устроился напротив.
– Хорошо выглядишь, – произнес так, словно мы вдвоем были.
– Женщина должна быть прекрасна в день свадьбы и в день развода, – ответила с дерзкой улыбкой. Да, я играла. Мы ведь разводимся. По-настоящему. Господи, это казалось дурным сном. Мы всегда были половинками единого целого с золотой сердцевиной в виде дочки. А сейчас нас сожрали коварные червяки, паразиты – предательство, ложь, страх – нет больше половинок.
– Мы подготовили мировое соглашение, – Леша передал бумаги адвокату Ромы. – Предлагаем прийти к консенсусу до заседания, чтобы избежать разногласий в зале.
– Нет. – Рома даже смотреть не стал.
– Что же вас смущает, господа? – спокойно поинтересовался Леша. – Имущественные притязания моей клиентки? Или вопрос опеки?
– Нас смуща…
– Развода не будет, – Рома говорил только со мной. – Наташа, нам это не нужно. Мы оба знаем это. Княжна моя…
Я не смогла ответить. Горло сжал спазм, словно холодные руки убийцы. Я убивала себя. И его. Нашу семью.
А он не убивал нас последние месяцы?
Внутренний голос. Он не обманывал. Правду-матку рубил без жалости и сочувствия. Я не ответила, глаза отвела только.
Мое молчание, Леша принял, как к сигнал к действию.
– Господин Демьянов, идти в прямую конфронтацию не в ваших интересах. Думаю, судья, узнав, что вы обманывали супругу, завели вторую семью…
– Это ваши домыслы, – прервал адвокат Ромы. – Никаких официальных подтверждений нет. Вам, господин Славин, нужно задуматься о статье 128.1. Клевета.
– Мы располагаем достоверной информацией относительно движений денежных средств на счетах вашего клиента. Поскольку брачного договора не было, финансовые отношения семьи общие, – Леша снова передал документы. – За восемь месяцев господин Демьянов потратил более двадцати миллионов рублей на неопределенные расходы. Если вы не сможете предъявить документы на крупные приобретения на эту сумму в конкретный промежуток времени, мы будем ходатайствовать в суде о сокрытии общих средств.
Что?! Рома потратил столько денег на… Кого? Ребенка или все же мать?!
– Какие дорогие нынче дети… – шепнула обреченно. Двадцать миллионов – на что? На мальчика? Не верю! На любовницу? О да, похоже на правду!
– Леш, – резко начал Рома, – а ты что мудак такой?
– Работа такая.
– Чтоб тебе голуби на голову насрали.
– Благодарю, но я не люблю птиц и дерьмо.
– И ты еще смеешь врать, что не спишь с ней? Ты содержал эту женщину, не только мальчика! – я не смогла произнести вслух «сына». – Какой же ты мерзавец, Роман Демьянов.
– Оставьте нас с женой, – скомандовал он.
– Нам не о чем говорить!
Злость вскипела, жгучим ядом по венам разнеслась. Пелена ревности и обиды глаза застилала. Все, больше я не сомневалась. Ненавижу лжеца!
– Госпожа Демьянова не желает…
– Пошли все нахер! Иначе, вашу мать, никакого суда не будет!
Я вскочила первая, к двери бросилась. Пусть шантажирует и манипулирует кем-нибудь другим!
– Наташа… – Рома успел поймать меня и утащить к окнам, мягко, но настойчиво. – Не убегай, прошу.
– Пусти, – процедила сквозь зубы, запястье дернула, но Демьянов слишком крепко держал. Откормила на свою голову, холила и лелеяла. Нужно было в черном теле держать! – Иначе вызову приставов и заявлю об угрозах.
Рома громко щелкнул языком и убрал руки.
– Я отпустил, видишь?
Ага, конечно! Зажал меня у подоконника, ладони по обе стороны положил, даже дернуться не могла.
– Демьянов, если не хочешь снова получить по роже, уйди.
– Наташ, пожалуйста, выслушай.
– Я слушала уже. Хватит с меня твоего вранья.
– Девочка моя…
– Наелась твоей лжи!
– Да послушай ты! – Рома ладонями обхватил мое лицо, сжал, чтобы не смогла отвернуться, но не пытался навязать поцелуй. – Я клянусь, что у меня нет и не было любовницы. Никогда.
– Ты спал с этой Юлей!
– Она не любовница. Это было один раз.
– Не плохо ты расплатился за разок! Она, наверное, потрясающе сексом занимается. Или любовью, а, Ром?
– Да, я трахнул ее! Один, блядь, раз! Раз, Наташа! Что меня, убить теперь?! Я жалею, родная, очень жалею. Обо всем, что произошло. Я виноват. Я создал эту ситуацию и поддался нелепому капризу. Клянусь, Наташ, я понял, какую дичь творю сразу. Что только с тобой мне хорошо…
Я подалась вперед, прямо к его губам и шепнула:
– Понял до того, как кончил или после?
– А это важно? – Рома не отстранился, наоборот, дыханием щекотал мое лицо. Я не ответила, но отстранилась: – Наташ, мне никто не нужен. Только ты. Все, что скажешь сделаю, только не отталкивай, дай шанс.
– Ром, а если бы я так? – спросила тихо. – Если бы переспала с бывшим любовником, содержала бы его, еще и чужого ребенка тебе привести собралась бы? Ты бы понял?
Мне реально интересно было. Это только в моей голове не укладывалось, или в принципе невозможно принять?
– Я не знаю, – глухо проговорил он. – Не буду выгораживать себя и навязывать это как норму. Это нихрена не нормально. Но я точно знаю, что не отказался бы от тебя. Что бы ни было. Пока ты любишь меня. Пока нужен тебе – всегда рядом буду.
– Чего ты хочешь? – устало выдохнула. – Если прощения, то нет. Не могу. Тяжело мне.
– Дай мне время, Княжна. Давай отложим развод. Позволь доказать, что я все тот же.
– А разве развод как-то мешает тебе что-то доказывать? Или боишься, что загуляю на радостях. Опьяненная свободой.
– Я не отпущу тебя, – ответил твердо: на руках вены вздулись, на шее жилка нервно дернулась. Не простил бы. И не принял. Мысли такой допустить не мог даже.
– Суд на моей стороне будет. Это ты завел второй дом.
– Да какой дом?! – взорвался Демьянов. – Мой дом там, где ты!
Он резко к столу подошел, в бумагах порылся и подал мне скрепленный договор.
– Что это? – осторожно поинтересовалась.
– Дарственная на наш дом. Я на тебя его переписал. Он теперь твой. Я теперь там никто.
Я пробежалась по строчках, но не ощутила радости. Туда вернуться не смогу. Там был наш дом, а сейчас просто место. Не мое.
– Извините, – в двери показалась Алла. – Заседание через пять минут.
– Да, конечно, – я прошла мимо, зацепив рукавом о его пальцы. Думала выдохнуть смогу, но Рома одним броском привлек меня, обнял сзади, прижимая всем телом.
– Наташа, прости. Люблю тебя, Княжна. Я же весь твой… – по бедрам жарко ладонями провел. Возбужденный. Готовый. Напряженный. Доказывает, что меня хочет. Да я и не сомневалась. Возможно, реально секса давно не было. У меня тоже, кстати. Я хотела, чтобы он нырнул под пояс брюк и коснулся пальцами внизу, надавил, погладил, соки размазал по пальцам и вошел в меня. Я бы
