Мои мысли сами собой сосредоточились на событиях последних дней. Чем подробнее я анализировал события, произошедшие со мною, тем больший стыд, за свою глупость и самонадеянность, охватывал меня.
— Стоило мне немного освоиться в новом мире, так сразу меня потянуло на подвиги. То, что я сижу у этого костра живым, на сто процентов везение, а не моя заслуга. А как я выжил во время первого нападения на караван Дирка? Маги просто не считали меня достойной целью и выпустили файербол в бойцов Торвина. Моя снайперская стрельба из лука, была результатом истерики. Я ни в одного мага так и не попал, а случайно повредил метатель файерболов, который от этого взорвался. Мое геройство, в бою с Черным монахом, глупость несусветная. Монах хотел взять нас с Дирком живыми и, увидев мое искусство владения, мечем, не посчитал за серьезного противника. Меня спас только панцирь и везение идиота. Чудом, спасшись в этой передряге, я тут же кинулся в другую авантюру. Вместо того чтобы тихо спокойно устроиться в Арисе и вживаться в этот мир, мне захотелось покомандовать судьбами людей, вылезти в хозяева этого мира. Заделаться бароном захотел. Да захотел, и не надо себя оправдывать. Мечтал втереться в доверие к барону, все у него высмотреть, а потом занять его место. Мечтатель блин. Барон по приезду в замок, в лучшем случае просто бы меня грохнул, а в худшем, я бы уже вчера висел на дыбе и рассказывал барону все то, что он хотел от меня услышать. Что я знаю об этом мире? Да конкретно ни черта, одни догадки и мои умозаключения. Даже читать и писать не умею. Напялил на себя мифриловую кольчугу, чем удесятерил шанс быть убитым, за нее. Шел как баран на заклание, и людей Торвина за собой потащил. Сейчас все они, скорее всего, лежат с перерезанными глотками, их смерть на восемьдесят процентов на моей совести. Судьба занесла меня в этот мир, Бог не забыл, а наделил новыми способностями и возможностями, подарил «Силу». Я же, как пацаненок бросился играть в Айвенго, рискуя своей и чужими жизнями, народу подставил и перебил тучу. Что дальше? Кто такой Колин? Зачем я ему? Могу ли я ему доверять? Может мне стоит его убить и мотать отсюда? Куда мотать? — эти вопросы буквально разрывали мою голову.
Колин зашевелился во сне и повернулся на другой бок. Получается, что я вернулся к тому состоянию, в котором был после кораблекрушения.
— Колину, наверное, я могу доверять, он из-за меня убил Улиса, сына своего хозяина. Ему теперь тоже нужно скрываться. Может он меня хочет отвести к «Сигурду» Великому князю Танола? Сдаст меня, этим и оправдается перед князем. Да нет, князь его на куски порежет за смерть обоих сыновей. Колин хорошо знал Стаса, и он убил Улиса. Тулпар принял меня за Ингура, а Колин хорошо знает его. Здесь не все так просто, нужно будет подробно расспросить Колина. Так, какую же линию поведения выбрать? Первое, нужно поменьше врать и распускать «павлиний хвост», а там время покажет, — закончил я свои рассуждения.
На востоке небо начало светлеть и над деревьями стало всходить солнце. Колин снова заворочался во сне и, потянувшись, сел у потухшего костра.
— Доброе утро, какие новости? — спросил Колин и улыбнулся.
— Все нормально, опасности поблизости нет.
— Ты что же костер прозевал? У меня больше нет огненных палочек. Как костер разводить? — посетовал Колин.
— Успокойся, сейчас разожгу огонь.
Я порылся в кармашке пояса и достал оттуда кусок гвоздя, с помощью которого добывал огонь. Несколько секунд и костер разгорелся.
— Ты смотри? Стас тоже так умел, — удивился Колин.
— У нас это семейное.
Колин сбегал к ручью за водой и замутил в котелке обрыдшую мне кашу. Здесь на Геоне эта каша была основным продуктом питания в путешествиях. Смесь крупы и сушеного мяса с солью и специями, хорошо утоляла голод и не портилась в дороге. Правда вкус каши очень напоминал перловку, на которую у меня была аллергия еще с армейских времен. Голод не тетка, каша почему-то очень быстро закончилась в котелке, и я спрятал ложку за голенище сапога. Проинспектировав внутренним взглядом свое состояние, я пришел к выводу, что я в прекрасной форме. Рана на ноге не болела, и аура тела была яркой и однородной, повреждений своей энергетической оболочки я не обнаружил. Потоки энергии текли по телу равномерно и без сбоев. Восстановление прошло на удивление быстро. Еще вчера, я чуть было не отправился на тот свет, а сегодня свеж как огурчик. Похоже, чем чаще я пользуюсь «Силой», тем легче мне с ней управляться и восстановление проходит быстрее. Запас «Силы» в моем организме тоже стал значительно больше.
— Растем, — подумал я. — А это есть хорошо.
Мое настроение улучшилось, и черные мысли отошли на второй план.
— Что будем делать дальше? — обратился я к Колину.
— Для начала нужно рвать отсюда когти, — ответил хуман. — А вот куда ума не прилажу. Там в каньоне грохнуло очень сильно, и в живых вряд ли кто остался. Как ты там выжил не понятно. Но скоро должен кто-то из замка появиться и они могут напасть на наш след.
— Слушай Колин, я знаю одно место, где можно переждать несколько дней. Давай туда двинем, только на дорогу выведи, а там я поведу.
— По дороге опасно, заметить могут.
— Я раньше их почувствую, так что мы сразу с дороги свернем, да и следов на дороге полно, — ответил я.
— Ну, тогда по коням — сказал Колин, и мы начали собираться в дорогу.
Сборы были не долгими. Мы затушили костер и спрятали его, закрыв куском дерна. Правда если наткнутся на поляну, то эта маскировка не спасет, но со стороны не так заметно. Потом наполнили фляги и двинулись в путь. Лошадь Улиса сначала заартачилась, но получив кулаком в ухо, сразу поняла, кто в доме хозяин и быстро затрусила за конем хумана. На дорогу мы выбрались через час. Здесь инициативу в свои руки взял уже я, и мы поскакали в сторону Ариса. Сканирование местности показало отсутствие аур людей и крупных животных. Я сказал об этом Колину, и мы рысью помчались вперед. Постоянное предчувствие опасности к разговорам не располагало, и мы перебрасывались только короткими репликами, оставив разговоры на потом. Солнце стояло уже высоко, когда дорога привела нас к ручью возле облюбованного убежища. Я свернул с дороги в ручей и по его дну поехал к холму, на котором решил устроить стоянку. Колин молча, повернул за мною. Мы доехали по дну ручья до тропинки на обратной стороне холма и спешились. Я стал сканировать окружающее пространство, но макушка холма просматривалась плохо. Площадку на холме окутывал какой-то магический туман, и ауры на вершине оказались размыты. Я предупредил Колина об осторожности и двинулся по тропинке к вершине. Чем выше мы поднимались, тем четче было видна вершина холма. Поднявшись почти до вершины, я увидел ауру человека и лошади. Человек лежал неподвижно и, похоже, спал. Лошадь медленно передвигалась, наверное, паслась. Я достал меч и крадучись пошел в сторону спящего человека. До противника оставалось всего несколько шагов, как вдруг под копытом пасущейся лошади громко хрустнула сломанная ветка. Человек вскочил на ноги и бросился на меня. Я занес меч для удара и оторопел, ко мне со всех ног несся «Первый» и, размазывая слезы по лицу орал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
