Парни кивнули. Они жаждали действия. С точки зрения доброго старого британского бобби, нет ничего лучше лихого налета с утра пораньше, чтобы весь день не покидало бодрое настроение.
Алан Радд получил ордер на обыск лавочки в самом центре Кингс-Кросс: первый настоящий прорыв в деле. Он настроил АРЭСН на слежку за Беном Перри, и вчера вечером, менее чем через двенадцать часов после допроса в кабинете директора, система проследила путь мальчика от его дома в Западном Хемпстеде вдоль по Северной линии к Кингс-Кросс, а дальше к подпольному порномагазину. Алан даже показал мне на своем мобильном нечто вроде кино - два кадра в секунду, сухое холодное повествование, только действие и никаких комментариев. Маленькая фигурка Бена Перри с бледной аурой, невольная звезда экрана, почти исключительно на дальнем плане, по ходу переключения системы с камеры на камеру поднимается по эскалатору Кингс-Кросс и выходит на улицу. Пойманные этим безжалостным бдящим взглядом, все мы низводимся до неуклюжих напыщенных кукол, личная др. ма любого из нас предстает не более чем цепью заурядных случайностей.
- Как я и предвидел, он решил пополнить запас, - произнес Алан, когда мальчик, только что стоявший на той стороне улицы, исчез в лавке. - Маленький дикарь жаждет как можно скорее вернуться к делу.
- Вы с ним уже говорили?
- Думаю, мы займемся им после того, как справимся с лавочкой. В конце концов, он все равно весь день проторчит в школе.
Скользкий ход, но ничего лучше у нас не было. Никто пока не достиг прогресса в поисках производителя этих записей. Слухи о том, что их нелегально изготавливают в арендованных на короткое время помещениях на окраине Сити, обернулись пшиком. Алан Радд считал, что кто-то повеселился за наш счет.
Как только фургон притормозил на желтом сигнале светофора, мы тут же выгрузились и бросились к магазину. Какой-то чудак, одной рукой державший собачку на поводке, а другой сжимающий банку пива, ехидно ухмыльнулся. Парни в форме заняли позиции. Мы с Аланом Раддом прошли через пластиковые полосы, завешивавшие вход. Внутри оказалось не просторнее, чем в одноместном гараже. Давным-давно, вероятно, в прошлом веке, эту клетушку выкрасили в белый цвет. Вдоль одной стены выстроились стойки с компакт-дисками - обложками наружу. Подбор диснеевских фильмов свисал, точно сияющий плод, с металлического дерева, увенчанного мультяшной вороной в фетровой шляпе. Вентилятор перемешивал затхлый теплый воздух. Алан Радд предъявил ордер прыщавому парнишке за прилавком и немедленно приступил к делу.
- У меня ордер на обыск в этом помещении по закону о защите детей.
Паренек читал толстую книгу «Физиология насекомых», лежащую на прилавке между замызганным кассовым аппаратом и шестидюймовым монитором камеры видеонаблюдения, укрепленной над дверью. Он захлопнул книгу и устало произнес:
- Берите что надо и идите, договорились? Я здесь только работаю.
- Сколько вам лет, юноша? - спросил Радд.
- Послушайте, мне сказали, что здесь все законно. Об этом узнают в моем колледже?
- Только если вы сами пожелаете рассказать. Когда я здесь все закончу, можете позвонить владельцу. Полагаю, он захочет знать, что мы тут делаем. А пока уделите мне минутку и выслушайте это.
И Алан Радд принялся читать вслух текст ордера. Я позвал ребят в форме, и мы прошли за прилавок. В крохотной кладовой пахло плесенью, слабая электрическая лампочка висела на потертом шнуре. Сломанная раковина в углу, груда пустых картонных коробок, четыре абсолютно одинаковых серых металлических шкафчика. Я погремел запертыми дверцами. Один из парней вытащил громадные кусачки и срезал ими один за другим дешевые висячие замки. Шум и лязг разнеслись по всей кладовке.
Никаких компакт-дисков. Лишь груды глянцевых журналов в пластиковой упаковке. Датские и немецкие, с обычными заголовками и обложками. «Анальное буйство». «Анальная услада». «Утехи школьницы». Назидательно-феминистское «Во какие сиськи!». Пылкое исследование нежнейшего момента соития «Дрожь по всему телу».
Я бросил подборку на прилавок, и Алан Радд спросил мальчика:
- Никогда ничего из этого не продавали?
- Честное слово, инспектор. Никогда этого не видел.
- Выкладывай все, паренек, - потребовал Алан Радд. - Может, это товар, который положено отпускать особым клиентам? Тем, кто знает, что спросить?
- Это магазин видео, - напомнил мальчишка, - на случай, если вы не заметили.
- И вы продаете только кошерную продукцию? - поинтересовался я.
Мальчик пожал плечами. Алан Радд вздохнул:
- Ничего не видел, ничего не слышал, да? Я записал твое имя и адрес, и хозяину ты позвонил, так что забирай свой талмуд и вали отсюда. Найди себе более приличную работу, чтобы оплачивать студенческий заем. Давай топай.
- Я должен дождаться…
- Мы и без тебя сумеем поговорить с твоим шефом. Сильно сомневаюсь, что он будет в настроении выплатить тебе выходное пособие, так что предлагаю валить, пока я не придумал, какое тебе выдвинуть обвинение.
Когда мальчик запихнул свою книгу в рюкзак и поспешил выбраться наружу, Алан еле слышно добавил:
- Юный идиот.
Мыс Аланом Раддом стояли на улице, пока наши спутники доставали из машины пластиковые контейнеры для вешдоков и приступали к их загрузке.
- Так я и знал, что к нашему приходу здесь все будет ко-шерно, - заметил я. - Кому-то было известно об операции.
Алан выудил диск из контейнера, который нес один из наших ребят. На этикетке значилось: «Белоснежка».
- Надо будет просмотреть все диски, - бросил он. - На случай, если они не те, чем называются.
- Дорк, Слоппи, Гручо, Пипи, Ретардо и еще одного забыл. Почему всегда забывается имя последнего гнома?
Радд засмеялся:
- Во-первых, вы назвали только пятерых…
- Я имею в виду «Белоснежку и шесть гомов» Уоллеса Вуда. Это пародия, а не мультфильм. Ну попробуйте вспомнить настоящие имена.
- Профессор, Ворчун, Весельчак. Чихоня, Соня. Молчун… Тьфу!
- Я же говорил!
- Я смотрел этот мультик раз сто. Мои дети его обожают. Я всегда думал, что было бы гораздо увлекательней, окажись один из гномов шпионом. Работал бы под прикрытием, скажем, на Злую Мачеху.
- У нее был свой способ наблюдения, насколько я помню.
- Впечатляющая получилась бы сцена, если б гномы застигли его за диверсией. И внезапно поняли бы, почему его зовут Молчун.
Было славно стоять на солнышке и мирно дурачиться, пока ребята в форме загружают в фургон трофеи. Большинство британских полицейских тратят свободные минуты на занудные жалобы или на треп о футболе. Мы жалкие любители в разговорных интерлюдиях по сравнению с коллегами из Штатов, которые, если верить книгам и кинофильмам, так изящно и гладко философствуют, что можно без всяких правок размещать подобные цитаты на страницах серьезных газет. Что ж, сдается, мы с Аланом Раддом внесли свой вклад в устранение дисбаланса. Я спросил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
