вы можете считать это недостатком, но он нам не вредит. Однако при всем нашем отрицательном отношении к семье мне не хотелось бы причинять Келлам дополнительные огорчения. А Фелан нужен клану, и это высшая похвала, которой может удостоиться наш воин. Хотя, по-вашему, кровные связи являются наиболее прочными.

– Да, – согласился военный регент, – но долг сильнее кровных уз. – Фохт внимательно разглядывал своего противника. «Изменился. Сильно изменился Ульрик. Не таким ты был раньше. Очень любопытно, куда это он клонит? Действительно говорит искренне или пытается усыпить меня?» – Правда, что касается лично меня, то я не считаю семейные связи такими уж прочными. Моя семья многого не понимала, но относительно Келлов вы не ошиблись.

– Хорошо, – сказал ильХан. – Я не говорил Фелану, что отправлю этот диск, но, если придет ответ, он его получит.

Да, кстати, вы можете включить сюда и свое послание к Келлу, сказать ему несколько слов о его сыне и о жизни в клане. Пожалуйста, не стесняйтесь. – Ульрик улыбнулся. – Хотя я прекрасно понимаю, что примас Ком-Стара может воспрепятствовать отправке этого голодиска, особенно сейчас, когда наши отношения оставляют желать много лучшего.

– Я лично передам полковнику Келлу, что его сын живет и здравствует. – Фохт многозначительно улыбнулся. – Думаю, что мне удастся обмануть бдительность госпожи Уотерли.

– Ну что ж, мне приятно очутиться в такой компании в заговоре против Миндо Уотерли, – улыбнулся ильХан. – Однако я боюсь, Большой Совет не одобрит моей переписки с врагом. – Голубые глаза Ульрика сузились. – Времена сейчас крайне опасные, Анастасиус. Все, чем мы здесь занимаемся, – это прекрасно и полезно, но некоторые политики могут всегда перевернуть все, что мы сделали, и обратить это против нас же. И тогда начнется кошмар.

– Ваши опасения мне понятны, Ульрик, но надеюсь, что мы с вами вполне доверяем друг другу. Я не собираюсь вас обманывать.

– Я тоже с вами вполне честен. Фохт улыбнулся.

– То, что нашим дипломатам не удается поделить, нам, воинам, приходится отвоевывать. Но я не хотел бы воевать с вами, ильХан. Я давно слежу за вашими успехами и считаю вас выдающимся военачальником. Не хотел бы я оказаться в списке ваших врагов.

ИльХан тихо рассмеялся.

– Увы, Анастасиус, я тоже неравнодушен к похвалам. А вы, оказывается, льстец. Если так пойдет и дальше, вы получите фору в один полк.

– Если речь идет о Тринадцатом гвардейском, пожалуй, я не откажусь.

– Интересный выбор, друг мой. Только хотел бы я посмотреть на вас после того, как вы объявите Наташе Керенской и Фелану Вульфу, что они не будут драться против вас. Они вас просто разорвут на части.

– Ну уж нет, – засмеялся военный регент. – Я воин, а не посыльный. – Фохт бросил взгляд на один из пультов управления. – Я привез с собой некоторую информацию, которая поможет нам быстрей обговорить нашу будущую битву.

ИльХан нажал на клавишу, карта звездного неба исчезла, затем снова восстановилась.

– Надеюсь, что ваша информация уже включена в мою базу данных. Начнем?

– Да, – согласно кивнул Фохт. Он внезапно выпрямился, лицо его стало серьезным. – Говорит Анастасиус Фохт, военный регент Ком-Стара и Верховный главнокомандующий вооруженными силами Ком-Стара. Миндо Уотерли, примас Ком-Стара и хранительница священного слова Блейка, дала мне право обговорить с вами условия будущей битвы. Я своей честью гарантирую, что ни одно из принятых нами решений не будет впоследствии изменено или нарушено.

Выслушав военного регента, Ульрик столь же торжественно произнес:

– Я – Ульрик Керенский, ильХан кланов и Хан Клана Волка. Большой Совет уполномочил меня вести переговоры. Я своей честью гарантирую, что ни одно из принятых нами решений не будет впоследствии изменено или нарушено. – ИльХан показал на карту. – Поскольку вы выступаете в роли защищающегося, выберите место битвы.

– Я выбираю Токкайдо, – громко сказал Фохт и дотронулся до маленького зеленоватого квадратика под планетой. – Мы будем биться на Четвертой планете.

В воздухе снова появилось окно, и перед глазами противников открылась тьма космического пространства и в нем маленькая звездочка Токкайдо. Постепенно планета приближалась, становясь все больше и больше. Разглядывая вращающуюся голубовато-желтую планету, ильХан задумчиво погладил бородку. Внезапно вид изменился, крупный план исчез, и планета начала приближаться. Фохт с Ульриком как бы понеслись над ее поверхностью. Словно орлы, парили они над необозримыми полями спелой пшеницы, спускались в глубокие расщелины, затем снова устремлялись вверх, к горным вершинам Позористу. Оттуда, с заоблачных вершин, они снова падали вниз и летели над лесами и болотами, пересекали реки и черные воды моря Горнило.